Jump to content
крыска

Дорога к дому, дорога к себе

Recommended Posts

@Мордукан

 

Ну, звери меняются.

В лучших традициях - в лучшую сторону, скорее всего.;) Это не значит, что история должна всенепременно закончиться карамельно-ванильно-приторно хорошо. Но если Синтии хватит мужества, то она может и изменить свое решение (и тогда же Трехпалый сам может совершить роковую ошибку и напороться на кухонный ножик споткнувшись об корень, упав в колодец или, например, переругавшись со Змеешпором - такое уже бывало и не раз).

Share this post


Link to post
Share on other sites

Это вообще решать автору,   поэтому мы не можем быть уверенными на все сто,    что Синтия всё-таки простит Витча или же не простит...
"Но если Синтии хватит мужества, то она может и изменить свое решение"
Что является слабостью/мужеством -- отомстить своему врагу или же простить его?...     

Share this post


Link to post
Share on other sites

@Мордукан

 

Это вообще решать автору, поэтому мы не можем быть уверенными на все сто, что Синтия всё-таки простит Витча или же не простит...

Ясень пень, что автору, посему "прибивание" Витча Синтией маловероятно.))

 

 

Что является слабостью/мужеством -- отомстить своему врагу или же простить его?...

Мужество - это именно умение простить: отомстить может даже самая мелочная и недалекая скотина, а простить могут далеко не все.

Share this post


Link to post
Share on other sites

 

Ну, тема мести очень яркая и очень болезненная.

Естественно, он же не синяк ей поставил...

Типаж Синтии в Витч-дилогии мне даже больше чем книжный импонирует...

Share this post


Link to post
Share on other sites

Самое фиговое в мести то,    что желающий отомстить в любом случае будет страдать,    даже если отомстит.   =_=    Ибо его будет преследовать мысль,   что он или поступил неверно,   или же отомстил недостаточно хорошо.

Share this post


Link to post
Share on other sites

 

Самое фиговое в мести то, что желающий отомстить в любом случае будет страдать, даже если отомстит. =_= Ибо его будет преследовать мысль, что он или поступил неверно, или же отомстил недостаточно хорошо.

В "Ликвидации" Урсуляка был такой эпизод: отец отомстил за убитого сына-бандита, но в итоге облегчения не получил, к тому же сам сел...

 

Посмотрим, как здесь действия развиваться будут.

  • Плюс 1

Share this post


Link to post
Share on other sites

Ещё в одном сериале был эпизод,   как один человек долгое время хотел отомстить,    в итоге нашёл способ,    но пожертвовал собой,   что исправить собственную ошибку...

Share this post


Link to post
Share on other sites

@Nibelung111

Спасибо за напоминание, Нибелунг!! Будет после каникул - я оставила почти дописанную главу там на компе((

Share this post


Link to post
Share on other sites

 

Спасибо за напоминание, Нибелунг!! Будет после каникул - я оставила почти дописанную главу там на компе((

Подождем.))

Share this post


Link to post
Share on other sites

могу немого поспойлерить -там Веслохвост вспомнит кое-что из своего прошлого.

Share this post


Link to post
Share on other sites

в благодарность за долгое ожидание эта глава немного длиннее предыдущих.

Глава XIV

 

Спиночёс и его приятель Хвосторез, связанные, молча смотрели на зверей, которые возвышались над ними.

Большой ёж, выдра, крысёнок и полёвка также хранили молчание.

 

Их лапы судорожно сжимали отобранное оружие – тесак Костохруста, кинжалы ласок и кухонный нож, который полёвка снова вернула себе.

 

Молчание красноречиво говорило о том, что сейчас решалась их судьба.

 

Спиночёс понял, что дело плохо… Витч старался не смотреть ему в глаза, а это значило…

 

Было понятно, чего враги боялись. Если отпустить их, Спиночеса и Хвостореза, то, конечно же,  для ласок было делом чести вернуться и отомстить. Продать в рабство мелкого ежонка или убить кого-нибудь… И они слишком ясно показали свои намерения, чтобы просто так умолять о пощаде.

 

Но Спиночёс не мог не спросить:

 

- Что случилось с Костохрустом?

 

Ласка смотрела на крысёнка.

 

- Мне пришлось его убить, - наконец,  ответил Витч.

 

Тишина стала настолько напряжённой, что, казалось, насекомые замолчали.

 

Почему-то Спиночёс поверил «малышу Витчу». Что-то внутри него ёкнуло, сердце упало вниз живота. Что-то настолько интуитивное, животное, подсказало ласке, что это – правда.

 

И ещё – Витч сказал «пришлось», он не  хвастал: «я его порешил» или что-то подобное, и вот это «пришлось» напугало Спиночёса намного сильнее.

 

Потому что сейчас им придется убить и его, Спиночёса.

 

Ужас охватил ласку, он вдруг понял, что ему так хочется жить, ещё день, ещё  минуточку, ещё хотя бы одно мгновение! Тёплое солнце позднего лета пригревало его мех, птицы пели над головой и мир был так прекрасен… 

Он не выдержал, и жалко заскулил:

 

- Прошу… Пощадите…

 

Он даже не узнал свой голос, и внезапно ясно вспомнил, как умоляли его те, безымянные, которых он отправлял к адским вратам.

