Jump to content

Сэм

  • Content Count

    848
  • Joined

  • Last visited

  • Days Won

    8

Everything posted by Сэм

  1. Давно мучил этот вопрос...
  2. Я равняюсь на Мартина. Несмотря на все сложности, и потери в жизни, он держался с потрясающей выдержкой, не отказал в посощи СОСОПу, и основал аббатство. А на кого равняетесь вы?
  3. Сэм

    Соавторство

    Предлагаю кому-либо соавторство. Если вам интересно- пишите в личку, или в асю: ***-***-*** Также другие форумцы могут предложить соавторство в этой теме.
  4. Дорогие друзья! Это мой первый фанфик после годовалого перерыва в творчестве. Возможны всякого рода несовпадения с книгами, неточности времен. (а так же всякого рода орфографический ошибки и тафтология) Вы уж простите, я позабывал уже всё ^^ Так что выдвигаю на ваш суд, свой новый фанфик. С удовольствием приму ваши советы, пожелания, критику. Когда зацветет рябина. расные стены аббатства Рэдволл встречали ясное январское утро. Несмотря на зимнюю пору, снега почти не было. Лишь под раскинувшими ветви елями и соснами оставались небольшие кучки снега, которые блестели на солнце, словно кто-то рассыпал бриллианты. Расписные стёкла Большого Зала радостно встречали первые лучики солнца, раскидав по террасе разноцветные блики. Скрипнула дверь. На улицу вышел аббат Логан. На плечи был накинут бушлат цвета хаки, подаренный ему землеройками Гуосим к юбилею. Несмотря на зимнюю пору, аббат был обут в свои неизменные сандалии с бронзовой пряжкой. Он оглянулся по сторонам, и, пройдя в сторону замерзшего пруда, уселся на лавочку. Зазвонили колокола, и стайка снегирей, притаившихся на яблоне, вспорхнула в воздух. «Новый звонарь неплохо справляется. Я в нём не ошибся» -Подумал Логан водя пальцем по инею появившемся на лавочке за ночь. Вместе со звоном колоколов открылись окна кухни, и оттуда вырвался запах свежеиспеченного хлеба. Аббат продолжал вырисовывать на инее узоры, слушая звон колоколов- не собьется ли звонарь с такта. Неожиданно колокол ударил с такой силой, что стекла всего аббатства задрожали. За этим послышался деревянный треск. Логан поднял глаза и увидел, как из окон звонницы плюнуло пылью. Он, окаменев, сидел на лавочке. Из сторожки появился еж-архивариус Брюс, еще в ночном колпаке и пижаме. Сломя голову он побежал в сторону звонницы, по пути крикнув Логану: -Аббат Логан! Скорее сюда! Теперь уже не мешкая, Логан, рванулся за ежом, и они, несмотря на свой уважительный возраст, словно дети, понеслись по лужам и белой от инея траве. День, который начинался столь хорошо, обернулся для жителей аббатства в трагедию. Все набились в небольшую келью молодого барсука-звонаря Корошкура. Он лежал на своей койке, сооруженной из двух мышинних. Его лапы, в ссадинах, синяках и царапинах были сложены вдоль туловища. Он тяжело дышал, время от времени кашляя кровью. Сестра Шалфея аккуратно забинтовала рану, которая располагалась чуть правее сердца, и прилично кровоточила, заливая белое постельное белье. Барсук делал вид, что ему не больно, но карие глаза едва сдерживали поток слёз, который так и рвался наружу. В комнате стоял гул голосов. Барсук что-то сказал, но гул поглотил его слова. -Выйдете! Все выйдете! Тут и так мало места! Попрошу остаться только сестру Шалфею и Брюса! –Подняв правую лапу выкрикнул аббат. Словно морской отлив, все медленно покинули келью. Брюс закрыл за ними двери. Шалфея взяла тяжелую лапу барсука -Что ты хотел сказать? -Лампы… Зажгите еще ламп… Не хочу что бы было темно… Логан взял спички и зажег еще три лампы, кроме тех двух что стояли на тумбочке возле кресла. В келье стало существенно светлей. -Книжный шкаф… Кхе… Третья полка… Пятый справа фолиант… Кхе… Фолиант