# Милосердие

Борджигин

## Милосердие

Молодая белка Руф Хайрелл вложил стрелу в лук и поднял его. Он прицелился в самку горностая, которая сидела перед ним на снегу и прижимала к себе тряпичный свёрток – свою дремлющую маленькую дочь.

Руф холодно посмотрел на хищницу, и перед ним снова пронеслись события этого ужасного дня…

…Маленькая деревушка Фэр Кэмп («Еловый лагерь») находилась в северной стороне от аббатства Редволл, близ огромного елового леса. Когда-то в этих местах шла война с хищниками, и отряды мирных жителей организовали здесь лагерь, из-за которого деревня и получила название. О военном прошлом, правда, напоминал только полуразрушенный фундамент какого-то укрепления на окраине. Сама деревня была такой же, как и сотни других деревень в Стране Цветущих Мхов: небольшой, с малым количеством жителей и низкими деревянными домами.

Сегодняшним утром, казалось, ничего не предвещало беды. Это был тот светлый зимний день, когда на рассвете облака ещё не появились на горизонте, ясно солнце светит ,покрывая золотыми искрами блестящий снег, а лазурь неба такая прозрачная и чистая, что, кажется, можно даже увидеть воздух.

В такое прекрасное морозное утро Руф, белка восемнадцати сезонов от роду, вместе со своим приятелем, молодой выдрой, Ленни Пройдохой (это прозвище предки Ленни получили ещё во времена лорда Броктри) отправились в лес за дровами, пока вся деревня ещё спала. Никто и не предполагал, что произойдёт дальше…

…Руф и Ленни не заметили, как быстро закончился короткий зимний день. Вот уже солнце касалось западных земель, освещая небо холодными алыми красками, и приятели со связками дров пошли из леса домой.

Вскоре они вышли к высокому холму, с которого открывался вид на всю деревню.

Дрова вывалились у них из лап, когда они увидели, что произошло. Это страшное зрелище Руф запомнил на всю жизнь. На фоне зимнего заката дымящим тёмным ковром раскинулся Фэр Кэмп. Все дома были кем-то сожжены и разрушены, кое-где ещё краснело не потухшее пламя.

Друзья быстро спустились с холма в деревню. пытаясь понять, что же случилось. Когда они подбежали поближе, ещё больший ужас охватил их сердца. Все жители деревни были мертвы!

Руф кинулся к своему дому, пытаясь найти семью. На почерневшем снегу лежали все Хайреллы: отец, мать, два брата с сестрой. Руф поднял выпавший из лап отца лук и пару стрел. Руф не плакал в этот момент. Он даже не знал, что ему чувствовать при виде этого страшного зрелища. Потом он испытал какой-то жуткий, неведомый ему раньше прилив гнева и мести.

Он осмотрел всю деревню. Все взрослые звери были убиты, «повезло» только маленьким жителям, их, по-видимому, забрали с собой, чтобы потом продать в рабство где-нибудь на южных землях. Руф по следам попытался вообразить более-менее ясную картину того, что произошло.

Напали, похоже, с Севера, утром, как только они с Ленни ушли. Руф, конечно, не был хорошим следопытом, но он видел, что хищников было немало, около сотни. А что сделает маленькая группа крестьян против вооружённой до зубов хищной армии? Да, было видно, что жители деревни сражались с отчаянием и смелостью, но вражеская орда оказалась сильнее. Налётчики разграбили дома, разрушили амбар, забрав оттуда все запасы, захватили с собой новых рабов и отправились на запад.

Впрочем, Руфа не слишком волновало с какой целью и откуда они напали. Его охватила лишь жажда мести.

Он, ничего не сказав Ленни, быстро пошёл в лес, по следам разбойников. И пусть он один, а их сотня, да пусть хоть тысяча, он всё равно настигнет их! О, с каким хладнокровием и жестокостью он будет их убивать! Также беспощадно, как и они перебили его родную деревню! И потом с храбростью погибнет, потому что его быстро убьют при таком численном перевесе. Ну а потом в Тёмный Лес, к свое семье…

…Так он и шёл, низко опустив голову и погрузившись в мрачные мысли, пока вдруг не наткнулся на самку горностая.