 

Выдра и крыса шагнули к ласкам, вытащив кинжалы, и те закрыли глаза.

 

Тем удивительнее было почувствовать, что их лапы свободны.

 

- Я надеюсь, вы понимаете, что в том случае, если вы вернетесь в эти места, пощады вам уже не будет, - тихо проговорил Веслохвост.

 

- Мы отправим послание в Рэдволл, и эту часть леса проверят выдры, - сказал Эньен просто так, как будто ни к кому не обращаясь.

 

Витч и Синтия молчали.

 

Спиночёс чувствовал, что почти покинувшая его тело жизнь возвращается к нему, ярко и полно ощутил, как бьется его сердце, как кровь бежит по жилам, он чувствовал, как его лёгкие наполняются воздухом, эти простые, незаметные действия, но которых он мог сейчас лишиться..  Погрузиться в пустоту и темноту.

 

- Мы не вернемся… - пробормотало он. – Спасибо вам…

 

Он готов был пообещать что угодно, потому что ясно понимал, что его жизнь висела на волоске. Он не думал ни о реванше, ни о том, чтобы ещё раз попробовать поживиться за счёт кого-нибудь. Ему действительно хотелось убраться отсюда.

 

Звери вернулись к дому Эньена, к тому времени его жена, Оливия, нервно расхаживала около норы, держа на лапах капризничающего сына. Она не могла заставить себя остаться внутри, рядом с трупом Костохруста.

 

Увидев, что муж возвращается целый и невредимый, да и еще в компании хороших зверей – выдры и полёвки, ежиха окончательно поверила рассказу крысёнка и тому, что он не враг им.

 

С трудом отцепив от себя плачущую от облегчения жёнушку, Эньен, с той самой рассудительностью, о которой часто шутили его приятели, дал каждому задание – Витчу и друзьям вымыть лапы с их сыном Ирвином, а Оливии – собрать ягод на будущий пирог.

 

Когда все разошлись, большой ёж, чертыхаясь, вытащил тело Костохруста и поволок его подальше в лес, чтобы там закопать его.

 

Он не слышал, как за его спиной кто-то прошептал.

 

- Маленькая крыса убила большую… Скрел молодец, что не торопится. Скерл еще подождёт…

 

Уже поздним вечером звери сидели в чисто вымытой после всех происшествий норе и с аппетитом уплетали ужин.

Над щекой Витча похлопотала и Оливия и Синтия , различные примочки сбавили опухоль, и теперь крысёнок, сидевший рядом с Веслохвостом и Ирвином выглядел почти нормально.

 

- И куда же вы теперь отправитесь? – задала вопрос ежиха. – Вы такие юные, вам не следует ходить в одиночку. Было бы лучше отправиться в Рэдволл…

 

Синтия опустила глаза, ковыряя пирог. Нет, ей нельзя назад. Нельзя в Рэдволл. Нет…

 

- Мы ищем мой дом, - ответил Веслохвост. – Я хочу найти мою сестру.

 

- А где твой дом? – простодушно поинтересовался маленький Ирвин.

 

- Я не помню, - серьёзно ответила выдра. – Я не видел его с тех пор, как был таким же малышом, как и ты.

 

- Я не малыш! – ежонок смешно выпятил вперед нижнюю губу. – А как ты его тогда найдешь, если не помнишь?

 

- Не приставай к Веслохвосту, Ирвин! Это невежливо, - прикрикнула на сына Оливия.

 

Ужин подошел к концу и звери стали готовиться ко сну. Ежиха постелила друзьям в так называемой «гостевой комнате», где у них останавливались многочисленные родственники.

 

Веслохвост устало нырнул в тёплую и мягкую постель. У него защемило сердце – это забытое ощущение дома и настоящей постели. В походе, когда они шли вместе с Матиасом, всё равно была кочевая жизнь, а до этого…в рабстве…это было какое-то забытье, не сон, они просто падали без сил на каменный пол и теряли сознание. Но это… подушка, мягкое одеяло и матрас…

 

Выдра закрыла глаза.

 

Ощущение дома…

 

Эти блики на воде, этот серебристый смех…

 

- Веслохвост, догоняй!

 

Он бежит за ней, поскальзывается, пытается встать. Он слышит ее звонкий смех, и сам смеётся.

 

Лучи солнца такие яркие, что он не может увидеть её, её мордочку. Она брызгается в него водой, солнечные лучи отражаются в каплях воды миллионами огней.

 

- Росинка, перестань!

 

Росинка…

 

Сон уходил также внезапно, как и пришёл, Веслохвост отчаянно цеплялся за него, слёзы потекли у него из глаз в тот момент, когда он почувствовал, что эта радость от встречи с сестрой – ненастоящая, что это ему только приснилось! Сон ускользал, как сверкающая вода сквозь пальцы, и он ничего не мог с этим поделать.

 

Росинка…

 

Выдра лежала на кровати, до крови закусив губу, прислушиваясь к ровному дыханию спящих друзей. Он так и не смог больше заснуть в эту ночь.