оказался замаскированной шкатулкой. Логан видел такие в сторожке у Брюса. В шкатулке обнаружилось запечатанный воском конверт, без всяких надписей, и небольшой мешочек, который оказался весьма тяжелым. -Дайте сюда… Аааах… И… и… Помогите сесть. -Нельзя… Корошкур, ты серьезно ранен, и… -Начал говорить Брюс, но звонарь его прервал. -Я с минуты на минуту отправлюсь к Вратам Тёмного Леса… Кхе… Последнее желание умирающего- закон. Брюс переглянулся с аббатом и сестрой Шалфеей. Те спорить не стали, и, подложив побольше подушек, посадили барсука, и дали ему в лапы шкатулку. -Перо…Аааах… И чернильницу… Прислонившись в коридоре к стене, сестра Шалфея прикрывшись платком тихо плакала. В её левой лапе был зажат конверт, на котором размашистым каллиграфическим почерком были выведены следующие слова: «Моей единственной и любимой сестре Глен Ноттэ от её брата- Корошкура Ноттэ. Лично в лапы. Когда зацветет рябина.» Из кельи вышел Брюс, и обнял Шалфею за плечи. Он ничего не сказал, потому что сам еле сдерживал слёзы. Через несколько минут из-за двери выглянул Логан. -Идите. Скажите брату Роджеру что бы он приготовил могилку. А я пока приготовлю саван к церемонии. Ёж и молодая мышка медленным шагом направились по коридору в сторону лестницы. За окнами начинал багроветь закат. На следующий день состоялись похороны. Землеройки Гуосим, узнав о произошедшем, возглавили церемонию похорон почётным караулом, одевшись в свои парадные мундиры с позолоченными аксельбантами. Похороны прошли пышно, потому что все любили всегда веселого звонаря, который при любых обстоятельствах помогал жителям аббатства. Аббата Логана попросили сказать речь. Он стал возле свежей могилы, теребя крест, висящий на шее, и сказал следующее: -Один мудрец сказал: если души не умирают, значит прощаться - отрицать разлуку. –С этими словами он, сложив лапы ладонь к ладони призвал всех присутствующих- А теперь давайте помолимся. Всё это время Логан думал. Глен подбросили в аббатство, когда она была еще совсем малышкой, а через несколько сезонов пришел Корошкур. Никто и догадаться не мог, что он её брат. Хотя сходство между ними Логан отметил уже давно. Вот она, Глен, стоит в сторонке и вытирает слёзы клетчатым шёлковым платком. Её глаза повзрослели со вчерашнего дня. Увидев эти глаза, не скажешь что ей пятнадцать сезонов. Неожиданно она резко развернулась и пошла в сторону Большого зала. «Когда зацветет рябина»… Аббат догнал её. -Глен, я сочувствую твоей потери. Он был твоим бра… хорошим другом. Всегда заботился о тебе, помогал в трудную минуту. -Спасибо, сэр. Простите, я пойду. Надобно накрыть на столы. Она уже собралась идти, как аббат задал ей еще вопрос. -Глен, а когда у тебя именины? -В апреле, сэр, третьего апреля. Как говорит образ из моих снов «когда зацветет рябина»… Логан стоял окаменевший, и ничего непонимающий. Какие-то частицы этой истории вертелись в голове, но никак не хотели объединяться в четкую картину. Вечером сестра Шалфея и Брюс собрались в келье у аббата. Логан угостил всех чаем с медовыми лепешками, которые были выложены пирамидкой на зеленом блюдце с причудливыми узорами, похожими на те, которые мороз вырисовывает на стёклах. За окном, на чистом небе, сиял диск луны, бросая во двор аббатства холодный лунный свет. Беседу начал аббат. -Кто мне скажет, что произошло вчера на звоннице? Брюс привстал -Доски. Доски прогнили… -Он хотел что-то добавить, но аббат жестом показал что он всё понял. -Итак… -Логан положил на стол тот самый конверт. –Когда зацветет рябина… Он пересказал им беседу с Глен. -Что-то мистическое… -Сестра Шалфея вздрогнула, и накинула на плечи шаль. -А давно ей этот образ снится? -Незнаю, Брюс… Она была так убита