# Они смотрят на нас

Покрыс

## Они смотрят на нас

Матиас сидел на берегу реки и смотрел в небо. Небо было синее-синее с большими пушистыми облаками, медленно проплывавшими над лесом. Может, оно даже поглядывало на мышь, но этого никто не может сказать наверняка. Тепло и ярко светило солнце, а ветер тихонько играл листвой. В воздухе было разлито обрамленное тишиной спокойствие.

Вдруг тишину нарушил звук бегущих лап. Матиас повернулся и увидел, что из леса к нему бежит лисенок.

- Вот ты где! - не сбавляя хода крикнул он. - А я тут по всему лесу бегаю, тебя ищу! Пойдем скорее! Там такое!!

На бегу лисенок стал меняться и к реке спустился уже взрослый лис.

- Привет, Куроед, - Матиас встал и сделал несколько шагов навстречу лису. - Что случилось?

Лис поморщился.

- Матиас, сколько раз говорить? Куроедом меня можно называть только моей матери. Для всех остальных я - Слэгар.

- Беспощадный!  - улыбаясь, добавил мышь. - Трудно называть тебя Слэгаром, когда ты становишься лисенком. Ладно говори уже, что произошло? Почему ты носишься, как угорелый, и разыскиваешь меня?

- Проще показать! Пошли! - Слэгар взял Матиаса за лапу и повел за собой. Но, видимо, событие, которое случилось в тот день, было настолько знаменательным, что лис просто не мог молчать. - Ты, верно, заметил, что барсуки в последнее время, как взбесились. Помнишь, они три дня назад собрались все в своей горе и всё это время работали в кузнице. И сегодня, чуть свет, они вышли! Быстрее! Одним из первых будешь, кто это увидит.

Матиас прибавил шаг, чтобы не отставать от лиса. Издали уже было видно толпящихся зверей, но разобрать, что именно они разглядывают Матиас не смог.

- Ну, я же говорил, надо быстрее, - Слэгар недовольно фыркнул, неразборчиво ругнулся, выпустил лапу Матиаса и стал пробираться вперед, ловко маневрируя между зверями. Лис, казалось, проходил сквозь них, так быстро и плавно двигался он в толпе, никого не задевая. Матиасу приходилось труднее, хотя он и был меньше. Мышь то и дело натыкался на кого-то и вполголоса бормотал извинения. Но никого это не заботило, все взгляды и мысли были устремлены к стоящим на лужайке барсукам. Вернее к тому, что эти барсуки придерживали.

К стволу могучего ясеня, выступающего с краю лес, был прислонен огромный металлический овальный диск с узорчатой рамой по краям, который как зеркало, отражал всех присутствующих.

Пока Матиас пытался следовать за лисом они видел, как между силуэтами зверей мелькали отражения, в одном из которых он заметил Василику, стоящую в первых рядах И вот, немного выправив направление своего движения, Матиас уже стоит рядом с ней и держит ее за лапу.

- Привет, - прошептала ему Василика. - Ты успел как раз вовремя. Лорды скоро начнут.

- Начнут что? - тоже шепотом спросил Матиас.

Мышка лишь загадочно улыбнулась в ответ. Матиас вздохнул и приобнял ее. Секреты, секреты... Орландо не сказал, что он и остальные барсуки будут делать в своей горе, когда Матиас спросил его. И Констанция, слышавшая разговор тоже молчала. Ну, что же, мышь и не настаивал.

Слэгар пристроился где-то слева и теперь сидел на земле, вновь став лисенком. Села, его мать, сидела рядом и поправляла свою цветастую шаль. Между двумя лисами и Матиасом шумно стояли несколько землероек во главе с Лог-а-Логом. Увидев, как его друг одергивает особо активных товарищей, Матиас улыбнулся. Да...когда-то очень давно он оплакал его кончину, а теперь они оба здесь, живы, если можно так сказать, и смеются шуткам друг друга, изредка вспоминая, как тяжело было их расставание там...

Справа стояли Кроликобой, Доходяга и Сырокрад и очевидно поджидали Клуни. Конечно, куда же без него! Сам он, разумеется, придет чуть позже...А, вот! Сквозь увеличивающуюся толпу, подобно кораблю, прошел высокий крыс в фиолетовой тунике в сопровождении своего верного заместителя Краснозуба. Остальные его солдаты уже затерялись среди прочих зверей.