  • Плюс 2

Share this post


Link to post
Share on other sites

Супер!!! Автор просто молодчина! И снова Скерл объявился. Что же у него на уме?!

Share this post


Link to post
Share on other sites

 

Что же у него на уме?!

 
Капитан,  капитан,   улыбнитесь,
Ведь улыбка это флаг корабля!
Думаю,  что ящерица хочет обсудить с Витчем  дух Мартина Воителя,    а не вовсе отомстить.
 

Share this post


Link to post
Share on other sites
Глава XV

 

Веслохвост встал в самом мрачном расположении духа. Он был рад, что Синтия и Витч были достаточно болтливы, чтобы как следует поблагодарить семейство ежей за гостеприимство, чтобы вдоволь выслушать причитания Оливии про то, что им не стоит ходить одним и стоит вернуться в Рэдволл, чтобы отвечать на все вопросы малютки Ирвина...

 

Сон не выходил у выдры из головы, но при этом сон ускользал от него. Он не мог вспомнить мордочку сестры, и это подвергало его в отчаяние.

 

Наконец, звери попрощались с ежами и отправились к тому месту, куда причалил их маленький плот.

 

Они, как сговорясь, не стали обсуждать весь ужас, который с ними случился, а Витч не начал выступать с речью: " А я же вам говорил..."

Юные звери взобрались на плот, и Веслохвост оттолкнул палкой их суденышко от берега.

 

Витч растянулся на тёплых бревнах, прикладывая к больной щеке кусок мокрой тряпки. Чувствовал он себя намного лучше, хотя об одной вещи он не хотел думать и даже вспоминать. Но, пока светило солнце, пока прохладная воды приятно брызгала в лицо, пока рядом были друзья можно было не вспоминать о безжизненном теле Костохруста и о том, что именно маленькая лапа Витч оборвала его жизнь...

 

- Что с тобой? - Веслохвост вздрогнул и не сразу понял, что Синтия обращается к нему. Минуту он смотрел в её круглые глаза, а затем ответил:

 

- Со мной... - Он решил довериться друзьям. - Я... Мне приснился сон. И я вспомнил имя моей сестры - Росинка.

 

- Красивое имя, улыбнулась полёвка, а Витч был более прагматичен.

 

- А что-нибудь ты ещё вспомнил? Например, название реки или там вашей плотины?

 

 Выдра сокрушённо покачала головой.

 

- Нет. Больше ничего, - Веслохвост помолчал и потом с надеждой взглянул на Витча.

 

- А тебе сложно было побороть.. Ну твою амнезию? Вспомнить, кто ты и откуда?

 

Крысёнок озадаченно почесал шрамы на голове:

 

- Понимаешь, у нас с тобой разные случаи, я потерял память из-за удара, а ты забыл, что с тобой случилось, когда ты был совсем малышом. Но, я думаю, приближение к родным местам может тебе помочь. Я всё вспомнил, когда оказался в Лесу Цветущих Мхов.

 

- Нам надо двигаться по реке и спрашивать выдру по имени Росинка, - вставила Синтия. - Её могут знать.

 

- Я, наверное, не из Леса Цветущих Мхов, - вздохнул Веслохвост. - Эх, если бы я хоть что-то помнил... Или был бы тогда постарше.

 

 - Ничего, мы не будем сдаваться, - полёвка положила ему лапу на плечо. - Тем более, что нам нет пути назад, - тихо прибавила она.

 

Витч лёг на живот, рассматривая белые барашки волн на реке. Его узкая мордочка с опухшей щекой расплывалась в брызгах воды.

 

 Убийца!

 

 Витч вздрогнул, отпрянув от края борта, ему показалось, что он увидел в воде ту, удивлённо-растерянную морду Костохруста.

 

Да, он убил его. Спиночёса не смог, а тут - получилось. Теперь это с ним навсегда.

 

 "Я не хочу думать об этом, - твёрдо приказал себе Витч. - не хочу и не буду. У меня не было выбора - он бы убил моих друзей!"

 

 "Ну и что, - прошипела вода под плотом. - Сначала ты стоял рядом, когда убивали Летти Полёвкинс, а теперь и сам замарал свои лапы. Тебе не забыть этого, о нет, маленький Витч!"

 

Витч посмотрел на Синтию: "Для неё же будет лучше, если мы так и не найдем Трёхпалого. Лучше отвлекать их поиском дома Велохвоста."

 

Маленький плот нёсся все стремительней - впёред и вперёд.

 

Синтия помогала Веслохвосту, отталкивая плот палкой с другого конца берега. Её мысли тоже были полны мрачных воспоминаний.

 

" Витч думал, что не сможет убить, но он смог. Значит. смогу и я. Я отомщу за смерть матери, это надо сделать даже для того, чтобы он не убил ещё чью-либо маму. Я знаю, как они опасны и должна уничтожить их."

 

- Стойте! - раздался вдруг резкий вскрик.

 

Из травы на обоих берегах реки появились землеройки, их головы традиционно были украшены яркими повязками. Несколько землероек быстро вспрыгнули на борт плота и жестами, подкрепленными блеском рапир, приказали друзьям сойти с плота.

