# Новый Жемчуг Лутры

Суэйн

## Новый Жемчуг Лутры

1. Новые жители Рэдволла.

Первой весной настоятельства аббатисы Пижмы в Рэдволле случилось такое знаменательное событие, что Ролло опять возомнил себя Диббуном и начал распевать какую-то попсу и бегать по всему аббатству. В Рэдволле поселилась семья невиданных прежде в Стране Цветущих Мхов зверей – каких-то сусликов! Увидев перед западными воротами измученных долгой дорогой неизвестных зверей, жители Рэдволла пришли в такое волнение, что все поднялись на стены и стали дружно глазеть на пришельцев. Барсучиха Аума и Мартин Воитель Второй открыли ворота и осторожно высунулись, держа перед собой кочергу и меч:

– Так-так. Что надо, звери? Учтите, если вы на нас нападёте, не ждите от нас доброго отношения.

– Аума, ты права. Если кто-то из вас хоть лапу подымет, великий меч Рэдволла разрубит вас пополам!

Гости испуганно глядели на Защитника Рэдволла и огромную барсучину. Их было трое, и все суслики – мать, отец и их маленькая дочь. Было видно, что они пришли издалека – их одежда была изношена, сандалии на лапах держались на одном ремешке, лапы же были покрыты толстым слоем пыли и грязи и еле двигались. Мать, услышав грозное рычание мыши и барсучихи, взяла дочь на лапы, а отец шагнул чуть вперёд. Сглотнув, он начал дрожащим голосом:

– Мы мирные жители, земледельцы, и наслышаны о вашем гостеприимстве. Поэтому-то мы и пришли сюда, когда морские крысы разорили наш дом у берега моря. Это было сезон назад, но пришли мы сюда только сейчас. Это был очень трудный путь. Не выгоняйте нас.

Мартин повернулся к Ауме и многозначительно кивнул:

- Я сразу понял, что это мирные жители. Просто осторожность не помешает.

Рэдволльцы широко распахнули ворота, впуская гостей. Их сразу же накормили, нормально одели и выделили несколько комнат.

2. Прострелика – хуже Ролло в детстве!

Семья сусликов отлично освоилась в Рэдволле; к ним привыкли мыши, выдры, белки, кроты и остальные, а суслики подружились со всеми рэдволльцами. И длилась эта идиллия довольно долго. Пока рэдволльцы не узнали характер дочки – маленькой сусличихи Прострелики, дочки Колоска и Ромашки. Прострелика была самой настоящей бандиткой! Старик Ролло упал в обморок, когда увидел, какие штуки выделывает маленькая сусличиха. Аума вырывала свою шерсть на голове, не в силах угнаться за шалуньей и надрать ей хвост жёсткой щёткой. Разумеется, Прострелика сразу же стала лучшей подружкой малышей, благодаря своему независимому характеру, юмору и ещё больше непослушанию. Бельчонок Арвин, кротишки Копуша и Гурбал были просто без ума от новой подруги.

Надрать шкурку Прострелики Ауме не удавалось лишь потому, что Колосок и Ромашка были очень уважаемыми зверями и трудились вместе с рэдволльцами, не сидя на их шее. Но когда маленькая сусличиха, возглавляя банду малышей, ворвалась на кухню и отвоевала у ежихи Тизель огромный пирог с клубничным кремом, терпение барсучихи, сестры Цецилии и ещё нескольких вредных старух лопнуло. Они поймали негодницу и прижали её к стене, раздумывая, какое бы выдумать наказание. Арвин и остальные малыши вертелись за воспитательницами, не в силах помочь подруге и вереща. Аума наконец-то придумала наказание. Строгим голосом, но явно с наслаждением она произнесла:

– Ты невоспитанный и непослушный Диббун, Прострелика. Тебя надо наказать. Я вот что придумала – у белочки-летописицы Краклин завтра день рождения. Надуй с остальными шарики и привяжи к ним верёвки, чтобы завтра украсить её комнату. Я уверена, Краклин будет довольна!