- Ваша честь, мы Вам место заняли! - радостно сообщил Кроликобой, когда Клуни приблизился.

- В самом центре, хозяин! Все будет отлично видно, - присоединился к нему  Доходяга.

- Все вместе выбирали специально для тебя, хозяин! - закончил Сырокрад.

Клуни щелкнул хвостом, едва не задев стоящую рядом зайчиху, которая, впрочем, была слишком поглощена поглощением лепешки, чтобы обратить на это внимание, и все трое умолкли. Немного посверлив подчиненных тяжелым взглядом единственного глаза, крыс вдруг улыбнулся:

- Хорошо!

Матиас пытался понять по поведению своего старого врага, знает ли тот о том, что скоро должно произойти. Скорее всего, ему обо всем уже доложили. Его Призрак, наверняка, залез к барсукам и все разнюхал. Или нет? Клуни стоял неподвижно, сохраняя бесстрастное выражение на лице, и только нервно подергивающийся кончик необычайно длинного хвоста выдавал его волнение.  Его взгляд на мгновение встретился со взглядом Матиаса. Крыс кивнул мышу, тот кивнул в ответ. Вот и поздоровались...

Беззил, старый вояка, стоял среди зайцев из Дозорного Отряда, коих собралось превеликое множество. Все отряды, когда либо служившие лордам барсукам стояли вытянувшись по струнке, дисциплинированно ожидая начала загадочного действа. С тех пор, как Беззил попал сюда, он все больше времени проводил среди своих сослуживцев, стремясь как можно быстрее наверстать упущенное там время, сказать то, что не успел сказать, выслушать то, что когда-то прервалось стрелой, ударившей в грудь...Как будто бы здесь кто-то мог отнять у него эту возможность.

Воробьи заняли места на деревьях, окружающих поляну. В отличие от шумных землероек, они вели себя гораздо тише. Хотя, быть может, тому причиной были Болдред и капитан Снег, примостившиеся по тех же деревьях.

Дикие коты, два брата, вечно молодые Унгат Транн и Вердога Зеленоглаз сидели в некотором отдалении от остальных. Матиас никогда не видел, чтобы хотя бы один из них становился младше или старше. Они всегда сохраняли один и тот же возраст, одинаковый у них двоих. Здесь можно было и так. Цармина же, в отличие от отца, часто становилась котенком и ловила больших бабочек, которые, умерев в ее когтях, оживали через пару мгновений и снова продолжали свое беспечное порхание. Джиндживер стоял тут же, вместе со своей подругой Сандингом, в окружении многочисленных потомков. Все знали, что Вердога гордится своим сыном, продолжившим род Зеленоглазов, хотя никогда и не признается в этом.  А когда к воротам Темного Леса пришел сэр Джулиан, Вердога первым встретил последнего из своего рода.

Воспоминания...лица...звери...Только одного зверя не встретил Матиас. Того, кого больше всего хотел увидеть. Мартина не было среди умерших. Он долго искал его, и не только он один. Многие, пришедшие до него, тоже пытались найти Воителя, но никому это не удавалось. Как там долгое время никто не мог найти могилу Мартина, так и здесь никто не мог найти его самого. Но это, должно быть, потому, что Мартин остался в аббатстве навсегда и не переступает порог Темного леса. Почти все так думали. Только мышь Роза часто подходит к вратам и подолгу стоит у них, устремив взгляд своих печальных карих глаз куда-то вдаль.

Два горностая, один толстый и пьяный, другой стройный и трезвый, продрались через толпу и пристроились в первых рядах, недалеко от выдр. Этих двоих частенько можно было видеть вместе, они постоянно то братались, до дрались насмерть...Наверное, сами уже забыли, были ли они друзьями или врагами, когда попали сюда.

Но вот, кротиха Полликин подошла к большому зеркалу. И Лорд Броктри поднял лапы, призывая всех  к молчанию.

- Вы все знаете, что в последнее время мы, барсуки, ведем себя странно.