горем, что я постеснялся спросить… -аббат откинулся на спинку кресла- вы не против если я закурю? В ответ не послышалось никаких возражений, и в полумраке вспыхнула спичка. -Так что с Глен и конвертом? Когда мы еще что-то узнаем? -Узнаем –пыхнул трубкой аббат- когда зацветет рябина. Из летописи аббатства Рэдволл Весна бродячих бёрез. Наш постоянный летописец брат Орион ушел на пенсию, назначив меня, совсем неопытную в это ремесле, новым летописцем нашего замечательного краснокаменного аббатства Рэдволл. Для начала я представлюсь: меня зовут сестра Шалфея. Раньше я работала в лазарете (и была известна свой крапивной похлебкой) сейчас в лазарете работает сестра Стеф, и, между прочим, неплохо справляется. Наш аббат по-прежнему уважаемый Логанариус Седоус, долгих ему сезонов. Я хотела бы переписать в летопись страничку из своего дневника, не уверена, что это позволено правилами, но… *Большое чернильное пятно* Вот такая история. Скоро апрель и письмо будет передано Глен. Я обязательно напишу об этом, позже. Логанариус Седоус сидел на лавочке возле пруда, смотря на отражения облаков в воде. Рядом присел Брюс. -Сегодня второе апреля. –сказал он аббату вместо приветствия. -Знаю. –Ответил Логан смотря прямо перед собой. -Кстати, а что в том мешочке? -Я не заглядывал, это не мое дело. Оставшееся время они просидели молча, глядя на уже начавшую цвести рябину. Глен проснулась в этот день пораньше, но вставать с постели ей не хотелось. Наверняка для нее задумали какой-то сюрприз! Пусть им будет побольше времени его приготовить. Тут она услышала, как в её дверь кто-то вставил ключ, барсучиха тут же притворилась спящей, оставив приоткрытым один глаз. Дверь открылась, но вместо затейниц-подружек в келью вошел аббат. В лапах у него была какая-то коробка. Похожая на подарочную, но без бантов. Он подошел к её кровати, и поставил коробочку возле её подушки. Погладив ее по голове лапой, он тихо прошептал. -С именинами. Это тебе. –и он вышел из кельи. Глен тут же вскочила с кровати и открыла коробку. Прочитав надпись на конверте, у нее пошла кругом голова. Еще долго она сидела, пытаясь найти в себе силы вскрыть его. Наконец, она взяла нож для бумаги, и… Дорогая Глен! Ты меня не помнишь, я твой старший брат- Корошкур. В семье Ноттэ есть традиция- называть первенцев-мальчиков Корошкурами. Так что и я Корошкур и отец наш Корошкур. Я смертельно болен. Мне остались считанные дни. Эта болезнь передалась мне от матери. Она умерла сразу после твоего рождения, но ты здорова… а я болен. На рассвете отец заберет тебя, и вы пойдете в Рэдволл. Мне очень жаль что я не могу пойти с вами. Я подожгу дом вместе с собой, дабы никто больше не заразился. Я передам это письмо отцу, он отдаст его, когда тебе исполнится шестнадцать сезонов. К письму я прилагаю Амулет, который предналежал нашей матери. С любовью, навеки твой брат, Корошкур Ноттэ. P.S. Отец, положи сие письмо в конверт, и соответствующе подпиши. Глен не заплакала. Не было сил. Вместе с этим письмом к ней пришла такая тоска и горечь. Она была рядом со своим отцом столько сезонов, и не знала… Но почему он промолчал?.. Ответ всплыл в голове сам по себе. Не решился. Откладывал на потом, но так и не решился, не успел. Она развязала мешочек, вытряхнув содержимое себе на колени. Это был прекрасный серебряный амулет, в форме плывущего лебедя. Взяв его в лапы, горечь и тоску сменила теплота в сердце. Она одела его, и до конца своих дней не расставалась с ним. Из летописи аббатства Рэдволл Весна бродячих бё… *большое чернильное пятно* …одним словом именины Глен отпраздновали потрясающе! Аббат Логанариус сказал, что он уже слишком стар и что в Глен он видит будущую аббатису.
  5. Сэм

