Перейти к публикации
Фортуната

Монтегю-Затейник: Тайна за Шестью Печатями

Рекомендованные сообщения

Не прошло и ста сезонов.))

 

Глава 20

 

Хранилище террамортской казны занимало четыре огромных комнаты, напоминавших больше древние склепы. Первая комната свободно сообщалась с последующими которкими коридорами без дверей и решеток, а единственный выход закрывался резным каменным колесом, похожим на старинную монету трех футов в поперечнике. Колесо было широким и, несомненно, неподъемным, но легко катилось в сторону по вырубленной в полу канавке, если знающий зверь правильно нажимал на барельеф'.
"Пирожковая Старого Роберта… Звучит нелепо, а ведь это, наверное, самый древний храм пиратского народа," - торжественно продекламировал в голове голос Гвидо. - "Неудивительно, что о нем многие забыли."
Не забыл о хранилище разве что Оливер Стотсон. Очевидно, что от него об этом месте узнал и Гвидо, а от Гвидо узнал и я: теперь, когда обитатели подземелья лишились своего лидера, я мог вместе с ними использовать все козыри, что он успел нам оставить.
Золото заняло первую и вторую комнаты почти полностью, заполнив три яруса каменных полок вдоль каждой стены и в центре комнаты.  Часть золота - кубки, цепи, перстни и канделябры - лежала прямо на пыльном полу. От света факелов драгоценности начинали болезненно бликовать и переливаться, так что, оказавшись внутри, мы поспешили дальше.
Уже во второй комнате возник запах, от которого  можно было бы захлебнуться слюной: полки в этой и последующих комнатах ломились от связок вяленого мяса, стопок прессованной соленой рыбы, ящиков, полных сушеных фруктов, ягод и пряностей, вязанок сушеного перца и длинных луковичных кос, больших кругов сыра, твердого, как дорогая древесина, бочонков с грогом, элем, медом и старинным дамсонкским вином... Больше было только тугих мешков со всевозможными крупами и мукой — этого добра хватило бы повстанцам, чтобы пережить грядущую зиму и подготовиться к следующей.
"Сам Роджер Пирожок построил это хранилище, так говорил Стотсон. Задолго до появления Блэйдгирта," - вспоминал я слова казначея. - "Пираты тогда еще не взрастили свое государство, но уже тщательно сеяли семена."
К слову, в третьей комнате необычного хранилища-склепа нашлись и настоящие семена  — семена моркови, свеклы, редьки, картофеля и кориандра.
Обездоленные Звери, что Отвечали Злодеям Отъявленным, хорошо подготовились к войне. Но главное все же оставалось в последней, четвертой комнате. Осторожно пробравшись через переполненную кладовую, мы, наконец, оказались там.
Эта комната была вдвое меньше предыдущих, но все равно очень просторной. В ней тоже хранились драгоценности — витая бриллиантовая диадема, ятаган с костяной рукоятью, набор серебряных браслетов и кривой золоченный меч". Была там и особенная еда — запечатанные бутыли с волчьим молоком, коробки с редкими травяными чаями и сложенные в дубовом ящике на длинной полке монолитные глыбки настоящего сахара.
Однако там было нечто более важное, чем деликатесы или артефакты: книги Гвидо, карта подземелий Терраморта и четыре бочки с порохом. Запах серы перебивал запах пергамента: лис совсем недавно вскрыл один из бочонков, дабы наполнить огненным порошком черный сундучок — тот самый сундучок, с которого началось наше знакомство, и который так кстати оказался в лавке бочонщика за минуту до взрыва.
-Так что ты намерен делать?
Я тотчас же пришел в себя, нехотя оторвавшись от собственных размышлений.
Потрясение Абрикосины прошло быстро и сменилось любопытством на грани с раздражением. Оно и понятно — придумывая новый план буквально на ходу, я не сказал и слова с того момента, как оказался в  новом убежище и упомянул оружие. Белка могла бы простить подобное поведение Гвидо, но не мне.
-Монтегю!
"Мы возьмем одну бочку и перенесем в пещеру с пузырчаткой. А еще мне нужно СМЕС. Как можно больше и быстрее."
-Для этого надо попасть в оружейную замка, - Абрикосина нахмурилась. - Обойти охрану, не привлечь внимания к проходу… Тоже скажешь, "быстрее"…
"Это вопрос жизни и смерти! Если есть время, чтобы спасти Терраморт, то его совсем немного!"
-Хуррр, если только не обчистить какой-нибудь кошачий… этот, как его… Коррабль, хуррр, - вмешался Хортон.
-Хорошо, но только порт кишит пиратами-перебежчиками. Если мы украдем даже немного СМЕС, Фелес об этом точно узнает!
"Так даже лучше."
Я еще вынашивал эту мысль, а ко мне обратилось уже три пары удивленных глаз.
-Ты спятил?!
"Вовсе нет, Линда. Послу… Просто послушай," - я вытащил из стопки книг пустой пергамент и наскоро нарисовал овал, смутно похожий очертаниями на остров Терраморт. - "Вот Гильдия Торговцев, вот замок," - я нарисовал внутри большого овала два маленьких, - "Вот Пещерная Бухта, от Гильдии до нее лапой подать…"
-И при чем тут Пещерная Бухта?
"Она укрыта с трех сторон, проходы запираются на железные запоры. Котам будет трудно на нее напасть. Разве что с востока, через пролив," - я изобразил нечто, отдаленно напоминающее пролив. - "В чем, собственно, моя идея? Мы не станем сами красть СМЕС, мы попросим помощи у Совета: они украдут для нас несколько бочек, укроются от преследователей в Пещерной Бухте и таким образом отвлекут их внимание. А мы перехватим у них добычу и нападем на котов сзади, подорвем их как только они войдут в бухту через пролив… Что, Олмонд?"
-Ты не в милости у Совета Корсаров. Щучья Лапа убьет тебя, если ты только нос покажешь в Гильдии.
"Пошлем кого-нибудь еще?"
-Кого-нибудь еще?! Она убила Агату, которая была лояльна Совету — повстанцев она и вовсе в порошок сотрет... Монтегю!
Я попытался передвинуть початый бочонок с порохом и едва не опрокинул его, стукнув о порог.
"Тогда обратимся к кому-нибудь еще! Саймон вряд ли откажется. Отправим за ним кого-нибудь из наших ласок, расскажем о текущем положении дел… Линда, он понадобится мне в пещере с пузырчаткой, спасибо."
Выдра, тихо выругавшись, перехватила у меня бочонок и осторожно покатила его к выходу. Абрикосина меж тем вытащила из стопки книг несколько потрепанных томов и, вручив их мне, двинулась вслед за Линдой. Я, чувствуя себя нашкодившим крысенышем, направился вслед за ними.
"Конечно, мы можем спрятаться здесь и подождать, пока коты и пираты перебьют друг друга. Но если мы действительно хотим помочь спасти Терраморт…"
-Я не хочу спасать Терраморт, Монтегю, - сказала Абрикосина, и я как никогда раньше ощутил в беличьем голосе холод. Когда наши взгляды встретились, мне тотчас захотелось отвернуться — так пронзительно глядела на меня моя служанка.
Рабыня.
"Но если мы не поможем корсарам…"
-…То они больше не смогут грабить, пленять и убивать невинных зверей, не так ли? - она остановилась и снова перехватила мой взгляд. - Терраморт — не мой дом, и не дом Криспа с Линдой, и не Хортона дом. Даже Оук его таковым не считал. Пойми, что для тебя дом, то для нас тюрьма: мы много лет терпели издевательства Щучьей Лапы и Совета, портовой злобной пьяни и злобной пьяни из замка. Если тебя грозились убить за инакомыслие, то рабов тем временем вырезали без предупреждений, целыми семьями. И если, - Абрикосина перевела дух. - Допустим, если мы поможем своим хозяевам победить, то на что мы сможем рассчитывать без Гвидо? На большую порцию объедков? А если коты перебьют их и сами уйдут, то ОЗОЗО, да и биверистам будет куда проще отстаивать свои идеи!
Слушать Абрикосину было невыносимо: за все то время, что мы провели под одной крышей, я успел забыть, что она была моей пленницей. Что ее подарила мне Щучья Лапа, и что рассудительная вдова-нинианка уже много сезонов жила среди убийц собственного мужа. Для них она была обычной невольницей — никто, кроме, быть может, меня и Гвидо, не воспринимал ее иначе. И, разумеется, она ненавидела жителей Терраморта за это.
Она была права, однако, не во всем.
"Может быть, так и будет. Повстанцы всех переживут и начнут новую жизнь… Если коты потом не спустятся в подземелье и не найдут это место," - сказал я. - "Виигу Фелес не дурак, он наверняка захочет проверить, куда делось столько рабов. И, скорее всего, он нас найдет. И тогда эту войну не переживет никто."
Абрикосина, похоже, поняла мою мысль и сникла. Янтарные глаза опустились, хотя изуродованная мордочка осталась беспристрастной.
-Я хочу убраться отсюда, Монтегю.
"Конечно, Олмонд."
-И забрать отсюда остальных невольников.
"Как только все закончится, вы сможете отправиться на континент."
Линда и Хортон переглянулись. Абрикосина кивнула:
-Хорошо… Мы попытаемся. Но знай, что мы идем на это только ради тебя. И ради Гвидо: видят Сезоны, может мы еще сумеем ему помочь.