Какая-то крыса позади Матиаса прошептала приятелю: "Да, почему же в последнее? Всегда барсуки ведут себя странно. Один такой всю нашу команду на "Стальном Клинке" выкосил." В ответ послышалось сдержанное хихиканье, но Клуни вновь щелкнул хвостом, и все разговоры крыс стихли. Да, безусловно, среди крыс Клуни пользовался наибольшим авторитетом, хотя Габул и Рвиклык периодически порывались оспорить этот факт.

Барсук, между тем, продолжал:

- И теперь, мы знаем, почему. С недавних пор каждую ночь всем барсукам стало являться во снах это зеркало. Мы долго думали, почему это происходит, но ничего действительно стоящего...

Кто-то из зайцев "втихоря" хихикнул. Каждый зверь, находившийся на поляне, явственно мог услышать, что заяц отчаянно сдерживается, чтобы не расхохотаться во всех голос. Даже свирепые взгляды командиров отрядов не сразу урезонили весельчака. Лорд Броктри сделал небольшую паузу, а потом заговорил вновь

- ...не придумали. Три дня назад эта добрая кротиха пришла к нам и рассказала, что это за зеркало и почему оно должно быть сделано.

Барсук жестом предложил Полликин повторить свои слова. Кротиха смущенно улыбнулась.

- О нас, дорогие мои, там, среди, живых, это самое... много кто думает. И вспоминают нас, это... часто. К этому мы, значится, привыкли, вот и не замечаем...А вот, стало быть, недавно, появились те, которые, это самое...нас не совсем вспоминают...Они, значится, живыми для нас никогда не были, а мы, стало быть, для них. Они о нас узнают, о нас думают, вот, барсуки, это самое...и почувствовали новое. А зеркало это, милые мои, для того, значится...чтобы мы их увидеть-то смогли. Своих живых и мысли мы и так, это... видим, а у этих только с зеркалом можем.

Полликин все слушали очень внимательно - кротиха была необыкновенной и любой зверь всегда прислушивался к ее словам.

- И вот, сейчас, мы увидим тех, кто начал нас вспоминать, несмотря на то, что мы для них никогда не жили.

Два огромных барсука встали по обе стороны от зеркала. Полликин подошла к нему и копательными когтями дотронулась до двух выступов на раме. Поверхность зеркала пошла рябью, вызвав у всех присутствующих вздох изумления, потом снова стала гладкой и в нем звери увидели...

...Небольшая комнатка с низким потолком. Большое прямоугольное окно со странной рамой. Стол, на котором вертикально стоит что-то плоское, прямоугольное и светящееся. От этого предмета куда-то под стол уходили черные блестящие веревочки. За столом, уткнувшись в светящийся предмет, сидело странное существо. Почти все оно было лишено шерсти, если не считать, небольшого количества меха на голове, лицо было неприятно плоским, с едва торчащим носом. Когтей на пальцах, ритмично ударявших по небольшой табличке с торчащими прямоугольничками, не было видно вообще...

Некоторое время звери сидели молча.

- Да этому зверю кто-то как следует вмазал камнем по физиономии! - раздался вдруг чей-то голос.

Похоже на Крысобока, хотя кто его знает... Кто-то засмеялся.

- Его побрили, а он, как свое отражение увидал, так сразу и хлобысь со всей дури об стену!

И все остальное в том же духе. Разумеется, начал кто-то из пиратов. Зато посмеивались уже все. Не то, чтобы Матиас одобрял такое поведение, но в целом, ощущения были схожие. Мышь заметил, что у этого существа даже не было хвоста. Вот, оказывается, какой диковинный зверь думает о них.

- Простите, - подал голос крыса Вегг. - А можно узнать, о чем он думает?

Вот этот голос узнали все. Вегг, вообще, задавал больше всех вопросов, и не то, чтобы успел всем надоесть, просто... очень уж много он спрашивал. Нет, все вопросы по делу, именно такие, которые крутятся у многих в голове. Вегг просто успевает задать вопрос раньше остальных. И сейчас все было так же. О всех живущих мертвые могли узнать все, если бы только захотели, а этот зверь был для них чем-то странным и новым.

- Конечно.

Полликин коснулась других узоров и зеркало снова зарябило. Разгладившись, оно явило собравшимся...