    Гранд-Фрагорль

    Гранд-Фрагорль Гранд-Фрагорль вела свое войско уже трое суток без передышки. Хотя вероятность того, что Унгатт-Транн остался жив, очень мала, Гранд-Фрагорль решила перестраховаться. Крысы ныли, и пищали. За те три дня она потеряла больше пятидесяти крыс, из тех двухсот которых она захватила с собой. К хорьчихе подскочил ее помощник капитан Землерыло -Госпожа, я понимаю, что вы хотите отойти, как можно дальше от Унгатт-Транна, но наше войско идет на последнем дыхании! В строю пошла молва о том, что они зря пошли с вами, и наверняка Транн захватил крепость, и сейчас ест жареное мясо, с элем! Так что прикажете делать? Гранд-Фрагорль Быстро обработала всю информацию, и выдала ответ: -Видишь вон тот холм? Крыса быстро замахала головой. -Так вот, мы разобьем лагерь у подножья, там, где заросли лопухов. Объяви всем, и отправь пять воинов с луками на охоту. Землерыло лихо отсалютовал алебардой, и побежал к своим подчиненным. Место для лагеря было выбрано на славу. Неподалеку росла пара диких яблонь. Пруд был в трех минутах ходьбы. Охотники вернулись с богатой добычей: Три голубя, и малиновка. Гранд-Фрагорль довольно улыбнулась: доверие войска она вернула, да еще придачу отдохнет. Она словно тень выскользнула из лагеря и направилась к пруду. Добравшись до места, Гранд-Фрагорль вынула из-за пояса кинжал, и намочив его сидром оббрила левую лапу. Затем правую. Потом наступил черед задних лап. Она не полностью сбривала шерсть, только покрашенные в синий цвет кончики. Через час на свет появилась совсем другая Гранд-Фрагорль. Выдернув ненавистное кольцо из носа, хорьчиха отправилась к лагерю. Но уже через секунду поняла: что-то не так! Бумс! Гранд-Фрагорль очнулась на монолитном полу какого-то зала. Она попыталась встать, но тут же поняла: она крепко связана. Все что ей удалось так это поднять взгляд. Сердце чуть не вырвалось из груди! Это же Вердога! Брат Транна! Фаргорль хорошо помнила этого зверя. Во многом он был лучше Транна, в скорости, силе, зоркости… В общем настоящий хищный кот. Фаргорль была почти одного возраста Вердогой, даже старше. Ее родители были слугами в семье Зеленоглазов, и поэтому она знала о котах практически все. Вердога был рожден первым, и стал любимцем семьи. Унгатт-Транн родился вторым, Смертельное Копье был счастлив. И представке его разочарование, когда он увидел у второго сына желтые глаза. Смертельное Копье сразу отдал младшего сына на воспитание, в семью Гранд-Фрагорль. Они с Унгатт-Транном жили вместе, и хоть хорьчиха была старше, она все время склонялась перед котом. Вердогу учили лучшие учителя и тренеры, а Транна самые обыкновенные хорьки, которые не могли выговорить без ошибки свое имя. Одним словом Унгатт - воин самоучка. Унгатт все время смотрел, как его родня поглощали акульи языки, и прочие деликатесы. А сам обходился похлебкой из картофельных шкурок. Со временем Унгатт-Транн начал страдать манией величия. Хорьчиха Тельма, с которой он вырос, по его велению приняла имя Гранд-Фрагорль. Да и имя Унгатт-Транн было эффектом мании жестокого котенка Итона. Воспоминания хорьчихи прервали оправдания куницы Ясневой Ноги- боцмана одного из кораблей Унгатт-Транна. -Нам пришлось капитулироватся… Э… Из зоны войны… С нами еще была хорьчиха… Она и приняла решение о капитуляции… Но эта мерзавка убежала… И тут Гранд-Фрагорль поняла: ее не узнали! Она сбрила с себя синею шерсть, и вытащила из носа кольцо. -А это кто? –Спросил Вердога низким, хищным басом, и ткнул когтем в Гранд-Фрагорль. -Это? Обычная хорьчиха… Не из нашей банды, наши все синие! –Щебетал Ясневая Нога -Кто ты? Отвечай, или умри! –Вердога впился взглядом в хорьчиху. -Я? О, милорд. Я одинокая жительница леса. Увидела дым, и подалась посмотреть.