Фенвик

Охотница Спасибо! Ромуальд Спасибо тебе, друг мой! Насчет Матти Матиасовича - подумаю))) Но ничего не обещаю))) А что касается закономерности - ты уж не болей, пожалуйста! Особенно, в преддверии праздника! Катрина Я кажется сейчас стану красным зайцем...)) Нельзя же так... Я же возгордюсь... А если серьезно - то большое спасибо тебе, за теплые слова. Недавно вспомнил. что я все-таки заяц. А значит пора вновь отдать должное самому святому для нас, после дружбы и ушей - еде! Двенадцать бравых зайцев - Отважных храбрецов, Несли в аббатство Рэдволл Одиннадцать ларцов. В одном ларце каштаны, В другом ларце - блины, А в третьем - целый хариус, Невиданной длины! В четвертом - восемь видов, Вкуснейших пирогов, А пятый был заполнен Грибами до краев. В шестом лежали ягоды, Медовый торт - в седьмом, В восьмом были бутылки, С наливкой и вином. Скрывал ларец девятый, Капусту и салат. В десятом были кексы, Суфле и мармелад. И наконец в последнем, Закрытый котелок. С выдрячьим острым супом, Что зверя валит с ног! Вы спросите - "Но если Одиннадцать ларцов, То почему несут их Двенадцать молодцов?" Даю одну подсказку: Последний удалец, Нести с собой был должен Особенный ларец. Из шоколада сделан Ларец был целиком. Куда он делся? Сами, Подумайте о том.

С Рождеством! Пусть этот праздник принесет всем новые мечты!

Сакстус "Нет, я не Пушкин, я другой..." (с) Спасибо! Архидэя Спасибо, я очень рад, что стихотворение тебе понравилось! Квентин Раз стихотворение доставило кому-то удовольствие - значит я не зря его писал! Спасибо! Ромуальд Спасибо, дружище! Зима сама по себе сказка. Пытался готовиться к экзамену - написал маленькую пьесу. В следующий раз попробую написать пьесу - должен, по идее, подготовиться к экзамену!))) "Сон Мартина - Память" Гонф: Эй, Мартин, ты опять не спишь? Мартин: Не сплю. Луна в том, верно, виновата... Гонф: Вторую ночь... Ну что за мышь! Ложись. Уж все давно в кроватях. (уходит) Мартин: Ему легко сказать - ложись! Я лягу, только что в том проку? Сон не придет, как ни вертись... За что мне вся эта морока? Жермена мне считать кротов, Советовала. Попытаюсь... Один, два, три, четыре... ох! Мне кажется, я засыпаю... (осматривается) Я не пойму - то сон? Не сон? Я узнаю эти пещеры! То место, где я был рожден! Бадранг: Да ты растрогался без меры! Мартин: Тиран! Убийца! Ты - мертвец! Но коли жив - готов я снова... Бадранг: Болван! Умолкни, наконец. Сперва мое послушай слово Этот край тебе родной? Что-то сомневаюсь в этом. Впрочем, был один герой Не узнаешь ли приметы? Он поклялся защищать, Племя, что отец оставил, Может я его солгать, В тот ненастный день заставил? Мартин: Это ты похитил меня! Бадранг: Я пришел к тебе домой? Или сам ты в мои лапы, Угодил тогда, герой? Мартин: Замолчи, тиран проклятый! Бадранг: Может быть из-за меня, Бабушка искала внука? Да, тиран, убийца - я. Ну а ты? Мартин: Какая мука! Бадранг: Твой тиран давно истлел, Под седыми валунами. Тот, кого ты здесь узрел, Только память, только память... (исчезает) Мартин: Исчез... Вот злое наважденье... Но где же море? Что это за лес? Дома какие-то... Кто даст мне объясненья? Урран Во: Ты снова здесь! Как ты посмел, Вновь сердце старое тревожить?! Мартин: Клянусь, я, право, не хотел... Урран Во: "Он не хотел"! Но сделал все же! Где дочь моя? Роза: Я здесь, отец! Урран Во: Она ушла и не вернулась! Мартин: Но Роза здесь... Ты что, ослеп вконец? Вновь все кошмаром обернулось... Роза: Меня не видит он, и ты тому виной, Отец мой, разум потерял от горя! Что я нашла, отправившись с тобой? Мартин: Мечом мне ранят грудь твои укоры! Роза: Твоя вина - страдания чужие, Своими тебе время не исправить. Во снах не все слова бывают лживы... Запомни - это память, только память... (исчезают) Мартин: Постой! Я лишь хотел... Ну вот, Растаяла, как в колдовском тумане! А боль мне все сильнее душу рвет, И Темный Лес, меня Вратами манит... Все изменяется опять, Ночь опускает покрывало - Кто бы сумел мне подсказать - Где я? (Он на побережье близ Саламандастрона. Вепрь Боец сражается с пиратами Рвиклыка) Вепрь Боец: А вам гляжу все мало? Да будь вас здесь хоть легион - Не отступлю я ни на шаг! Мартин: Пусть всех их превосходит он, Неисчислим, как будто, враг! Я помогу ему... (пытается пошевелиться) Проклятье! И лапой мне не шевельнуть! Ему не сладить с вражьей ратью, И снова боль терзает грудь! Мне взгляд бы отвести - но тщетно! Прикован к этой сече он, Опять мне слышать зов предсмертный, Не в силах помешать... Вепрь Боец: Закон, Таков для этих сновидений, Не мне от них тебя избавить. Ты раб души своей сомнений, Ведь это память, только память. (Пропадает, как и остальные) Мартин: Что сделать мне, чтоб прекратилось это? Как долго мне страдать себя кляня? Что делать, у кого спросить совета? Цармина: Быть может - у меня? Но не отвечу я, все немы под водой. Мартин: Ты не в себе! Здесь сухо как в пустыне! Цармина: Вода, вода, бездонною рекой, И кровь, как прежде, в моих жилах стынет. Мартин: Что вижу я? Иль снова околдован? Из-под земли рождается вода! Ее все больше, больше с каждым словом! (к Цармине) Молчи несчастная! Цармина: О да! Конечно, я молчу. Уж не откроет рта, Тот, кто остался черным волнам верен, Твоим мечом проведена черта, За нею берег для меня потерян! Смотри, мне волны шерсть на горле гладят! Остался только холод, только тьма! И это - твоя память, только память... Мартин: Я, кажется, сейчас сойду с ума! Я задыхаюсь! Сил нет! О, проклятье! Что делать? Что же делать мне? Я задыхаюсь... Вот и... Гонф: Мартин! Мартин! Я слышал - ты сейчас кричал во сне. Мартин: Так все же сон... Какое облегченье! Врагу такого б я не пожелал! Гонф: Видать, плохое было сновиденье? Мартин: Клянусь - уж лучше б вовсе я не спал! Гонф: Нет так нельзя! Тебя давно я знаю Себя замучаешь - и глазом не моргнешь! Давай, теперь, ложись. А я сыграю Тихонько. И спокойно ты уснешь. (к зрителю) Себя порой умеем мы заставить, Страдать минувшим, проживая тлен. Но все это - всего лишь наша память. А завтра точно будет новый день!