Барсучиха, злорадно ухмыляясь, отпустила почти задохнувшуюся под натиском воспитательниц Прострелику. Юная сусличиха грустно кивнула и пробурчала себе под нос:

– Всё равно победа за мной, толстуха. Когда-нибудь я убью тебя.

В этот момент Арвин достал свой прутик и шлёпнул им Цецилию по заду:

– Вот вам! Будете знать, как детей обижать!

Старуха-мышь взвизгнула, подпрыгнув:

– Арвин! Я наказываю тебя. Ты не будешь надувать шарики, а будешь завязывать верёвочки.

Бельчонок сник – ведь надувать шарики так весело, а завязывать верёвочки – трудно. Злая мышь прекрасно знала, что неловкими лапками неудобно завязывать узелки!

Малыши сидели в комнате для игр, надувая разноцветные шарики, смеясь и путаясь в нитках. Прострелика смеялась:

– Глупые старушенции! Это им надувать шары сложно, а нам нет.

– Хурр! Это так… это самое… весело! – подтвердила кротиха Копуша. Внезапно Прострелика снизила голос до заговорщицкого шёпота:

– А вы знаете, я сегодня утром поймала ВО-ОТ ТАКОГО КУЗНЕЧИКА! – Прострелика показала всем, какой длины был кузнечик – две ладошки! Малыши восторженно завизжали. Прострелика таким же голоском добавила: – Я его не отпустила, а посадила в банку. Она сейчас стоит на лужайке у южной стены. Я проверяла, её никто не взял.

– Вау! Ух ты! – воскликнула маленькая выдра Кувшинка. Мышка Фиалка бросила на неё такой взгляд, который мог бы убить, и прошипела:

– Не могла ты такого кузнечика поймать! Врёшь ты всё, а эта мелочь пузатая верит.

– Ничего я не вру! – выкрикнула Прострелика и подмигнула Арвину, Гурбал и Копуше: – Сходи, Фиалка, и посмотри!

– Очень мне нужно! – но неугомонная троица с Арвином во главе ухватила Фиалку за лапки и потащила к двери. Остальные малыши побежали за ними, оставив шарики на хранение Прострелике, которая «решила остаться». Сусличиха, злобно улыбаясь, взяла шарики за верёвочки и прыгнула на подоконник. Разумеется, никакой банки с кузнечиком не было. Прострелика просто отослала своих друзей, чтобы они отдали её шарики и ушли. Она покрепче взялась за связку шариков и выпрыгнула из окна:

– Еулалиаааааа!

О чудо – ветер понёс лёгенькую Прострелику по воздуху! Она перелетела на шарах северную часть луга внутри аббатства, северную стену и через Лес Цветущих Мхов понеслась на север, к морю, которое виднелось далеко на горизонте. Никто из аббатства, к несчастью, не смотрел в небо и не увидел визжащую от счастья маленькую бандитку. Ветёр нёс и нёс её к морю, и наконец Прострелика увидела в небе морских птиц, а под собой – невысокие голубые волны с белыми барашками на вершинах. Прострелика обрадовалась – этот вид был её знаком.

3. Морские приключения.

Прострелика не знала, как далеко простирается море – может, оно бесконечно. Юная сусличиха решила приземлиться у песчаного берега, но её занесло гораздо дальше – на сто метров от кромки. Прострелика стала лихорадочно отпускать шарики. Вот, приземлиться аккуратно не удалось. Она больно хлопнулась о воду и принялась лихорадочно махать лапами – от боли сусличиха просто обезумела! Прострелике повезло, что она могла плавать. Она легла на спину и так плыла, пока боль не утихла. Но с закрытыми глазами она не увидела, как волны стали выше и темнее. Они начали швырять юное создание то вверх, то вниз, и из стороны в сторону, а небольшие водовороты вертели ею, как хотели. Прострелика закричала от страха и боли. Внезапно она наткнулась на какой-то столб, торчащий прямо из моря, и упала в обморок. Спустя мгновение кто-то стал тащить её под воду. Прострелика очнулась, но у неё не было сил сопротивляться. Она опять впала в забытье.