***
В пещере было слишком сыро, поэтому я устроился в коридоре. Скинув куртку, я разложил на сосновом столе книги, маленькие сосуды из тонкой красной глины и мешочек с порохом. Часть огненного порошка - буквально десертная ложка - отправилась в один из сосудов, прежде чем я открыл обитый шелком том, написанный на языке мышей-восточников.
На полях заложенных закладками страниц знакомым мелким почерком давался несколько вольный перевод истории, рецепта приготовления и использования пороха. Я, вооружившись гусиным пером, сразу принялся за правки.
По словам автора книги - как выяснилось, предка барда Херануки Япокото - мыши Загадочного Востока получили порох еще в Первую Цивилизацию из серы, угля и селитры. Некогда это было самое известное и опасное оружие, но когда бездетный мышиный император Такеши в междоусобной борьбе с собственными племянниками разрушил им полстраны, порох запретили и на долгое время вовсе забыли. Много сезонов спустя некий фокусник Хитро Прехитро изобрел фейерверк и таким образом заново открыл порох. После этого опасное вещество превратилось в обязательный атрибут праздников, могущий быть при желании и оружием — в случае нападения Юска, Бродяг и, конечно, пиратов.
Порох быстро сгорал и терял свои свойства от соприкосновения с водой. Но для моего плана следовало убедиться в этом наверняка: поэтому я, вооружившись кадкой, зачерпнул из озера воды с большим комом пузырчатки и водузил его на стол.
-Хурр, и что… это самое… теперрь? - полюбопытствовала старая кротиха.
"Теперь поставлю шнур и запечатаю сосуд воском. И подожгу. Порох будет защищен от воды и сможет дать хороший взрыв."
-Не получится, хурр, - спокойно заключила кротиха и вернулась на свой пост.
"С какой стати?!"
Она не ответила. Поэтому я запечатал первый сосуд, поджег шнур от свечи и отправил в таз.
Однако ни этот, ни другие сосуды не взрывались — шнур почти сразу намокал.
Потом я попробовал его укоротить, в результате чего едва не лишился пальцев:  сосуд разорвало через считанные мгновения, после того как я поднес к фитилю огонек.
Пузырчатка, идиот! Ты же не просто так за ней плавал — подумай сам, для чего она нужна.
"Аделаида," - я и впрямь чувствовал себя идиотом, когда звал кротиху. - "А зачем нам вообще столько пузырчатки?"
-Хур-хур, это ты, значится… у лиса должен был давно спрросить!
"Вредина."
Ты сам виноват.
-Хурр, сам виноват!
Пришлось думать самому. А заодно самому сходить уже за третьей свечей.
Сначала я вспомнил про "гнезда" из водорослей, про которые рассказывал Саймон, и попробовал соорудить нечто похожее. К моему удовлетворению, пузырчатка удерживала сосуд над водой, хотя горлышко покачивалось из стороны в сторону, грозясь намочить злочастный шнур. Если волнение будет сильным, то на море такая конструкция долго не выдержит.
Поэтому я принялся плести из водорослей корзинки и оплетать ими сосуд, стараясь придать ему большую устойчивость.
Я настолько увлекся этим изнурительным и упоительно бесполезным занятием, что не заметил, как подошла Линда, ведя кого-то под лапу.
-Совет откликнулся! Ты был прав, - радостно объявила она  стянула с головы пришедшего мешок.
"Угу. И это, разумеется, не Щука Лапья?"
-Догадливый. Не она.
Я резко обернулся, едва не опрокинув кадку. Передо мной стоял Винсент-Лис.
В отличии от старшего брата, он никогда не был красавцем: низкий лоб, глубоко посаженные злые глаза, тусклый кирпично-рыжий мех с обильной проседью делали его много старше своих сезонов. Кроме того он сильно сутулился, от чего был заметно ниже Гвидо, будучи почти одного с ним роста. Когда я увидел обоих лисов впервые, то не поверил, что они вообще родственники. А теперь поседевший Винс с порванным ухом и воспаленными глазами казался глубоким старцем.
-Не ожидал? - Винсент осклабился, но вышла не улыбка, а скорее кислая гримаса. - Твое зверье передало записку Саймону. Записку, Монти! Вы тут совсем мозги растеряли в своих норах?
Передать записку безграмтотному хорьку… Это и впрямь было опрометчиво и даже забавно. Но то ликование, с каким лис смаковал эту нелепую случайность, выглядело наигранно, вымученно и жалко.
"А сам Саймон прийти не мог?" - спросил я, стараясь как можно сильнее его уязвить.
-Он болен. Ему сегодня новые зубы ставили, железные.
"Понятно. Но ты в курсе, зачем я вам написал?"
-Обижаешь, крыса, - лис подошел ближе. - Я-то грамотный…
Ну хорош уже! Сколько можно, я с первого раза тебя понял!
-… и голова у меня варит, в отличие от твоего Саймона.
"Ну и?"
-Что "ну и"?
Я нехотя начал закипать. Из Винса, как из Гвидо, все приходилось вытягивать по слову…
"Вы нам поможете?"
-Я еще с Гвендолин не говорил.
"Тогда какого лешего…"
-Но сам я готов помочь, - лис посерьезнел. - И у меня достаточно надежных зверей, чтобы утащить для тебя побольше кошачьей дряни.
Это было неожиданно. Не то чтобы я ненавидел Винса больше остальных, просто мне всегда казалось, что он питает ко мне какую-то особую ревность. Возможно, просто казалось.
"Даже так?… Что ж, спасибо. Не думал, что ты примешь нашу сторону."
Вспышка не заставила себя ждать:
-Я не на вашей стороне! Были бы варианты получше помощи от фанатичной беглой черни — предпочел бы их!
От вида вышедшего из себя лиса я почувствовал себя гораздо лучше.
"Но лучших вариантов у Щучьей Лапы, разумеется, нет?"
-Нет. Совсем нет, - Винс брезгливо покосился на кадку, наполовину сплетенные водоросли и разлетевшиеся осколки сосуда. - Но в случае успеха твоей бредовой затеи она наверняка попытается урвать свой кусок славы.
"Переживу."
-Если мы вообще переживем этот сезон… А еще у кота мой брат.
"Рад, что ты тоже беспокоишься о его судьбе."
Долгое молчание.
Прежде чем ответить, Винсент взял со стола первый попавшийся том и принялся с каким-то нарочитым любопытством листать его. Оттуда выпало несколько конвертов с разломанной печатью Полосатых Корсаров. Я поспешил поднять их, но лис этого как будто бы не заметил.
-Беспокоюсь. У него осталось последнее звено Цепи, - в лисьих глазах мелькнула искорка безумия. - Я костьми лягу, но достану его, хоть из когтей Фелеса, хоть из Адовых Врат... Так сколько, говоришь, тебе надо горючего?