… Ну а дальше вы знаете… -Допустим… Допустим… Скажи, Куница- Обратился он к Ясневой Ноге- Можно как-то избавится от этой краски? -Конечно! Мы, с ребятами долго думали, как это сделать!.. Глава 2 Гранд-Фрагорль попрощалась с жизнью, и прокляла все на свете: себя, Ясневую Ногу, Лорда Броктри, Унгатт-Транна, Старых зайцев, Вердогу.… Даже Смертельное Копье, и собственные родители попали в «черный список» -Это очень просто… -Ясневая Нога выдержал паузу- Надо намазаться глиной, и ходить так целый сезон. Вот видите! Куница задрал кольчугу, и все увидели брюхо чистого, природного цвета. -А эта ваша Гранд-Фрагорль не мазалась глиной? –Спросил Вердога не спуская взгляд с хорьчихи. -Она? Да она не знала! Да и если бы и намазалась, это бы все заметили! -Ну ладно… Хорьчиху отпустить, но скажите воробьям, чтоб глаз с нее не спускали! –Командовал Вердога стоящим перед ним капитану –Куницу в камеру, но не в подвал… В камеру для смертников! Куница громко сглотнул. -Вы… Меня… Уууу.… Убьете?! -Нет, просто камера для смертников, самая лучшая из всех. Гранд-Фрагорль лежала мордой вжавшись мордой в пол. Она не брила спину! Сейчас она молилась придуманным божествам. Только бы Вердога не заставил ее снять плащ! -О, великий Вердога Зеленоглаз! Что прикажете дать воробьям? Эти прожорливые твари ничего не сделают за даром! -Желудей, и орехов. Пока все. Гранд-Фрагорль не слишком аккуратно подняли, и вывели из зала. Охранники вели ее по сложным коридорам, которые все время поворачивали то влево, то вправо.… Вскоре в конце коридора мелькнул свет. Солнце безжалостно ударило в глаза, когда Гранд-Фрагорль вывели из мрачных помещений. Вокруг хлопотала стройка. Строили в основном мыши, и выдры. Иногда взгляд ловил белок, которые с быстротой молнии взбирались на крыши, и вниз. Также присутствовали ежи, они таскали огромные телеги с камнями, и бревнами. На камне стояла мускулистая крыса, которая безжалостно била всех кто поближе. Гранд-Фрагорль вывели через то место, где по идеи архитектора должны быть ворота. -Все. Иди себе куда хочешь! Когда Вердога захочет тебя видеть, воробьи сообщат. Вот провизия. –Сказал Крыс-стражник, и сунул Гранд-Фрагорль рюкзак. Хорьчиха в последний раз глянула на недостроенное главное здание, и маленький частокол, который в будущем станет стеной. Гранд-Фрагорль откинула все философские мысли. И пошла в глубь леса. Вердога не соврал: каждый ее шаг был под наблюдением десятка воробьев. Иногда они затевали драку, хорьчиха старалась использовать это время, чтобы ускользнуть. Но драка прекращалась так же неожиданно, как и началась. Гранд-Фрагорль решила скомпрометировать драку, которая затянется надолго. Она сделала привал. Достала из рюкзака огромный хлебец, и, положив его на плоский камень, и начала судорожно собирать хворост, стараясь быть похожей на местную жительницу. Тем временем, воробьям-наблюдателям очень пригляделся аппетитный хлебец, оставленный хозяйкой без призора. Хорьчиха краем глаза наблюдала за прожорливыми птицами. И тут, один из воробьев спорхнув с ветки, схватил хлебец, и подался в небо. Остальные как на веревочке вспорхнули за ним. Схватив рюкзак с оставшееся провизией, и нырнула в заросли. Небо разорвал боевой клекот орла. Вздернув глаза к небу, Гранд-Фрагорль увидела бойню: четверо воробьев со скоростью молнии убирались подальше. Остальным не повезло: они попали в лапы молодого орла. Вся бойня напоминала кучу перьев, и море крови. Стараясь не смотреть, хорьчиха пригибаясь под высоту зарослей, побрела к югу. Далі буде...
  6. Голосуем! Я голосую за "Да" Потому что "Трисс"; "Талисман из Рэдволла" чуствительно отличаются от других книг..
  7. Мне кажется в "Дозорном отряде" Самая подробная, А вам?
  8. Сэм