Очнулась Прострелика неизвестно где. Это была шарообразная комната без окон, уставленная разной мебелью и вещами. Имелась тут ещё и дверь, задраенная, как корабельный люк. Прострелика лежала на кровати, на мягкой перине и отличной подушке. Рядом на табуретке сидела выдра. Это был молодой выдр, в лапах он держал поднос со свежей едой – горячим травяным чаем и пирожками. Прострелика увидела, что она цела и в хорошей форме, и набросилась на еду, одновременно расспрашивая симпатичного выдра:

– Привет. Спасибо, что спас меня. Я – суслик Прострелика. Ты кто, и где мы?

– Обо всём по порядку. Меня зовут Рулехвост, а находимся мы на дне морском.

– Я что, умерла? Это Тёмный Лес!

Рулехвост захохотал:

– Ну даёшь! Нет, ты жива, и глюков у тебя нет. Это мой дом под водой – огромным полый камень. Дверь я эту не открываю, потому что сюда хлынет вода. А вылезаю я из этой трубы – он показал на дыру в потолке «шара», прикрытую крышкой с замком. В трубе виднелась лестница.

– Так вот обо что я долбанулась! – воскликнула Прострелика. – А почему сюда вода через трубу не затекает?

– Потому что отверстие очень высоко, волны не достают, – пояснил Рулехвост и заботливо добавил: – Как ты оказалась так далеко от берега? Отвести тебя домой, малышка, ты не потерялась?

Прострелика покачала головой:

– Я не потерялась, я гуляла. Я живу в аббатстве Рэдволл. Я сама его найду – чай, не маленькая!

Выдр улыбнулся и протянул ей мешочек:

– Ты хороший суслик, кроме того, ты из Рэдволла. Возьми подарок. Однажды я плавал в море и нашёл это на дне. Хотя они были разбросанные, я их быстро нашёл.

Прострелика быстро развязала мешочек. Внутри лежали шесть крупных розовых жемчужин! Прострелика восхищённо посмотрела на них и прошептала, так, чтобы Рулехвост не услышал: «Слёзы Всех Океанов! Они нашлись!». И затем лишь она громко добавила:

– Это же настоящее сокровище! Как ты можешь просто так отдать их!

Морская выдра улыбнулась:

- Для моих рэдволльских друзей мне ничего не жалко! Бери, и покажи это остальным, чтобы подивились, какую красотищу я нашёл!

Прострелика невинно кивнула и спрятала мешочек в кармане. Бедный Рулехвост, он не знал, какие роковые жемчужины нашёл! Выдре повезло, что никто не знал о том, что жемчуг был у него. Хоть Рулехвост и знал о Рэдволле, но история о жемчуге Лутры ему была незнакома. Судьба пощадила Рулехвоста – его не убили ради жемчужин.

Выдра, и не подозревая о том, что выпустила в мир роковой жемчуг, продолжила:

- Я сейчас донесу тебя до берега, а там тебя проводят землеройки Гуосима. Всё-таки я не отпущу тебя, малышка, одну.

Прострелика наморщила нос, и кивнула. С выдрой она решила не спорить – ещё отнимет у неё жемчужины!

4. ШОК Пижмы.

Рэдволльцы нахмурились, смотря на юную Прострелику. Сейчас все жители древнего аббатства столпились у ворот, глядя на сусличиху, которая сейчас пришла. Было утро следующего дня. Малыши, забывшие о шариках, радостно галдели и рвались к подруге, чтобы расспросить её о приключениях, но Аума и сестра Цецилия отвели их в здание аббатства и заперли там. Аббатиса Пижма подошла к юной жительница аббатства Прострелике и положила лапу ей на плечо:

– Зачем ты так расстраиваешь нас, дитя моё. Тебя наказали, а ты даёшь поводы для нового наказания. Ты понимаешь, что наказание – это не прихоть взрослых, а воспитательная мера! Ты должна понимать, что должна хорошо себя вести… и всё такое.