——————————————
' похожую конструкцию можно найти в аббатстве Рэдволл, в гробнице Мартина Воителя.
" — ятаган и меч почти наверняка принадлежали капитану Вилу Даскару и королю Габулу Неистовому соответственно.

Изменено пользователем Фортуната

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Много, много вопросов появилось, после прочтения. Но от этого, еще интересней!

Волчье молоко? Ээээ кхм, ну ладно.)

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Не прошло и двухсот сезонов! :D

 

 

Глава 21

 

"Любезный Лис,
Не могу выразить Вам всю мою признательность за то, что помните обо мне и продолжаете писать. Знаю, какая у Вас трудная, неблагодарная работа, можете более не извиняться за долгое молчание. Тем более из-за полученных увечий — я не понаслышке знаю, как это тяжело, и искренне Вам сочувствую.
У меня жизнь почти не изменилась за последние три сезона: отец едва не умер от приступа грудной жабы, но все обошлось, а Виигу разгромил отряд Лутры Лагунной. Взамен костылей Олли подарил мне трости со скрытыми шпагами, и я, можно сказать, свыклась со своим нынешним положением, спасибо за поддержку. Прискорбно было услышать о смерти Вашего Председателя. Мне не посчастливилось быть знакомой с Мэйсоном лично, но я наслышана о его рассудительности и честности. Смерть такого пирата — тяжкая потеря для Терраморта…"