Она сидела прямо перед ним в большом сугробе и пыталась вытащить оттуда лапу. Хищница, похоже, уже давно здесь застряла и отбилась от своих. Наконец она вытащила лапу и подняла голову, услышав шаги.

Сдавленный крик вырвался у неё из груди, когда она увидела прицелившегося в неё Руфа…

…И теперь он смотрел на неё, полный какого-то странного холода и презрения, готовый выстрелить в любую минуту.

Горностайка, которая, скорее всего, была женой главаря разбойничьего войска, потому что на ней были дорогие, хотя и потрёпанные, одежды, прижала к груди маленький свёрток. Пожалуйста, пощади… - прошептала она так же тихо, как лёгкий ветерок колышет опавшие листья. – Убей меня, но не убивай мою дочь! Пощади мою Суи! Она не грабила твою деревню, она не сделала ничего плохого, она - лишь невинное дитя!

Он ничего не ответил. Она просит о пощаде? А сама она пощадила кого-нибудь, когда помогала своему мужу? На Руфа снова нахлынула волна гнева и ярости, и он скрипнул зубами, натянув тетиву во всю силу.

Пощадить её дочь? Но разве выживет дитя без матери, да тем более зимой? Нет, он убьёт их обоих, причём одним выстрелом…

…Горностайка поняла, что всё уже потеряно, и положила на снег своею Суи, поцеловав её на прощание, после чего, дрожа, но крепясь, упрямо взглянула на белку.

Сердце Руфа сжалось, когда он наблюдал за ней. Каким был этот прощальный поцелуй! Сколько любви, нежности, заботы, тепла таилось её в коротком прикосновении!

Он отбросил лук и стрелы в сторону и тихонько выдавил, сдерживая слёзы. - Уходи. Горностайка испуганно посмотрела на него, не веря своим ушам. – Уходи! - уже громче произнёс он.

- Спасибо! - она благодарно поклонилась. – Я этого не забуду… И она тоже! - она указала на спящую Суи. И горностайка бесшумно скрылась в чаще зимнего леса.

Руф положил лапу на ствол высокого дерева и впился в кору когтями. Сначала он пожалел о своём решении. Надо было всё-таки убить их. Он, наверное, проявил огромную слабость и глупость, когда отпустил их. Да и отец не одобрил бы такой поступок…

…Но потом он вспомнил эту отчаявшуюся, напуганную, хрупкую мать и её мирно спящее, ни о чём не подозревающее, дитя, и ему стало мерзко при мысли об их смерти. Да, пусть они хищники, беспощадные и жестокие, рождённые только убивать и причинять страдания, но… Какое-то маленькое «но» сдержало Руфа от выстрела.

Он огляделся и увидел, что уже почти стемнело, и хмуро побрёл назад. Мысль о мести к напавшим на деревню хищникам исчезла, и он думал только о той горностайке и о своей семье…

…Его раздумья прервал весёлый голос Лени (удивительно, как он вообще мог радоваться в такой день):

- Эй, дружище, ты где бродишь? Я тебя совсем потерял! Запыхавшийся выдра подбежал к Руфу. - Ну что, сегодня переночуем здесь, я нашёл более-менее целый дом на окраине, кое-как там устроиться можно, ну а завтра уже придумаем, что делать!

Руф молча кивнул, но потом спросил у него:

- Послушай, вот мне одна мысль никак покоя не даёт, вот скажи, правильно я поступил или нет… - и он коротко рассказал ему о сегодняшней встрече в лесу.

Ленни его внимательно, не перебивая, слушал, после чего задумчиво сказал только:

- Ну, братец, после такого, я думаю, тебе нужно прямиком в Рэдволл идти там, говорят, таких любят!