    Пинким

    Думаю первое...
  9. Друзья мои! Я даже не берусь считать, сколько сезонов мое перо не касалось бумаги, сколько событий выпало из летописи, сколько гроз отгремело, и сколько дорог прошёл одинокий путник со времён последней записи в летописи нашего краснокаменного аббатства. В этом году наш бессменный лидер Мартин, поздравляя меня с днём рождения сказал, подмигнув - "с днём рождения, лентяй-летописец ". Да, я полностью признаю свою вину за это многосезонное молчание, и сейчас постараюсь наверстать упущенное. Начнём с недавних событий, ведь они у всех на слуху. Недавно отгремел пир в Большом Зале, в честь Дня Названия Зимы и стоит ли говорить, что праздник удался на славу - песни, пляски, всеобщее веселье и всё, в лучших традициях Рэдволла. И я уж умолчу о вкусностях, от которых ломились прочные дубовые столы! За своё коротковременное присутствие на празднике, я вспомнил этот незабываемый, терпкий вкус и атмосферу Рэдволльской жизни. И скажу Вам без тени сомнения, ради этого стоит жить. В стенах аббатства едва ли существует рутина, едва ли есть обыденная прозаичность, здесь каждый миг пропитан поэтичностью существования. Суета сует и всё суета - это осталось за стенами. (Заранее приношу извинение за своё через чур вольное философствование, но что накипело, то накипело, и оно рвётся на бумагу, клянусь своими сандалиями!) Я безумно рад, что я снова здесь! Быть редким гостем в аббатстве отнюдь не то, чего бы мне хотелось. С учащённым дыханием я вспоминаю свой первый праздник в стенах аббатства - Новый Год, это было так давно, что помнит только мутной воды ручей. Новые знакомства, невероятные звери, встречающиеся на каждом шагу, незабываемый праздник - это то, что заставляет почувствовать себя живым. И вот сейчас, снова, как тогда - замерзшая земля, скупо посыпанная снегом, тёмная, почти беззвёздная ночь и Я, с пером наперевес. 2425 день от основания аббатства Рэдволльского. Зима Морозных Напевов Летописец Сэм
  10. Сэм

    С Днем Рождения, Сэм!