В книге, которую взял Винсент, оказалось всего четыре конверта, четыре длинных письма от леди Ядвииги. Очевидно, что их было больше, но обыскав тайное хранилище, я больше ничего не нашел: возможно, Гвидо сжег их или спрятал где-нибудь еще.
Кошка с лисом виделись лишь однажды — если верить первому письму, еще до моего рождения, однако с того памятного дня решили вести переписку. Письма шли одно за другим, через сезон, пять и даже шестнадцать сезонов, но переписка каждый раз возобновлялась, как ни в чем не бывало, словно увлекательная, пусть совсем не торопливая, беседа старых друзей. Не знаю, была ли это дружба в полном смысле слова, но Ядвиига, как мне показалось, была вполне искренней, когда делилась с Гвидо своими переживаниями. Очень может быть, что лис отвесал ей взаимностью.
Письма были аккуратно сложены и почти совсем не смяты. Либо он их не перечитывал, либо бережно хранил, словно ценные подарки.
"… По поводу Вашей просьбы: боюсь, я не смогу отправить Вам тот самый кистень. Он по-прежнему в подвале, но спуститься туда мне не хватит сил, надеюсь, Вы поймете меня. С другой стороны, я могла бы попросить об этом Олли, но наши корабли все равно больше не ходят на Терраморт, а с чайкой такое оружие не отправишь. Мне жаль. Я и сама была бы не прочь избавиться от этой ужасной вещи. Будь моя воля, она бы уже лежала на дне морском, но если Вы считаете, что Вам она еще может послужить хорошую службу… Забавно, как Вы, зверь начитанный и расчетливый, цепляетесь за какие-то сентиментальные символы. И все-таки: получить в качестве оберега вещь, которой покалечили Вашего друга? Наверное, в этом что-то есть, не так ли? В таком случае, я хотела бы получить чекан того соболя, когда вы его, наконец, поймаете. В любое время.
Надеюсь, на Терраморте зубных дел мастер хорошо знает свое дело. Не могу представить сейчас Ваше лицо.
Искренне Ваша
Ядвиига Фелес.
P.S. Кистень я все-таки Вам отправлю, как только появится такая возможность."

Возможность появилась лишь этой весной, когда сам Виигу Фелес позарился на остров Терраморт.
Кистень лежал в хранилище, у входа в последнюю комнату, завернутый в полотняный мешок. Третье письмо, несомненно, пришло вместе с ним.
"Любезный Лис,
Все складывается как никогда просто с тех пор как отец принял решение возобновить торговлю с пиратами. Выяснилось, что наша казна еще не совсем опустела, корабли почти не надо чинить, а Виигу может быть буквально до одури покладистым и вежливым, даже с Миикелем, и меня это больше пугает. Обычно он становится таким, когда собирается надолго уйти в свою алхимию. Или убить кого-нибудь. Это странно и неприятно, потому что сегодня он назвал Миикеля "дражайшим братцем". Без доли яда. Прежде до такого он не опускался, можно только гадать, какую каверзу он затеял.
Знаю, это уже походит на паранойю. Наверное, я должна быть просто счастлива, но у меня все равно нехорошее предчувствие на счет моих братьев. Может быть, в этот раз я ошибаюсь на их счет. Очень на это надеюсь.
Наконец, не без помощи Олли, я смогла отправить Вам кистень…"

Развернув мешок, я долго рассматривал обитую выдриной кожей рукоять и увесистый шипастый шар на короткой цепи, похожий на один странный заморский фрукт, от которого обычно смердит мертвечиной. От оружия пахло лишь железом и кожей, но меня все равно замутило: пятна ржавчины я готов был принять за кровь Ядвииги. Не знаю на счет Гвидо, но я явственно ощущал и понимал отвращение кошки к этой чудовищной вещи.
"… Сегодня хорошо провела время с Хедвиигой и Хельгой. Они чудесные, не представляю, как можно оставаться такими добрыми и отзывчивыми, живя под одной крышей с Миикелем. Если вдруг что-нибудь все-таки случится, постараюсь взять их обеих под свою защиту. Думаю, будь у Вашего брата такое же семейство, Вы бы тоже проявили инициативу. Тем более, с Вашим великодушием…"
Конечно, она не знала о том, как Гвидо помогал повстанцам на Терраморте и Зеленом Острове. Пока не знала. Будь лис таким "инициативным и великодушным", он наверняка посоветовал бы ей проследить за Виигу или еще каким-либо образом призвал сохранять бдительность.
Или он не счел нужным пытаться предотвратить неизбежное.
Так или иначе, последнее письмо Ядвииги, было отправлено вскоре после этого, вскоре после моего возвращения на Терраморт. Оно было коротким и сухим, без приветствий и прощаний:
"Вы оба пускали мне пыль в глаза, Вы и Виигу. Какая я все-таки дура…
Я потеряла его, теперь ему конец. У него развязаны лапы, и он с радостью наложит их на всех неугодных ему зверей. И на себя рано или поздно тоже наложит. Если хотите спасти больше жизней, убейте его сами. У Вас есть для этого средства.
Чекан без дела пылится в углу комнаты, и я иногда жалею, что не могу сама Вас им ударить — хотя бы за Людовика Лагунного (очевидно, что вы много ему обо мне рассказали).
Если останетесь живы, все равно ничего не пишите. Лучше никогда."

Кистень стал еще чуть-чуть тяжелее, но я все равно забрал его с собой из хранилища, стараясь не думать о его последней жертве. Быть может, предпоследней.
На каждую наглую морду найдется свой кистень с шипами!
Теперь средство было в моих лапах, и я, хоть и ощутил едва уловимый прилив решимости, все же надеялся, что воспользоваться им мне не придется.