Прострелика наморщила носик и тихонько прошептала, чтобы никто не услышал:

– Вот именно, наказание – это прихоть взрослых.

Пижма не услышала её слов, но уловила шёпот. Молодая ежиха расстроено повела плечами:

– Мы прощаем тебя, Прострелика, за то что ты доставила своим родителям и всем нам беспокойство. Мы не будем тебя наказывать. Надеемся, ты больше не будешь так поступать – убегать или улетать за пределы аббатства одной. Ты поняла?

– Конечно! Спасибо, аббатиса Пижма! – вдруг согласно кивнула Прострелика и бросилась к родителям: – Мама, папа, не сердитесь на меня. Я не хотела приносить вам и остальным беспокойство! Но путешествие было прикольным.

Колосок и Ромашка, конечно же, любили свою дочь. Они тёпло обняли её и даже расцеловали, радостно улыбалась, но в душе, они, конечно, знали, что Прострелика продолжит свои выходки. Но сейчас суслики были счастливы: родители, что их дочь вернулась и её простили, а Прострелика – что так легко избежала наказания. Жемчужины в мешочке по-прежнему лежали у неё в кармашке платьица.

Злобные старухи – Аума, Цецилия и остальные – были не согласны с решением аббатисы. Они громко ворчали и брюзжали, кружа вокруг Прострелики:

– Что? Она останется без наказания? Накормить её крапивной похлёбкой!

– Я надеру тебя жёсткой щёткой, маленькая бандитка!

– И это воспитательные меры, аббатиса Пижма?!!

Внезапно старая барсучиха Аума остановилась и выпялилась на маленькую сусличиху:

– Что это такое большое у тебя в кармане? Отдай!

Аума с неожиданной для её лет резвостью подскочила к Прострелике и указала когтем на её выпученный карман:

– А ну достань!

Аббатиса с укоризной уставилась на барсучиху:

– Чего ты так строго, Аума…

Ролло поддакнул ежихе:

– Конечно, Аума, с детьми надо нежно, ласково…

Злобная барсучиха толкнула летописца и выхватила мешочек из кармана Прострелики. Сусличиха бешено завизжала, но Аума грубо оттолкнула её и принялась развязывать мешочек. Валяясь на лужайке, Прострелика со злость смотрела на главную няньку аббатства. Аума, высыпав в ладонь жемчужины, бросила мешочек Прострелике:

– Оооо. Жемчуг Лутры…

– Как это… – внезапно аббатиса Пижма осела, как будто её ударили в живот, и повалилась на землю: – Я же их бросила в море…

Белочка Краклин бросилась к лежащей ничком ежихе; началась суматоха. Аума сунула жемчужины Прострелике, переборов жадность. Юная сусличиха положила их обратно в мешочек и скрылась в толпе – она не хотела, чтобы Аума или кто-то другой отнял у неё Жемчуг Лутры. В это время Краклин стояла на коленях у тела упавшей в обморок Пижмы. Она прощупывала пульс ежихи:

– Слава богу, она жива. По-моему, у неё был инфаркт. Бедная Пижма. Она думала, эти жемчужины… ох.

Сестра Цецилия уже стояла рядом, с лекарствами и миской крапивной похлёбки.

Когда ежиха пришла в себя, сестра Цецилия установила диагноз:

– Да, у уважаемой аббатисы Пижмы был инфаркт. Если бы не мои лекарства, она бы погибла.

Ролло хриплым от волнения голосом произнёс:

– Как теперь Пижма будет аббатисой? Ей же надо делать много дел, а у неё больное сердце.

Аума сложила лапы на груди:

– Понятно. Нужно назначить новую аббатису. Или аббата.

Наступившую тишину нарушил слабый голос Пижмы:

– Конечно, Аума. Хотя для меня было большим почётом быть аббатисой, здоровье важнее. Я не хочу умереть от переутомления.