 

 - Это территория Повстанческого союза землероек! - крикнул один из зверьков. - Кто вы такие и что вам здесь нужно?

Edited by крыска
  • Плюс 1

Share this post


Link to post
Share on other sites

Ух ты ж поворот!)

А уж по-своему зеркалящие друг друга мысли Синтии и Витча восхитительны!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Урррааа, продолжение!!! И снова жуть как интересно! И землеройки :D

Share this post


Link to post
Share on other sites

@крыска

Пятнадцатая глава! Великие Сезоны, а я как назло превысила уже лимит по подъему кармы.:(:)

Крысь, это просто чудо: Витч так изменился за два фика, но при этом ничуть не разобщается с каноничным образом - все его этические метаморфозы очень последовательные... Что могу сказать? Красота!:)

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

  • Similar Content

    • By крыска
      Небольшое предисловие. Собственно. Потерянные дети, найденные родители и потеря памяти обычно занимают 98% фанфиков. И я решила от этого не отставать.
      Итак, просмотр "Маттимео" на двух языках, перечитывание "Похода Матиаса" в оригинале и в двух переводах не могло пройти бесследно для моего мозга и не могло ничем хорошим закончиться. Это закончилось фанфиком. Более того, что фанфиков про Витча чуть более, чем ничего, а если и начинались, то были недописаны.
       
      Идея фанфика так или иначе пришла в голову еще в далеком 2003 (!) году, а сейчас я решила ее развить.
       
      Необходимое и достаточное предположение для фанфика - что рэдволльцы все-таки могли помочь раненому хищнику.
       
      Итак... Наслаждаемся!
       

      Часть I.
       
       

       
      Рисунок Химика
       
      Удар, боль и темнота. Спасительная темнота, в которой не было ни единого чувства… Витч отдыхал в этом небытии, но затем боль вернулась. Сначала она пульсировала еле слышно, но потом нарастала, ширилась, голову как будто распирало изнутри, шум в ушах нарастал как прибой, как гром…
       
      Он пытался забыться, убежать в безопасную темноту и нечувствие, но боль настигала его и в тот момент, когда стала особенно невыносимой…
       
      - О, клыки ада, моя голова!!!
       
      Витч схватился за виски обеими лапами и сел.
       
      - Я бы на твоем месте не стал трогать повязки, - раздался голос. – Ты серьезно ранен.
       
      Крысенок с трудом разлепил зажмуренные веки и осторожно откинулся обратно на какое-то подобие постели, на котором он лежал.
       
      Перед глазами прыгали мушки, все было мутным и нечетким. Витч с трудом различил очертания мышонка, который сидел рядом с ним.
       
      - Где я? – Тихо спросил крысенок. Это извечный вопрос очнувшихся существ, которые сразу не понимали где они, и что с ними случилось.
       
      - Мы сейчас на Великой Южной Гряде. Уже прошли Ущелье и Лес Крашеных.
      Витч несколько раз моргнул. Он не понял ни единого слова. Эти названия мест ему ничего не говорили.
       
      - Мы возвращаемся в Рэдволл, - добавил мышонок.
       
      Он как-то странно смотрел на Витча, и крысенок тоже забеспокоился.
       
      В голове не было ни единой мысли. Ничего. Только шум и пульсирующая боль.
       
      - Я хочу пить.
       
      Мышонок все также странно смотрел, как будто колебался или хотел что-то сказать. Но потом, решившись, встал и отошел.
       
      Крысенок осторожно повернул голову, пытаясь осмотреться. 
       
      Вокруг был лагерь – стояли палатки и горели костры. Около костров сидели мыши, выдры, белки, какие-то странные маленькие мыши с длинными мордочками и яркими повязками на головах. Вдалеке стоял огромный барсук.
       
      «Мы возвращаемся в Рэдволл» - сказал тот мышонок. Проклятие, почему это ему ничего не говорит?
       
      Витч попытался вспомнить, что с ним произошло, и вот тут он испугался.
      Он внезапно понял, что не помнит ничего.
       
      Вообще ничего.
       
      В голове не было ни одного, даже самого маленького воспоминания.
      Только чернота и пульсирующая боль.
       
      - Вот, - вернулся мышонок и протянул миску с водой.
       
      - Спасибо, приятель, - машинально поблагодарил крысенок.
       
      Удивление опять промелькнуло в глазах мышонка, но Витч отмахнулся от этого. Одним глотком осушив всю миску, он протянул ее обратно.
       
      Стало лучше, оказывается, его сильно мучила жажда. Удивительно, как становится все равно на любое чувство, когда так ужасно болит голова!
       
      Крысенок откинулся назад, опять теряя сознание. Последнее, что он спросил, было:
       
      - А как тебя зовут, приятель?
       
       

      Часть II
       
       
      Теперь в темноте была боль, но приглушенная. Но она таилась за углом, пряталась, чтобы опять напасть и вгрызться в голову своими острыми зубами.
      Витч убегал от нее, прятался, но она опять настигала.
       
      Ему казалось, что его куда-то несут, его тело мягко покачивалось. Какое-то забытое ощущение из далекого детства, будто его качали в колыбели. Но ведь этого не могло быть?
       
      Больше в этом забытьи не было ничего, потому что для образов сна нужны воспоминания.
       