***
Винсент-Лис был исполнительным и хитрым зверем, но не харизматичным лидером: вся его власть держалась на золоте и не слишком убедительных угрозах.
У Саймона денег и мозгов было поменьше, но лидером он был одаренным, а угрозы часто воплощал в жизнь. Наш с лисом план он воспринял с энтузиазмом, и клятвенно заверил, что поведет за собой пиратов, "пр'блм н' будт".
Хотя проблема, очевидно была…
-Ты в таком виде выступать не будешь, - нахмурился Винс.
-П-пчм?! Гв'ри за сб, л'ся м-мрд! - едва ворочая опухшим языком, не разжимая стянутых челюстей, пробубнил хорек. Живот у него был в порядке, зато голова раздулась, как шар.
-Я говорю за всех, дурень! Тебя попросту никто не поймет, а нам нужно поднять как можно больше народу. Во дворе сотни пиратов, и если они увидят тебя в таком виде…
-'ни уж в'дели мя, - процедил Саймон, поднявшись с цветочного ящика. - Т'дмаешь, 'ни с-ми зб'в стк н-н т'ряли?
-Да, но не от кулака же какой-то вздорной стервы?
Я, Саймон, Винс и Линда условились встретиться в  Пещерной Бухте, почти не тронутой пожарами, чтобы обсудить план похищения горючего, но разговор с самого начала не очень задался: Саймон не просто с трудом разговаривал, так еще и категорически не желал вести беседу с Линдой.
"Она из куньих!"
-Неа, 'на в-дра! Мжт ее пр'дки р'зали крс-рв?!
И тем не менее, хорек рвался в бой, в отличии от лиса. Последний хотел вернуть себе покой и достаток, но вместе с тем боялся сделать только хуже — состояние Саймона казалось ему достаточным поводом для беспокойства.
-'ни п-мут мя, - настаивал Саймон.
-А если нет? Если они не захотят рисковать шкурой ради прихоти щучьего подкаблучника?… Я просто хочу быть уверен, что они не ослушаются и не сдадут нас с Монти… Монт?
Я прекрасно его слышал, но моим вниманием владели в первую очередь звери, работающие на берегу: больше сотни мятежников трудилось над огромной сетью из водорослей, которые выносили из подземелья длинными связками, похожими на бесформенные туши каких-то диковинных животных. Ястреб Бритвоклюв расхаживал между  связками водорослей, раскусывая стягивающие их веревки, а Хортон с проворством не свойственным многим другим кротам, собирал эти веревки и сращивал между собой. Несколько выдр и крыс сновали по заброшенным хижинам в поисках рыболовных сетей и канатов которыми укрепляли края будущей ловушки. Время от времени щербатый пасюк подходил к Хортону, забирая каждый новый моток узловатой веревки.
Работа кипела не один час, и зеленая паутина растянулась уже на добрых пятьдесят ярдов, но этого было недостаточно, даже чтобы перекрыть пролив.
"Мы не успеем," - поделился я с лисом своими опасениями. - "Нам нужно хотя бы перекрыть пролив, но одного дня нам явно не хватит."
-Барсукины дети, зачем я вообще на это согласился…
"Надо как-то отвлечь котов."
-Как?!
"Попробуем затопить бриги под Птичьим Базаром. А лучше подожжем — тогда коты точно запаникуют. Чем меньше солдат останется на южной верфи, тем лучше."
Лис лишь пожал плечами. Идея поджечь корабли неприятеля Саймону, напротив, понравилась, не смотря на остававшуюся сложность:
-А хт' их пд'ж-жт?
-Ну я, - желчно усмехнулась Линда, едва сдерживая раздражение. - Не все же время одних корсаров резать!
-'на спрвц?
-Уж кто бы сомневался! Конечно справлюсь! Мы сейчас на равных, хорек, будь готов, что кто-нибудь да возьмется за пиратскую работу, да еще тебя переплюнет.
"В чем Саймону не откажешь, так это в браваде и находчивости," - сказал я, явно покривив душой, надеясь, что бывший флотоводец не поддастся на провокации выдры. - "Сделаем вид, что план придумал он, когда взял меня в плен."
Мятежница насторожилась:
-Когда это ты собрался к Саймону в плен?
"Прямо сейчас. Террамортцы потянутся за зверем, схватившим самого Монтегю-Затейника, а я смогу таким образом говорить от его имени, когда мы будем поднимать пиратов в Гильдии."
Винс чуть заметно кивнул. Так-то лучше.
"Ладно. Сейчас мы идем до Гильдии и пытаемся умаслить тех корсаров, что еще не сдались, Линда тем временем готовит команду для поджога на Птичьем Базаре…"
-Я могу попробовать угнать бриг кошачьего лорденыша — вдруг там будет достаточно СМЕС?
"Если сможешь на него попасть, то лучше отгони подальше и затопи, а СМЕС переправь на йоле в Пещерную Бухту. Но если вас прижмут коты…"
-Эй, я не буду рисковать без повода! - возмутилась выдра, весь вид которой говорил об обратном.
"Ну вот и хорошо. Пришли Бритвоклюва в Гильдию Торговцев, когда начнешь атаку."
Шестьдесят ярдов.
Когда Линда ушла, сеть на берегу простерлась еще дальше: нарастив ее с помощью рыболовных сетей, выдры принялись усердно оплетать новый участок пузырчаткой.
Из под арочного прохода, ведущего вглубь города, появилась Абрикосина, вооруженная длинным - в ежиный рост - луком и стрелами. До того как стать нинианкой, Абрикосина, подобно большинству белок, училась стрелять из пращи и лука, и хотя навык ее за долгие сезоны притупился, зрение оставалось острым, как у совы. Лишних лап у нас не было, поэтому я не посмел ей возражать.
-Зачем ты это взял? - белка указала на кистень у меня за спиной. Перевязь натирала плечо, а наскоро примотанный к рукоятке металлический шар все равно ударялся о спину
"Этой штукой кот отбил лапы своей сестре."
-Тем более, зачем она тебе?!
"На удачу."
-"Удача" — это когда ты случайно споткнешься, и вовремя отвязавшийся шар  приложит тебя по затылку.
"Надеюсь, до такого не дойдет, но мне пригодится оружие."
-Сезоны милостивые, ты хоть знаешь, как им пользоваться?
Это вмешался уже Винс: похоже, он был согласен с Абрикосиной на счет того, что с подобным оружием я рискую навредить в первую очередь себе. И я не мог перед ними ни объясниться, ни возразить.
"Умею," - соврал я, и они это поняли. Саймон прыснул было со смеху, но лишь скривился от боли.
-Смри, б'лка твя д-ло гврит. Мжт бт, л'к и стрл буд'т н'дежж…
"Спасибо, не будут."
Саймон лишь пожал плечами и направился прочь из бухты. Винс, последовал за ним. Арочный проход, перекрытый ржавыми решетчатыми воротами противно скрипнул, когда его приоткрыли.
-Лук был бы надежнее, Саймон прав.
"Олмонд, я все равно стрелять из него не умею!"
-Дело твое, - белка сосредоточенно разглядывала крыши домов и выбитые окна, очевидно, стараясь выбрать удобное для стрельбы место. Или ей просто не хотелось подолгу со мной прощаться, зная, что мы, возможно, уже не встретимся. - Ни пуха, Монтегю.
"И тебе того же," - выдохнул я и вышел вслед за бывшими советниками.