– И кого бы вы могли предложить? – высоко подняла брови Аума и широко улыбнулась. Мартин Воитель Второй хлопнул её по спине:

– Ишь чего захотела, старая барсучина – быть аббатисой! Я это по твоим глазам вижу. Нет, у тебя с Диббунами забот хватает.

После небольшого, но серьёзного совещания старейшин Рэдволла череда аббатис Рэдволла увеличилась – матушкой-настоятельницей выбрали молодую, но мудрую лесную мышку, старшую сестру погибшей Пинким – Нэнси.

Сидя на подоконнике окна в главном здании аббатства, юный суслик Прострелика перебирала необыкновенной красоты розовые жемчужины и напевала себе под нос. Полуденное солнце заставляло жемчужины менять цвет и переливаться. Прострелика убрала их обратно в мешочек, вдоволь налюбовавшись, и повесила его на пояс. Она перевела взгляд туда, где стояли гордая новая аббатиса Рэдволла и взрослые рэдволльцы. Прострелика усмехнулась. Арвин забрался на подоконник и уселся рядом:

– Я видел, как Пижма в обморок упала. Это из-за этих… земзюзин?

– Жемчужин, – поправила Прострелика и кивнула: – Ага, товарищ. Она думала, что выбросила – и никто не найдёт. А мне их одна клёвая выдра подарила.

Арвин восхищённо вытаращился на неё. Прострелика пощупала лапой мешочек и подумала:

– Ха-ха. Только пусть подумают меня наказать – это же не я аббатису напугала, а жемчужины. А теперь мне всё нипочём – раз в моих лапах Жемчуг Лутры, то в них скоро будет весь мир.

5. Когда «Слёзы Всех Океанов» высохли.

Прострелике запретили выходить из аббатства без сопровождения взрослых, и теперь она коротала время в густых кустах у пруда, где её было трудно найти. В этот день она сидела и глядела из своего укрытия в воду, перебирая жемчужины. Когда наступил вечер, а затем на аббатство спустилась ночь, суслик всё не уходил и не уходил – ей не хотелось видеть этих противных взрослых. Прострелика, вздохнув, запрятала жемчужины в мешочек и подняла голову вверх. Тёмный бархат со звёздочками-булавками и луной обтянул небосвод. Прострелика зажмурилась – какая красотища – и поудобнее разлеглась на ещё свежей зелёной траве. Она почти погрузилась в сон, когда услышала крики взрослых. Прострелика вздрогнула и залезла поглубже в кусты. Она стала слушать, о чём говорят взрослые у здания аббатства.

– Мы плавали в пруду и собирали рачки, – встревоженным голосом начал Командор выдр, – когда увидели его. Это водяная крыса! Видно, он прошлой ночью открыл маленькую калитку в северной стене и вошёл. Мы пытались поймать его, но это было опасно – со мной и остальными выдрами были совсем молодые. Водяная крыса могла убить их!

– Она большая, эта крыса? – осведомилась Аума. Видно, Командор кивнул. Его дочь, Длинная Лапа, даже взвизгнула:

– Большущая крыса! Некоторые выдра от испуга даже выскочили из воды. У неё грязно-коричнево-серый мех, драные уши, огромные клыки и когти. Уф!

Молодая аббатиса, мышка Нэнси, пропищала:

– Ой! Малыши любят купаться в пруду. А если крыса их съест?

Командор покрутил усы:

– Вполне возможно.

Аума покачала головой:

– Сейчас все малыши тут, рядом с нами. Я их привела. Мы просто не будем разрешать им купаться, пока крыса не поймана, вот что.

– А где Прострелика, Аума? – раздался взволнованный голос Ромашки, матери Прострелики. Прострелика хотела было побежать к ней, но решила остаться и ещё послушать разговор. Видимо, Аума пожала плечами на вопрос Ромашки, потому что маленькая землеройка Визгушка провизжала:

– Прострелика у пруда, в кустах. Она мне рассказала!