      А их не было.
       
      … Боль вцепилась в голову мертвой хваткой, Витч застонал и поднял лапы к голове.
       
      - Постарайся не двигаться, - раздался строгий голос, и крысенок открыл глаза. 
       
      – Надо сменить бинты.
       
      Взрослый мышь протянул лапы к его голове, и Витч взмолился:
       
      - О, нет-нет, не трогайте! Голова ужасно болит, я просто умираю!
       
      - Придется это сделать, иначе будет хуже, - ответил мышь, накладывая повязки. Витч стиснул зубы, стараясь подавить крик. – Тебе повезло, что ты выжил после такого удара, пусть даже он и пришелся вскользь.
       
      - После какого удара? – Прошептал крысенок, откидываясь назад, когда пытка перевязкой закончилась.
       
      Мышь помолчал. Он явно был обескуражен.
       
      - Ты что, не помнишь? – Наконец, спросил он.
       
      Витч тоже молчал, пытаясь вспомнить. Но в голове не было ничего. Пусто. Только темнота и какие-то всполохи света.
       
      - Нет… Не помню. Я что, упал?
       
      Мышь молчал. Потом он пробормотал что-то вроде «Конечно, такой удар не мог остаться бесследным… Но, может быть, так ему будет лучше…»
       
      - Лучше не думай об этом, - наконец, ответил мышь. – Я тебе принесу поесть. Тебе сейчас важно просто поправиться, а вспоминать будешь потом.
       
      Он удалился, а Витч стиснул виски лапами. Значит, он не упал. А что с ним произошло, что?!
       
      Почему эти мыши ему помогают? Значит, они его друзья? Но почему они так странно смотрят на него?
       
      И… Самое главное…
       
      Клыки ада, кто он?! Как его зовут?!!!
       
      Витч вытянул лапы. Лапы, как лапы. Затем вытянул хвост из-под себя.
      Хвост был как у мыши или как у крысы. Кто же он – крыса или мышь?
       
      Вернулся тот взрослый мышь. Он принес овощного супа и какой-то настой.
       
      - Выпей потом это – травы уменьшат головную боль, и ты сможешь заснуть.
       
      - Хорошо бы. Спасибо.
       
      Мышь отошел, прежде, чем Витч смог его о чем-то спросить. Было какое-то непонятное чувство, что, при том, что они были добры к нему, они как будто делали это через силу, будто заставляя себя. 
       
      Мышь оставил еду – и ушел. Если бы он был близким ему или другом, он бы остался, подождал, пока раненый поест. Это было бы понятно.
       
      Или тот мышонок – он так удивился, когда услышал «приятель».
       
      Витч с трудом съел суп – голова начинала болеть все сильнее. 
       
      - Надеюсь, этот отвар мне поможет, - простонал он.
       
      Может быть, эти мыши так расстроены, что он их не помнит, что не знают, как им себя с ним вести? Ведь он должен их знать, раз они его знают. Насколько хорошо они знают друг друга?
       
      И, проклятие, что же с ним случилось? Это был несчастный случай?
       
      Или нет?!!!
       
      Настой начал действовать, Витча стало клонить в сон. Боль в голове притупилась так, что он почти смог ее не замечать. Закрывая глаза, он опять провалился в темноту.
       

      Часть III
       
       
      … Когда он снова очнулся, было просто прекрасный день. Пели птицы, потрескивали костры, на которых что-то шкварчало. Маленькие мыши с красными повязками переругивались, но это было как-то не всерьез.
       
      Мышонок о чем-то разговаривал с какой-то мышкой, они смеялись.
       
      Его как будто не замечали.
       
      Это было такое знакомое чувство, когда ты вроде бы рядом с другими, но на тебя не обращают внимание. Качество, полезное в шпионаже.
       
      Шпионаже?
       
      «Продолжай шпионить! Ты вернешься в Рэдволл!» - раздался в голове громоподобный голос, страшный голос зверя, который скрежетал так, словно ему кто-то когда-то жестоко сдавил горло.
       
      Витч резко сел на постели и схватился за голову.
       
      Что это? Чей это голос?
       
      Но потом опять была пустота. Ни единой мысли, ни единого воспоминания.
      Боль в голове была не такой сильной, как раньше, и крысенок попытался встать.
       
      Голова кружилась, но в целом, он чувствовал себя лучше. По крайней мере, он не может больше лежать и погружаться в пустоту своего разума.
       
      Наверное, он покачнулся и упал, потому что мыши подбежали к нему.
      Тот мышонок помог ему подняться.
       
      - Ты не должен вставать! – воскликнул он.
       
      Крысенок сел на землю и обхватил голову лапами.
       
      - Я чувствую себя хорошо, - сказал он. – Я не могу постоянно лежать, это сводит меня с ума.
       
      Мыши молчали и испуганно смотрели на него.
       
      - Вы ведь знаете меня, да? – Спросил крысенок. – Расскажите мне… обо мне. Звучит по-идиотски, но я действительно…не помню.
       
      - Ты ничего не помнишь? – Переспросил мышонок. Мышка отвела взгляд и перетаптывалась с лапы на лапу.
       