***
Чтобы все выглядело убедительней, Саймон забрал у меня тяжелый кошачий кистень и скрутил мне за спиной лапы. Для верности он хотел поставить мне синяк, но лис его отговорил, сославшись на то, что я и так выгляжу жалко: ссутулившийся, грязный, в куртке за несколько дней ставшей для меня слишком большой. А еще под глазами у меня появились мешки, в которые можно было бы при желании положить по золотнику. Словом, для роли изворотливого, но зашуганного и отчаявшегося беглеца я подходил безупречно.
Втроем мы миновали ограду и предстали перед нашими многострадальными собратьями. Сотни  взглядов попеременно вонзались в Саймона, Винсента и меня. Все как один, они были уставшими, испуганными и злыми.
-Кого это ты нам привел, Саймон? - полюбопытствовал Вейн Хвостун, хотя и он, и другие без труда меня узнали.
Хорек заставил меня опуститься на колени. Винс вышел вперед, чтобы его было лучше слышно:
-Нашего старого знакомого, Белкиного Друга, помыкателя повстанческим сбродом. Мы с Саймоном были в Пещерной Бухте сегодня днем, там эти олухи плетут какое-то недоразумение из водорослей и веревки. Хотят сплести огромную сеть и наловить в нее кошачьих корабликов, что твоих креветок, Вейн!
-Вот идиоты!
-Угу, - усмехнулся Саймон.
-А командовал ими этот вот книжный червяк — он, видите ли, чтобы дать им выиграть время, решил заодно провести отвлекающую атаку под Птичьим Базаром и сжечь все причаленные там корабли.
В сгущающихся сумерках повисла неловкая тишина: усталая толпа, готовая злорадствовать и глумиться над любой глупостью, совершенной неприятелем, не готова была хоть к каким-то собственным действиям. А тон лиса говорил о том, что им придется действовать и очень скоро.
-Ты это к чему, Винс?
Первой подала голос Анна, хотя я и не уверен, что это была именно она. В любом случае, к ее вопросу тут же присоединились остальные Устрицы, неузнаваемые из-за покрывавшего их тела слоя копоти и ссадин. Я даже не удивился, увидев их в толпе: настроение толпы, взбаламученной нежданной анархией менялось, как ветер на море, и если пару дней назад она готова была растерзать кошек на части, то сегодня принимала их, найдя новых виновников своих несчастий.
-К тому, что у Саймона есть план, как использовать идеи бунтарей для победы над котами. Саймон?
Хорек прилагал невероятные усилия, чтобы говорить внятнее и не кривиться от боли:
-Д-да, есст одн' ид-дея… П'сть Б-белкн Дрг скажжт, хоть к'кт п'льза от н-нег, - он с усилием выдохнул и рывком поставил меня на ноги. Теперь все зависело от меня.
"Ну… На самом деле, все просто. Капитан Саймон намерен воспользоваться моим планом и по-настоящему насолить коту: пока мятежники будут жечь корабли у замка и отбиваться от солдат Фелеса, Саймон захватит судна у южной верфи и уведет их в Пещерную Бухту."
Кто-то презрительно фыркнул. Еще несколько голосов о чем-то тихо, но горячо заспорили. Большинство же продолжало слушать с возрастающим любопытством.
"После этого он возьмет командование над оставшимися там зверьми, перекроет все подходы к бухте с суши и постарается закончить сеть до того, как коты придут через залив."
-Ты серьезно думаешь поймать в сеть кошачий флот?! - снова подала голос одна из Устриц.
"Не совсем. Я хочу сбить его в кучу и уничтожить."
-Мышь тебя защекочи, как?
"С помощью кошачьего горючего… Для того, чтобы его заполучить нам и надо захватить корабли на южном побережье."
Анна - Амбер? Абигейл? - покачала головой. Невозможно.
"Слушайте, у вас есть идеи получше?!" - Саймон попробовал усадить меня обратно, однако я выкрутился — настолько меня задело неверие пиратов в мои силы. - "Так и будете сидеть здесь, как бакланы безмозглые, пока коты вас на костер не отправят?"
Тройняшки прошипели что-то про видовые предрассудки, но я не расслышал.
"Вы этого хотите? Вам предлагают спасение, готовый план, который по меркам того же Роджера Пирожка прост, как яичница!"
Винсент некстати заметил, что план на самом деле довольно сложный.
"Сборище кретинов, правильно Гвидо о вас говорил! Просто сборище трусливых кретинов!"
-Зткн'с, рад-д всх С'знв…
"Тогда вы заслуживаете такого конца, так и знайте! Отправляйтесь к Адовым Вратам, туда вам и дорога, уроды!"
Отвернувшись, я зашагал прочь. Выкрутиться из веревок не удалось, поэтому я направился со двора, как и был — со связанными за спиной лапами, опасаясь, что в любую минуту меня схватят, побьют или даже повесят. Гул за моей спиной не утихал и в какой-то кошмарный момент мне послышалось, что к нему прибавился визг Щучьей Лапы.
Вдруг кто-то нагнал меня и подхватил под локти — башмаки оторвались от земли, и потеря опоры отозвалась резкой болью между лопаток.
"Эй! Какого?!…"
На меня уставились мои невольные похитители — пара дюжих хорьков-рыбаков. За ними едва поспевал Винсент, непривычно улыбчивый. Если кривая зубастая гримаса и впрямь была улыбкой.
-Молодец, - судя по тону, он и врямь радовался. - Ты их уломал.
"Кого уломал? Тысячу корсаров или пару рыбаков?…Ой!"
Обиженные рыбаки бесцеремонно уронили меня в лужу грязи. Кое как поднявшись, я, наконец, увидел остальных последователей. За мной пошли не все пираты, но все же многие: дети Вейна Хвостуна, лис Сворт Печеночник', портовой мясник, Чистый Филл и Грязный Филл, ласки-абордажники, Устрицы и еще почти две сотни крыс, хорьков и других террамортцев.
"Куда они?" - пока кто-то из Хвостунов развязывал меня, оба Филла уже потерялись на улицах Блэйдгирта.
-На охоту. Обдерут пару котов и вернутся. Маскировка же им понадобится, не так ли?
Дочери Агаты меж тем старательно стирали со своих морд копоть и снимали немногие оставшиеся украшения. Я понял ход лисьих мыслей и невольно восхитился:
"Умно. Но ты уверен, что их не узнают?"
-Уже смеркается, едва ли их узнают.
"А по голосам?"
-Держи равнение старина, ты говоришь с выдающейся актрисой, во! - звонко выпалила одна из кошек, искуссно подражая какой-то зайчихе из Дозорного Отряда.
-Так что пока мы добрые, не мог бы ты заткнуться и доверить дело мастерам? - вторила ей сестра голосом Щучьей Лапы, кривясь от отвращения к самой себе.
-Хе-хех, - хихикнула дрожащим тенорком третья Устрица, заставив большинство добровольцев подпрыгнуть от неожиданности и разразиться руганью.