...Лагерь Клуни. Его солдаты, ухмыляясь, докладывают о чем-то. Смеются. Клуни идет к сараю, дверь в который трещит от страшных ударов изнутри, заходит, приказывает что-то находящейся внутри крыске, садится в кресло. Крыска очевидно пребывает в восторге и после каких-то слов, сказанных крысиным вождем, бросается ему на колени. Обниматься....

Все затаили дыхание. Клуни своим единственным глазом следил за самим собой и за необычной крыской. В тишине видения в зеркале продолжали сменять друг друга. Целая история развернулась сейчас перед обитателями Темного Леса. Иногда звери осторожно хихикали, на губах Клуни тоже порой мелькала улыбка.

- Маленькая чертовка, - еле слышно пробормотал Клуни в унисон со своим зеркальным двойником, когда история закончилась.

- Но ведь...это же не было, - как то жалобно раздался голос Сырокрада. Клуни не ответил.

- А что-нибудь еще можно показать? - кто-то из мышат опередил Вегга, который, несомненно, собирался задать тот же вопрос.

- Да, смотрите...

...Снова странное существо, немного отличающееся от предыдущего, другая комната, но в целом, все так же. И...Рэдволл. Белый волк идет по снегу рядом с мышонком...

И началась новая история.

...Развалины какой-то крепости. Белый волк сражается со рыжим зверем, похожим на дикого кота.

- Гляди-ка, Бэдранг! Не твой ли это Маршанк там? - вдруг спросил толстый горностай с шерстью, заплетенной косичками по всему телу.

- Да, точно, - с подчеркнутым равнодушием отозвался его сосед.

...Новая история. Новый диковинный зверь.

Саламандастрон. И горностай, стучащий в ворота крепости. Воспоминания. Уроки фехтования. Охрана праздничного торта. Горностай спасает молодого зайца. Путь обратно. День сабельных состязаний...

Возмущенный ропот барсуков и зайцев из Дозорного Отряда постепенно затих, а под конец, один заяц даже воскликнул:

- А что дальше-то?!

- А дальше, это самое... еще ничего не было...Он еще, значится, не придумал...

...Вот, белка, выдра и барсук в плену у разбойников на лесной поляне. Вот, пьяная землеройка устраивает погром в трактире. Вот, лис и крыса жуют что-то на кухне аббатства...

Целый день звери смотрели разные истории. И часто слышались выкрики: "О, да это же ты, приятель!", "Посмотрите! Там я есть!", "ууу, а ведь так хорошо было бы!", "Смотри, хозяин, снова твоя крыска!",  и под общий смех: "А я, оказывается, сын КЛУНИ ХЛЫСТА!!!"

...Они бы смотрели их и еще дольше, но барсуки за три предыдущих дня сильно устали, да и Полликин тоже намаялась, давая пояснения и сменяя изображения. Расходились все по домам переполненные ощущениями...

Скоро диковинные звери перестали восприниматься, как что-то странное, у некоторых даже появились "любимчики". Как "маленькая чертовка" у Клуни. Обитатели Темного Леса от всей души веселились, когда смотрели, как диковинные звери устраивают что-то вроде театра, изображая из себя их. Дни проходили незаметно и легко. Устраивались горячие споры о том, что за предметы видны в зеркале и как их использовать, а после того, как спорщики уставали спорить, Полликин раскрывала правильное предположение. Была заброшена даже подготовка к ежегодной войне, проводимой между хищниками и мирными зверями, чтобы развеять осеннюю тоску.

Пока умершие осваивали новое развлечение, за Воротами Темного леса печально стоял Мартин-Воитель. В любой момент он мог войти, ничто не держало его по эту сторону. Но слишком многим он не смог бы взглянуть в глаза. Да, они могли простить его, но как можно простить самого себя? К тому же, единожды попав в Темный лес, назад не вернешься. А столько еще предстоит сделать там! Как только он наберет достаточно силы с помощью своего меча, он сможет разрушить эти Врата, забрать с собой Розу и уйти вместе в один из тех миров, отражения которых видели звери в огромном металлическом зеркале барсуков. И там они вдвоем обретут, наконец, свое счастье.