      Витч вытянул лапы вперед и стал рассматривать их. 
       
      - Я ничего не помню… - Прошептал он, больше обращаясь к себе, чем к мышам. – Я не помню, что произошло… Не помню вас, хотя, видимо, должен знать. Но хуже всего то, что я не помню…
       
      Он поднял глаза и опять схватился за голову.
       
      - Я не помню, кто я! Как меня зовут!
       
      - Тебя зовут Витч.
       
      Это ответил мышонок.
       
      - Витч… - Повторил крысенок. – А я мышь или крыса?
       
      - Крыса.
       
      - Витч…. – Он помотал головой. - Странно, я думал, что когда услышу свое имя, будет что-то вроде: «О да, точно, меня так зовут!», и я все вспомню. Но ничего этого нет.
       
      Он закрыл морду лапами.
       
      - Просто еще мало времени прошло, и ты еще не поправился, - сказала мышка. По-видимому, ей стало его жаль. – Ты все вспомнишь…
       
      - Но ведь вы знаете обо мне еще что-то? – Сказал крысенок и, встав, схватил мышонка за лапу. – Расскажите мне то, что знаете!
       
      Маттимео испытывал смешанные чувства. Он ненавидел Витча, хотел ему отомстить за все. За его насмешки, тычки, помощь Слэгару, за неприкрытое злорадство… Когда он увидел своего врага закованного в кандалы, он хотел оказаться рядом с ним, чтобы проучить…
       
      Но одно дело – желать мести своему мучителю, а другое – видеть его в луже крови, видеть, как страшное оружие работорговца уничтожает живую плоть… Это совсем другое, кто бы что не говорил.
       
      Маттимео очень изменился и теперь, потеряв друзей, почти потеряв надежду увидеть родителей, Рэдволл… Он стал больше ценить жизнь. Любую жизнь, каждую жизнь.
       
      Поэтому он не стал говорить Витчу, что он бывший погонщик рабов, шпион и негодяй, который за это поплатился. И что они помогли ему, просто потому что не могли иначе.
       
      Потому что, если он это узнает – он уйдет.
       
      А если он уйдет – то не выживет в одиночку.
       
      Маттимео это отлично понимал.
       
      - Меня зовут Маттимео, а ее – Тесс. – Сказал мышонок. – Произошло много грустных событий, поэтому мы не хотим об этом говорить. Коротко говоря, лис Слэгар Беспощадный захватил нас в плен и увел далеко от дома. Но наши родители настигли его, и спасли нас. А заодно и наших новых друзей – бывших рабов. А сейчас мы возвращаемся домой.
       
      - В Рэдволл? – Спросил Витч.
       
      Маттимео поднял брови.
       
      - Ты сказал: «Мы возвращаемся в Рэдволл», когда я впервые очнулся.
       
      - А, ну да. 
       
      Крысенок обдумывал информацию, которой так щедро поделился Маттимео. Слэгар Беспощадный… Рабы…
       
      А какое было его участие в этой истории? Что с ним было, и что стало?
       
      Но почему-то Витч почувствовал, что мышонок больше ничего не скажет. Он явно знал больше, чем сказал. Только вот почему?
       
      Ясно было одно – его родителей не было среди этих зверей. Среди них не было крыс.
       
      А это значит, что он – чужой среди них. Не такой, как все.
       
      Вокруг были мыши, белки, два барсука, эти маленькие мыши с повязками – Витч слышал, что их называют «землеройками», выдры. Ни одного хищника. 
       
      Кроме него.
       

      Часть IV
       
       
      Крысенок встал.
       
      - Я могу принести сучьев для костра. Я хочу что-то делать.
       
      - Не думаю, что это хорошая идея, - сказал мышонок. – Ты даже встал с трудом, а если уйти от лагеря…
       
      - Я справлюсь. – Витч осторожно дотронулся до забинтованной головы. – Я не могу постоянно лежать, - повторил он.
       
      Ему почему-то хотелось отойти от всех. Побыть одному. Мыши не стали его останавливать.
       
      - Не ходи далеко! – Крикнула ему в догонку Тесс. – Приноси их к во-о-он тому костру, землеройки будут делать завтрак. А потом мы отправимся в путь.
       
      - Хорошо.
       
      Крысенок углубился в небольшую рощицу около поляны, на которой расположился лагерь. Издалека были слышны смех и шутки. Но он почему-то чувствовал все нарастающую тревогу.
       
      Собирая небольшие ветки привычными движениями – значит, его часто отправляли на такие мелкие поручения – Витч наткнулся на небольшой ручеек.
       
      Он попил воды и смочил водой виски и затылок. Голова стала болеть меньше.
      Рабы… Слэгар Беспощадный… Ну и прозвище!
       
      А этот Маттимео его чем-то раздражал. Витч чувствовал какую-то неприязнь к этому мышонку, хотя и не мог понять, почему.
       
      Около ручья вода сделала ответвление и образовала небольшую лужицу. Крысенок наклонился, пристально разглядывая свое отражение.
       
      Это – он. Острая мордочка крысы, небольшие уши и голова, обвязанная бинтами с красно-коричневыми пятнами крови. 
       