***
Темнело медленно и неохотно. Вечер выдался по-осеннему промозглым, туманным, а редкие порывы невесомого ветра пробирали до костей. Хотя, возможно, меня знобило от сгущающихся страхов: что будет, если меня убьют или, что хуже — что будет, если всех убьют, а я останусь? На сколько сезонов хватит припасов в тайном хранилище? Сколько сезонов я смогу скрываться от Виигу Фелеса? А если он погибнет или уплывет со своими солдатами — и я останусь вообще один?…
Перспектива погибнуть этим вечером показалась мне почти заманчивой, но, вспоминая зверей, оставшихся в Пещерной Бухте, Хортона, вяжущего узлы из обрывков веревки, Абрикосину с непомерно большим луком, я нехотя признавал, что мне есть за кого сражаться и ради кого жить.
Солнце, наконец, село, лизнув напоследок набережную пурпурным языком. На верфи почти никого не было. Большинство солдат скрылось в тепле кают, и пустынные палубы освещали редкие масляные фонарики.
"Готова?"
-Нет, - призналась Амбер, оправляя кожаный нагрудник с медными заклепками. Филлам удалось поймать лишь одного кота, мелкого и щуплого, форма которого дородной Устрице была явно мала. Теперь ей предстояло одной идти в логово врага — пусть и не самого страшного и опасного.
"Можно еще раз отрепетировать."
Кошка резко втянула холодный воздух и выдохнула облачко пара.
-Не успеем… Ладно, как-нибудь справлюсь.
На шпиль, венчавший рыбную лавку, бесшумно опустился Бритвоклюв. Ястреб был пугающе невозмутим, словно бы и не спешил через пол-острова.
"Попутного ветра, Амбер."
-Анна.
"Ан?…" - кажется, я снова все перепутал, но не успел извиниться, как она уже заспешила к первому кораблю.
Все вместе, скрываясь в овраге, по колено в нечистотах, мы направились следом. Минутой позже послышался голос Анны, а после — еще двоих котов, капитана и штурмана выбравшихся на палубу:
-… Фелес, лорд Виигу Фелес, требует чтобы вы сейчас же покинули суда и шли тушить корабль его светлости!
-Ничего не знаю ни о каком пожаре. И знать не желаю, пока его лордство сам о нем не сообщит!
-Да, с чего вдруг ему приказывать нам покидать корабли? Чтобы пиратское отребье попробовало их отбить? Крыс еще много, Пиромант и так рискует проиграть.
Сворт громко икнул, ни то от выпитого на дорожку, ни то то волнения. Короткая, но очень выразительная заминка заставила Саймона пребольно стиснуть мое плечо. Мы были на волоске.
Но Анна не растерялась и перешла в наступление — я был уверен, что в тот момент коты струхнули не меньше нашего:
-Ты еще смеешь сомневаться в решениях лорда Фелеса? Смеешь предполагать, что он еще и проиграет каким-то червехвостым пьянчужкам?!
-Я вовсе не…
-Эй, мы вовсе не осуждаем его…
-Так вы еще и допускаете мысль обо осуждении своего лидера?!
-Чего ты разоралась, бешеная? - в суеверном ужасе зашипел на нее один из котов. - Послушай, мы вовсе не…
-Так, а теперь ты меня послушай, бестолочь: лорд Фелес не может ошибаться. Сколько сражений вы проиграли под его началом? Ни одного!
-Ну это надо его отряд элитный расспросить, мы-то простые солда…
-Сколько его так называемых "безумств" оборачивалось триумфом для Полосатых Корсаров? Да в общем-то все!
-Детка, Полосатых Корсаров как таковых больше нет. Не знаю, каким ухом ты слушала уроки исто…
-Ты смеешь сомневаться в решениях лорда Фелеса, еще раз спрашиваю?! - стояла на своем Анна, и на ее громогласные возмущения уже начали выбираться коты с кораблей, пришвартованных рядом. - Потому что я могу к нему послать, чтобы он таки отдал приказ тебе лично, но, боюсь, он предпочтет заменить капитана на кого-нибудь поумнее, а тебя пустить на каминный коврик!
-Н-ну… Конечно, я не…
-Пожааар!!! - пронеслось по набережной. - Они подожгли бриг! Мятежники подожгли бриииг!!! Они того и гляди за второй примутся!
-А я говорила вам, - назидательно протянула Анна, но солдаты уже отпихнули ее прочь, спеша добраться до трапа.
На других кораблях тоже кипела жизнь — вернее сказать, она выкипала на берег и текла, потрясая оружием на запад, навстречу черному замку, высившемуся на посветлевшем горизонте. Хотя, возможно, они бежали лишь от гнева своего безумного лорда, надеялись найти спасение своих жизней в подвиге на борту горящего корабля.
-Ну хорошо. Пошли, - скомандовал я, и мы, выкарабкавшись из оврага, помчались к первому йолу. Но не успели мы преодолеть и половину пути, как вдруг…
-Не знал, что ты с сестренками к нам завербовалась.
Один кот по-прежнему оставался на борту. Анна, судя по дрогнувшему на миг голосу, удивилась не меньше нас.
-Что, п-простите?
-В солдаты. Не думал, что наш Виигу будет вербовать здешних кошек, тем более трактирных певиц. Энн, правильно?
Между собой Устрицы общались коротко и как будто полушутя, часто используя клички вроде Эмб, Эбс и Энн. Все посетители это слышали, но меня удивляло другое…
-Но как ты узнал? - Анна настолько опешила, что перешла на "ты".
-Не обижайся, но у нас таких дородных солдат еще поискать…
-Нет, как ты узнал меня?
-А! Да просто у меня самого дядья близнецы, я очень хорошо умею зверей различать…
Приподнявшись на цыпочки, я разглядел на палубе высокого серого кота в колчужной рубахе, освещавшего смущенную Анну желтозубой улыбкой. Кажется, ему не было дела до пожара, гнева Фелеса или пиратов, стоявших от него всего в нескольких ярдах. Однако кошка нас заметила.