Прострелика услышала, как рэдволльцы побежали к пруду, и разочарованно подумала:

– Предательница эта Визгушка, вот что.

Она повернулась мордочкой к пруду и стала искать путь к спасению, как вдруг увидела перед собой огромную водяную крысу и замерла от страха. Крыса стукнула её по голове, так, что сусличиха потеряла сознание, и сграбастала её в охапку. Мерзко хихикая, дальний потомок Смурного, Угрюмый, плюхнулся в воду и поплыл к дальнему концу пруда.

Когда рэдволльцы были там, где любила сидеть Прострелика, по глади пруда лишь расходились круги.

Крыса грубо ударила Прострелику по мордочке:

– Просыпайся, глупый зверёныш!

Прострелика очнулась и застонала от боли. Стараясь не двигать головой, она оглядела место, где находилась. Это было огромное мокрое дупло прогнившего дерева. Прострелика знала это место – это дерево валялось у одного берега пруда, но его не убирали, потому что оно ещё не совсем сгнило и выдры любили на нём посидеть. Она решила закричать, но крыса, видно, угадала её мысль и зажала ей рот:

– Молчи! Я – водяной крыс Угрюмый. Я знаю, что у тебя жемчужины. Отдай их, и я оставлю тебя в живых и уйду из этого паршивого аббатства.

Прострелика быстренько всё обдумала. Так. Сейчас крыс может убить её. Ладно, она отдаст ему жемчужины и потом с рэдволльцами отправиться в погоню. Отольются ещё водяной крысе сусличьи слёзки! Прострелика протянула ему мешочек, крыса жадно схватила его и спихнула её в воду:

– Плавай, коли сможешь!

Угрюмый схватил ветку и принялся топить Прострелику. Но на крики сусличихи прибежали рэдволльцы. Несколько выдр тут же бросились в воду, и поплыли к водяной крысе и Прострелике. Угрюмый по дереву выбежал на сушу и через толпу рэдволльцев кинулся к ближайшей стене.

Когда Прострелику вытащили из воды, Угрюмый схватил Фиалку, взобрался по лестнице на стену и стал там:

– Если будете меня преследовать, я убью её!

Фиалка, испуганно глядя на страшную водяную крысу, дрожала от страха. Рэдволльцы стояли под стеной, не зная, что делать. Мартин Воитель Второй поднял легендарный меч:

– Только попробуй, мышка с ножичком! Я сброшу её со стены!

Фиалка начала судорожно всхлипывать, болтаясь в когтистых лапах крысы и глядя вниз, на рэдволльцев:

– Помогите мне…

Мартин стоял, с ненавистью глядя на водяную крысу – он нанёс ему оскорбление, а Мартин не может отомстить… Казалось, ни у кого не было идеи, как спасти Фиалку и избавиться от Угрюмого. Но Прострелика знала, что делать. Она незаметно наклонилась, подняла камень и привязала его к одному из концов пояса на её мокром платье. Затем Прострелика сделала рэдволльцам знак, чтобы они молчали, и направилась к стене:

– Угрюмый, я желаю вести переговоры. Сейчас я поднимусь на стену, и мы договоримся, чтобы ты отпустил Фиалку и убрался отсюда.

– С жемчужинами! – туповато добавил Угрюмый. Прострелика невинно кивнула:

– Конечно, друг.

Крыс решил, что эта юная сусличиха неопасна, и позволил ей вскарабкаться на стену и стать рядом. Прострелика попросила:

– Встань, пожалуйста, так, чтобы ты был ближе ко мне, чем Фиалка.

Угрюмый, ничего не подозревая, выполнил просьбу. Тотчас же мокрый пояс с камнем просвистел в воздухе:

– Рэдвоооооооолл!

Камень раскроил водяной крысе череп, и она, отпустив Фиалку, повалилась со стены и упала в аббатский пруд, подняв целый фонтан брызг. Рэдволльцы, выдержав недоумевающую секунду, радостно завопили. Фиалка принялась благодарить Прострелику, которая стояла на стене, раскручивая свой снаряд и вопя:

– Рэдвооооолл! Смееерть врагам!