      Витч всматривался. Нет, он не помнит. Не помнит даже себя!
       
      Вздохнув, крысенок поднял сучья и двинулся к лагерю.
       
      Около костра сидела юная полевка. «С ней можно поговорить, - подумал Витч. – Мышки обычно более разговорчивы. Если бы эта Тесс была одна, то она бы все мне рассказала.»
       
      Интересно, откуда у него эти мысли? Про то, кто больше разговорчив? Это ведь тоже очень помогает…
       
      В шпионаже… Шпионаже!
       
      Крысенок подошел к костру и бросил ветки рядом. Он попытался добродушно улыбнуться, хотя выглядел как настоящий ночной кошмар с осунувшейся от болезни мордой и кровавыми повязками на голове.
       
      - Привет! – Витч старался говорить вежливо и жизнерадостно. – Вот, принес сучьев для костра.
       
      Полевка испуганно взглянула на него и отодвинулась. 
       
      - Тебя как зовут? – Спросил крысенок.
       
      Она удивленно моргнула и ответила, спустя довольно продолжительное время:
       
      - Ты же знаешь, как меня зовут.
       
      Витч приложил лапу к голове и попытался улыбнуться:
       
      - Да… Наверное. Но я все забыл. Все-все. Ты ведь поможешь мне вспомнить, правда?
       
      Она молчала, ее взгляд был таким же странным, как и у Маттимео.
       
      - Хотела бы и я все забыть, - наконец, произнесла мышка. В ее голосе звучала печаль и гнев.
       
      - Что забыть? – Спросил крысенок.
       
      - Что моя мать мертва! – Она встала. – Что я вернусь в Рэдволл, а ее больше нет!
       
      - Мне очень жаль… - Машинально произнес Витч фразу, которой обычно встречают такие признания.
       
      Глаза полевки округлились, у нее задрожали губы. Она сжала лапы в кулаки.
       
      - Тебе… не может быть…жаль! – Воскликнула она и убежала.
       
      Крысенок удивленно посмотрел ей вслед. Ему не может быть жаль? Почему?
       
      Он все думал об этом, пока ел нехитрый завтрак и пока ему меняли бинты.
       
      Потом, несмотря на его протесты, взрослый мышь –он сказал, что его зовут Матиас, отец Маттимео, заставил его лечь на носилки.
       
      Две землеройки подняли его, и все двинулись в путь.
       
      Витч мягко покачивался на своем ложе.
       
      Сложив лапы на груди, он смотрел на небо.
       
      Небо, голубое и ясное, с белыми облаками… Оно качалось в такт носилкам.
       
      Качалось, качалось, а еще, бывает и такое, что, небо опрокидывается на тебя миллионами осколков, рвется на части и невыносимо звенит в ушах.
      А потом наступает темнота.
       
      Крысенок опять потерял сознание.

       



      Часть V
       
       
      Теперь, во время забытья, ему снился сон.
       
      Вернее, кошмар.
       
      Он бежал из какого-то темного места, а под лапами все рушилось. Сверху падали камни, блоки, слышны были крики тех, кто падал в бездонную пропасть. Он бежал и бежал.
       
      Падал, оскальзываясь, вставал, и бежал снова. Сердце колотилось где-то в горле, дыхания не хватало. И вот, впереди свет… Дневной свет, яркий, слепящий глаза, такой белый, как раскаленный огонь в середине костра.
       
      Задыхаясь, он двигался туда, к свободе.
       
      Внезапно, мир раскололся, свет выжигал разум. В ушах зазвучал пронзительный крик:
       
      - Нет-нет, пожалуйста! Я ничего не сказал им, и не собирался с ними идти! Они поймали меня!
       
      Нет-нет, пожалуйста!
       
      Пожалуйста!!!
       
      Витч стиснул голову лапами, вскакивая с постели.
       
      Этот крик так и звучал у него в ушах.
       
      Я ничего не сказал им, и не собирался с ними идти! Они поймали меня!
       
      Он встал, вытирая дрожащими лапами морду – по ней струился холодный пот.
       
      Крысенок огляделся – была ночь, и лагерь спал. Горели костры, около которых сидели часовые.
       
      Витч не мог дальше спать – он боялся повторения этого кошмара.
       
      Или воспоминания?
       
      Еще раз вытерев морду, крысенок пошел от лагеря, ему хотелось пройтись.
      Обдумать то, что вспомнил.
       
      Его поймали, это точно. Мыши – не друзья. 
       
      И Маттимео – не приятель.
       
      Но кого он умолял – так отчаянно?
       
      Крысенок сделал еще несколько шагов, как его остановил оклик:
       
      - Стой! Ты куда?
       
      Из темноты выступил он – Маттимео.
       
      Витч молча смотрел на него.
       
      - Ты куда? – Повторил мышонок.
       
      - Никуда. Мне не спится, и я хотел пройтись, - нехотя, ответил крысенок.
       
      Они помолчали.
       
      - Ты что, следишь за мной? – Вдруг спросил Витч. 
       
      - Нет, что ты… - Замялся Маттимео, но им обоим было ясно.
       
      Это была неправда. 
       