-Дальше идите, - прочитал я по губам и поспешил передать остальным.
-Зараза, - выдохнул Чистый Филл и, отобрав наскоро десяток зверей, направился на следующий йол.
Его примеру последовали Грязный Филл, Печеночник, оставшиеся Устрицы и даже Саймон. Наше дело требовало больше действий, чем слов, и ему это как никогда подходило.
-… И вот поэтому удивляться не надо. Двойники вообще все разные, даже двоюродные братья и сестры не такие разные, как некоторые близнецы…
Через три борта от нас дважды мигнул красный фонарь — обычный фонарь, чей свет намеренно приглушили красным шелковым платком. Амбер - или Абигейл? - давала понять, что на борту СМЕС нет.
-… Наверное, некоторых смущает внешняя похожесть, но это все глупости, вот что я скажу: если близнецы стоят смирно, их сложно различить, но стоит им начать двигаться, говорить, делать что-то, то тогда, Сезоны милостивые, ты не поверишь!…
Снова фонарь. Мигнул раз. Уже не плохо.
Я выдохнул, убедившись, что мы не напрасно все это затеяли. С корабля, подавшего первый сигнал, отряд уже перебирался на следующий борт.
-… Но и то это не совсем правда Вот когда ты с сестрами танцевала или пела, я тебя сразу видел.
-Из-за цвета платья?" - невинно поинтересовалась Анна, стоя так, чтобы у кота и мысли не было обернуться навстречу беспрестанно мигающим фонарям.
-Обижаешь! В номере с крысино-хорьковой кадрилью вы все в одинаковых платьях, и я там тоже тебя сразу узнавал. И в "Башмачной джиге папаши Клогга" вы тоже одинаково одеваетесь и танцуете…
Два сигнала. Еще раз два. Один. Два…
"Мало," - шепнул я Винсу.
-Посмотрим.
Еще один. Но на следующем корабле опять оказалось пусто, и на следующем за ним тоже.
"Проклятие…"
Один. Три однократных сигнала подряд, и все равно это было немного.
-Нам много и не нужно, - заметил лис. Но будь наша добыча солиднее, я не был бы так взволнован.
От последующих двух сигналов захотелось самому спуститься в каждый из якобы пустых трюмов и самому все перепроверить.
-…У Эбс голос на четверть октавы выше, когда она волнуется, Эмб все время когтями вот так делает - будто на мандолине играет.
-Не называй их Эмб и Эбс — ты с ними селедку не чистил, чтобы так фамильярничать.
-Как скажешь. А у тебя зато глаза красивые, и ты больше всех на Агату похожа.
Между котом и кошкой повисла такая гулкая тишина, что стало слышно, как снуют по соседним палубам воры.
-Я… очень скучаю по ней, - пробормотала Анна, и это была уже не игра. - Она не заслужила такой смерти, ее даже не похоронили до сих пор!
-Ох, я не знал. Хотя, до того, как ты пришла, я был уверен, что вы все мертвы. Все четверо.
-Я кляну себя за то, что не уговорила ее уйти в подполье, вместе с лисом, позволила остаться и сидеть меж двух огней. Не убей ее эта вздорная пьянь из Совета, это сделал бы ты или кто-нибудь из твоих друзей.
-Чт… Да они мне вообще не друзья! Мы служить идем не по дружбе, нас тоже тиранят — будь здоров! Поговори ты с нормальными котами, поняла бы, что за адов карнавал у нас дома…
На берегу началась какая-то возня: двое непрошеных котов разом навалились на Штейна Хвостуна, намереваясь скрутить несчастного крысеныша, но подоспевший на помощь Сворт отогнал их несколькими ударами заряженной пращи. Лис хотел было пустить в ход свой мясницкий тесак, но нападавшие уже скрылись. Не прошло и минуты, как по улицам задребезжали доспехи…
-Извини, не помню, как тебя…
-Рейнир.
-Рейнир, нам сейчас не до нормальных котов. Как остановим всех — так и разберемся, кто нормальный, а кто нет. Прости.
-"Нам"? - не понял Рейнир, но Анна, бывшая гораздо крепче долговязого кота, уже толкнула его в трюм.
-Давайте, поднимайтесь! - крикнула она, глядя на распластавшегося внизу полуоглушенного поклонника. Позади него стояло несколько сундуков с эмблемой Полосатых Корсаров — синей, цвета шкуры утопленника.
"Есть," - я с облегчением поднял собственный фонарь и едва не получил стрелу в запястье; на палубу посыпались новые стрелы, кто-то из пиратов рухнул замертво…
-Рубите канаты, кретины! Отчаливаем!
Винс первым скрылся в капитанской каюте. За ним последовала Анна, остальные пираты принялись отстреливаться из луков и пращей. Пусть стрелками они были никудышными, коты все же попрятались по укрытиям, изредка посылая стрелу-другую. Теперь ничто не мешало нам отчалить.
Всего удалось увести тринадцать кораблей. Столько же, сколько шло на Зеленый Остров от Зеленого Мальстрема, с той лишь разницей, что те корабли несли Фелесу почтение и славу, а эти — лишь позор и погибель.

———————————————
' — шутливая аллюзия на неоконченную повесть Марты "Ливер Мечник".
" — Анна предпочитает носить красные платья, Амбер — синие, Абигейл — зеленые.

Изменено пользователем Фортуната
  • Плюс 1

Поделиться сообщением


Ссылка на сообщение
Поделиться на других сайтах

Создайте аккаунт или войдите в него для комментирования

Вы должны быть пользователем, чтобы оставить комментарий

Создать аккаунт

Зарегистрируйтесь для получения аккаунта. Это просто!

Зарегистрировать аккаунт

Войти

Уже зарегистрированы? Войдите здесь.

Войти сейчас

  • Сейчас на странице   0 пользователей

    Нет пользователей, просматривающих эту страницу.

×