    я исправлюсь))) Спасибо))
  11. Какое это неописуемое удовольствие - снова взять в лапы перо, мои друзья. Это чувство похоже на то, что испытываешь когда выпиваешь кружку эля после длительного путешествия, или когда пройдя длинный путь добираешься до своей цели. Моя рабочая келья здоровски припала пылью за время моего отсутствия, но, тем не менее, чернила не засохли, бумага не пожелтела, а лапа еще не разучилась писать. Много воды утекло со времен моей последней записи в летописи аббатства. На то есть причины - я некоторое время путешествовал. Но сегодня я снова с вами, готов писать послание к нашим потомкам. Начнём с недавних событий- день названия лета. Праздник просто-таки ворвался в стены аббатства сотнями гостей, и гремел до позднего вечера. После долгих споров и совещаний, рассмотрев все варианты, рэдволльцами было единогласно принято решение назвать наступивший сезон- Летом Дальних Путешествий. После чего глава аббатства Мартин поднял кубок и выкрикнул- «За Лето Дальних Путешествий!». Все находящиеся в зале повторили его слова и опрокинули кубки. А еще недавно наше славное краснокаменное аббатство отметило свой юбилей- 5 лет! Этот праздник достоин отдельной страницы летописи, ибо таких пиров я от рождения не видал, клянусь своими сандалиями! Впервые в истории аббатства всех гостей не удалось уместить в Большой Зал! Но гостеприимные рэдволльцы не растерялись и перенесли столы из Пещерного Зала, что и разрешило сию неурядицу. С полуденными ударами колоколов аббатиса объявила празднование открытым. Жители и гости аббатства принялись поднимать один за другим тосты за Рэдволл. Кто бы мог знать в начале праздника, что пир затянется на целых четыре дня! На ночь гостей селили в пустые кельи, а тех, кому келий не хватило, селили в шатрах и палатках, которые специально для этого разбили возле пруда. Яствами праздник был богат! Чего только стоил бочонок вина землероек, салаты выдр, паштеты белок, и конечно же фирменные рэдволльские булочки с вишнёвым соком, и рэдволльский кукурузный хлеб. Ну а самое тяжелое, это, конечно же, прощание с гостями, которые за эти четыре дня стали как родные. На прощание зайцы из Дозорного Отряда запели наскоро сочиненную песню «Слава Рэдволлу и булочкам». С последними строчками толпа провожающих разразилась хохотом, дальше пошли крепкие рукопожатия и разговоры о встрече в скором времени. Одним словом - если вы пропустили этот праздник, значит, вы упустили полжизни, клянусь своими сандалиями! 1871 день от основания аббатства Рэдволльского. Лето Дальних Путешествий. Помощник летописца Сэм.
  12. Сэм

    Виктория, с днем рождения!