      - Почему ты следишь за мной? – Настаивал крысенок. – Что будет, если я не подчинюсь? Если буду ходить, где мне вздумается? Я ведь не могу от вас уйти просто так, не так ли?
       
      «Они поймали меня!» - пронеслось в голове.
       
      - Перестань, - возразил мышонок. – Любой может уйти, но никому не выжить в этих местах в одиночку.
       
      - Значит, ты шпионишь за мной ради моего же собственного блага? – В голосе Витча звучало все больше раздражения.
       
      - Шпионю?! – Маттимео задохнулся от возмущения. – Уж не тебе об этом говорить, Витч!
       
      Он понял, что проговорился, потому что крысеныш схватился за голову.
       
      - Шпионить.. Шпион… Продолжай шпионить… - Забормотал он.
       
      Мышонок взял его за лапу и отвел к носилкам.
       
      - Делай что хочешь, крыса, - проговорил он. – Можешь уходить, никто не тебя не держит. Но на твоем бы месте, я бы спал.
       
      Витч сел на своей постели, не обращая внимания на Маттимео.
       
      Его слова разбудили какие-то отголоски памяти, и он старался их не потерять.
       
      Шпионаж – было основное слово, такое знакомое…
       
      Наверное, он был как-то связан со слежкой. Или сам был шпионом. 
       
      Он скоро вспомнит. Все вспомнит…
    • By крыска
      вот отрывки которые я хочу обсудить, выделю жирным.
      Короче как мы помним, Витча не приняли в ряды крыс малькарриса а заковали вместе с рабами.
      Далее..
      когда новых рабов выводили строиться перед статуей был такой эпизод
      "Стоя со склоненной головой и скосив взгляд, Маттимео увидал Витча, стоящего в веренице с другими рабами. Его держали две крысы. Мышонок тихонько толкнул Тэсс локтем:

      - Смотри, кто здесь, - наш маленький погонщик, которого "наградили" за его службу. Надеюсь, меня закуют рядом с ним на какое-то время. "
      Тоесть Маттимео хотел отомстить. Но читаем дальше.

      "Лестница сильно тряслась. Джесс напряженно вглядывалась в темноту.

      - Там кто-то идет. Посторонись, Сэм!

      Из темноты стремглав, как будто черти кусали его за хвост, выбежал маленький Витч.

      - Йаах! Моя темница вся зашаталась, и дверь выпала! Помогите!

      Маттимео схватил его за загривок:

      - Мой отец, Орландо, ты видел их?

      - Нет, нет, я только бежал. Там, внизу, все рушится! Разве вы не слышите? "
      Здесь Витч среди рэдволльцев и никто его не трогает.
      Далее вылезли Матиас и Орландо.

      "Матиас поглядел на края образовавшейся впадины, на дне которой они оказались. Деревья бывшей рощи торчали из ее склонов под самыми различными углами, черная и коричневая земля виднелась сквозь трещины, прорезавшие травяной покров. Он устало положил меч на плечо и крикнул своим спутникам:

      - За мной, в Рэдволл!

      Они уже были на полпути к вершине склона, когда Витч вдруг бросился бежать. Он стремительно скатился с откоса, пересек впадину и начал взбираться на противоположный склон.

      Маттимео хотел догнать его, но отец удержал:

      - Пусть его бежит, сын. Ему нет места среди честных лесных жителей.
      Они постояли минуту, наблюдая, как маленькая крыса перелезает через большой валун, наполовину торчавший из земли. Внезапно Витч вскрикнул и полез обратно на камень. Подняв умоляюще лапы, он завопил:

      - Нет, нет, пожалуйста. Я ничего не сказал им и не собирался с ними идти. Они поймали меня!
      Из-за холма в поле зрения появилась шелковая маска и плащ. Затем раздался свист и в воздух взвились металлические шары.

      Витч испустил дух без единого звука.

      - Слэгар! "
      Означает ли это то, что Маттимео хотел удержать Витча с рэдволльцами? Что было бы, если бы он не бросился бежать? И почему он стал убегать?
    • By крыска
      объясните плизз-ваши мнения. Колбасит( Вот Маттимео на днях пересматривала-ну непонятно!
      Ваши идеи этого события.
      Вот смотрите какая ситуация. Витч бросился бежать от рэдволльцев. Слэг это увидел. Витч крикнул "Они поймали меня, я не собиралдся с ними идти", а Слэг его убил. Непонятны мотивы этого действия. Он своих членов банды убивал ради того чтобы они не рассказали ничего и набирал новых. Но чем мог помешать Витч? Витч был уже Слэгу никак не нужен и уж никоим образом не опасен-битва закончилась и надо было уходить. Тем более-Слэг видел рэдволльцев, а оружие Слэга-одноразовое-надо было швырнуть и подобрать. Почему не соххранить это оружие для того же Орландо или Матиаса? Этим поступком Слэг косвенно поставил себя на путь к гибели-он остался без оружия, выдал себя из укрытия и ему пришлось бежать. Не видно в то же время чтобы Слэг убил Витча в состоянии ярости или психоза-Витч слишком мелок для этого.
      Так почему????
      глава 52 если кто забыл
      http://www.litportal.ru/genre6/author2156/.../book10776.html
×