Юная сусличиха и спасённая мышка сошли вместе со стены. В этот момент огромный хариус вынырнул из тёмных глубин пруда, и проглотил труп обезображенной падением водяной крысы. Все содрогнулись, увидев эту громадную старую рыбу. Но тут тишину прорезал вопль Прострелики:

– Жемчужины!

Выдра Гленнер опередила Прострелику и остальных. Она бросилась в воду, и вскоре уже стояла на суше, держа в лапах мешочек с жемчугом. За ним не пришлось нырять – он плавал на поверхности пруда. Прострелика взяла мешочек из лап молодой выдры и обратилась к рэдволльцам:

– Раз я избавилась от злобной крысы и спасла Фиалку, я могу кое-что попросить?

– Конечно, – ответил вместе с остальными Мартин, нынешний Защитник Рэдволла, и встал перед ней на колени. Юная сусличиха благодарно коснулась лапы мыши-воина и его меча, и обратилась к рэдволльцам:

– Аума, ты тут самая сильная. Не могла бы ты взять вот этот каменный блок, отвалившийся от стены?

– Я не слабачка, – фыркнула барсучиха и подняла огромный кусок камня: – Быстрее говори, что я должна сделать.

Прострелика высыпала из мешочка жемчужины и положила их на землю. Она опустила лапу, скомандовав:

– Опустить камень на жемчужины!

Аума остолбенела, но всё же не могла ослушаться из-за уважения к маленькой героине. У всех рэдволльцев были такие же смятенные чувства. Аума подняла голову, стараясь не глядеть на прекрасный Жемчуг Лутры, и резко опустила огромный блок:

– Ррраз! За Рэдвооолл!

Прострелика довольно выпрямилась:

– Теперь ни один зверь не умрёт из-за этого проклятого жемчуга! Я и Фиалка едва не погибли, а да другие могли пострадать! Прощай, Жемчуг Лутры…

Заяц Хват из северных гор пихнул сову Снопа в бок:

– Слышь, перина вонючая, я слышал, тут когда-то давно жил сова Гарри Муза, и он сочинял стихи. Может, тебе к этому случаю что-нибудь придумать?..

Сноп толкнул друга крылом:

– А моя матушка говорила, тут когда-то жил заяц Бэзил Олень и тоже сочинял стихи.

И друзья хором затянули:

– Этот жемчуг очень злой,

А мы его – ну с глаз долой!

Кто сказал так, тот герой,

Ну а мы идём домой!

– Перестаньте петь свои глупые песни! – злобно вскричала сестра Цецилия. – Я накормлю вас крапивной похлёбкой!

В это время Аума ещё несколько раз опустила блок на жемчужины. Прострелика кивнула:

– Хватит. Я думаю, достаточно.

Когда Аума подняла каменный блок и отодвинула его в сторону, рэдволльцы ничего не увидели. Вернее, почти ничего – там, где лежали шесть розовых жемчужин, траву теперь покрывала перламутрово-розовая пыль. Прострелика сгребла её в ладошки и развеяла по ветру:

– Лети, лети, ни к кому не попади.

Раздались громовые лапоплескания, и Мартин ещё раз опустился на колени перед Простреликой и протянул ей меч:

– Я считаю, что такая великодушная особа должна быть Воительницей Рэдволла. Возьми Меч Мартина.

Ещё раз раздались лапоплескания и поздравления, идущие от всего сердца, и Прострелику посвятили в воины. Так юный суслик стал Защитником Рэдволла.

Из древней красной стены аббатства Рэдволл вышел никем не замеченный призрак Мартина Воителя Первого. С призрачным мечом, он посмотрел на настоящий и нового воителя – Прострелику. Улыбка заиграла на лице древнего воителя:

– Да, она достойна этого – быть защитницей Рэдволла. Когда-нибудь Прострелика спасёт аббатство.