    C днём рождения! Счастья, здоровья, и побольши метала )
  13. Сэм

    Ночь

    Ночь Ночь. В Рэдволле тихо. Лишь трель сверчков теребит тишину. В Большом Зале состоялся Праздник Урожая. Сейчас все рэдволльцы мирно спят в своих келиях. Ночь. Гобелен с изображением Мартина Воителя, словно оберегает жителей Рэдволла. Мартин изображен очень воинственной мышью. За его спиной виднеются разбегающееся хищники: горностаи, ласки, куницы, коты, крысы… Ночь. Откуда-то доносится сопение. Внезапно гобелен шевельнулся. И еще раз. Из гобелена вышла мышь. Мартин! Ночь. Призрак Мартина отправился к источнику сопения. Звук доносился из-под стола. Мартин приподнял скатерть. Под столом устроились двое мышат. Мартин улыбнулся. Он взял их на руки, и понес в спальню. Он положил их на свободную кровать, возле окна. Ночь. Мартин идет по длинным коридорам аббатства. Он осматривает картины с изображением барсуков, мышей, белок… И вдруг он остановился. Прямо перед ним стоял мышонок. Он смотрел на Мартина огромными карими глазами. Казалось эти глаза два бездонных озера. Ночь. На щеке Мартина появилась слеза. -Малтин! Это Малтин! –Мышонок еще больше вгрызся взглядом в призрачного воителя. -Да, я Мартин. А тебе пора бы спать. –Мартин еле сдерживал слезы. -Я… Я боюсь… Мне снится больсая клыса… Я боюсь… -Не бойся. –Мартин все это время смотрел прямо. Мышонок уловил его взгляд. Он обернулся. В другом конце коридора стояла красивая мышка. Ее глаза были точно как у мышонка. Карие-карие. -Роза… Розочка… -Мартин был не в силах сдержать слезы. Он упал на колени. -Да это я. –Из глаз мышки полились слезы. Мартин сделал неуверенный шаг. Роза же стояла на месте. Мартин сделал еще шаг. И еще. Он уже практически бежал. Роза стояла и смотрела на Мартина. Наконец Мартин достиг другого конца коридора. -Роза… Я люблю тебя! -Марти… Мартин… -Роза стала растаивать в воздухе. -Роза! Нет! Нет! Нет!.. Мартин упал на пол. Призрачные слезы разбивались о каменный пол. –Роза! Роза!.. К Мартину подошел тот самый мышонок, он стоял прямо. Его спина была выгнута. Казалось, он собрал все силы. Мартин поднял взгляд. Мышонок протянул ему руку. -Спасибо. Спасибо. Как тебя зовут? -Матиас. -Матиас. Ты настоящий рэдволльец. Ты еще проявишь себя. Крыса из твоих снов –твой будущий враг. Ты забудешь все, что я тебе сказал. Но это останется в твоем сердце. Ночь. Маленький Матиас спит в своей кроватке. Скоро рассвет. Мартин Воитель стоит на крыше аббатства Рэдволл. В его глазах застыла боль. Боль по Розе. -«Она погибла из-за моей самоуверенности. Я вздумал захватить Маршанк без потерь. Но так не бывает. Нет. Только не в этой жизни» -Я люблю тебя, Мартин. –Раздался голос позади. Мартин обернулся, перед ним стояла Роза. -И я люблю тебя, Роза! –Закричал Мартин. И их призрачные губы соприкоснулись. И в первых лучах солнца, две призрачные фигуры растаяли.
  14. Сэм

    Левер Мечник.

    Объявляю эту тему зоной международного конфликта! Первый раз вижу что б такое разводили в теме фанфа))) Будет время почищу тут...
  15. Сэм

    Всех с Самайном!

    Всех с прошедшим!)) ПС А сатанисты опять порезали кошку в парке))))))))))))))))))))))))))
  16. поздравляю победителей!)))
  17. Сэм

    Когда зацветет рябина

    Всем спасибо Безумно рад что вам понравилось!
  18. Сэм

    Творчество Кошарэль

    Коты! Отлично!!! просто великолепно!!!))) Блин, у меня прямо слов нет)))
  19. Сэм

    Левер Мечник.

    Слушай, деточка, фуфыришся тут ты! конкретно к вопросу Вместо ответа
  20. Сэм

    C Днём Рождения,Слэг!

    СЛЭЭЭЭГА!!! ДРУЖИЩЩЕ! С ДНЁМ РОЖДЕНИЯ! Всего те наилучшего, пазитифного, и прикольного! =DDD
  21. Сэм

    Выложить на сайт

    оооотэто ^^
  22. Сэм

    Левер Мечник.

    Лэнг, я тя обожаю!
  23. Сэм

    Когда зацветет рябина

    Если честно- я ожидал, что это будет полный провал ^^ Видимо я ошибался Спасибо всем! В ближайшем времени напишу еще что-нибуть
×