Новый год - и новое, замечательное стихотворение! Как же это здорово - отпустить в полет свою фантазию, чтобы потом, на бумаге появилась новая история, новое приключение, новый чудесный мир! Огромное спасибо тебе, дружище, за то что

С Новым Годом! Желаю всем счастья! Эулалиа!

Ганслингер frei Fantey Ромуальд Спасибо вам, друзья мои! Долго же меня здесь не было! Но зима - волшебное время, а значит вдохновение приходит вновь. Далеко на Севере, На высоком троне, Кошка снежно-белая, В ледяной короне. Во дворце хрустальном, Множество придворных, Маленьких снежинок, Ловких и проворных. Как зима настанет, Кошка незаметно, С поводка спускает, Северные ветры. Над уснувшим лесом, Снежный плащ расстелет, Снежный плащ разгладит Вьюгой и метелью. Над рекой лениво Проведет хвостом И поток игривый, Обернется льдом За день постаралась, Вот и солнце село. Но еще осталось, Напоследок дело! Коготком волшебным, Будет наша кошка, Рисовать узоры, На твоем окошке.

Охотница Действительно - замечательно написано! Читал с большим удовольствием. С нетерпением буду ждать следующей работы!

Дохнув морозом, старый год, Уходит по сугробам, Вновь время в путь его зовет, К неведомым дорогам. Но только за его спиной, Сомкнуться ветви елей, К нам год примчится молодой, На гриве у метели. Рассыпет щедрою рукой, Серебряные искры, И снова будет лес зимой, Сверкающий и чистый. Приходит время волшебства, Весь мир меняет краски, Как льдинок звон звучат слова - Начало новой сказки. Она уносит нас вперед, В безоблачное небо, В конце пути скитальцев ждет, Наш дом - аббатство Рэдволл. Там ждут друзья, задорный смех, И радостные лица, Есть место за столом для всех, Кто любит веселиться. И в полночь, колокольный звон, Объявит громогласно: "Приходит Новый Год! Динь-Дон! Я всем желаю счастья!"

Стрелок Спасибо. Ну, правда - не правда, скорее альтернативный вариант развития Саламандастрона. Лэнг Даю. Но умеренно. Фортуната Спасибо)) Охотница Я скорее представляю такую сцену: "Несколько дней назад, пятеро солдат отказались убивать пленных хищников. Их казнили в назидание другим. Их заставляли кричать "Эулалиа!" перед смертью, а они молчали" Не дословно, конечно, но все-таки... Что касается суровости... они на самом деле добрые) Но если честно, подобное развитие событий я не считаю совсем уж невозможным. Ганслингер На самом деле, в Рэдволле, реализм - не всегда хорошо. Но захотелось написать так. Сакстус Поправлю - "Вегетарианцев" ))) Спасибо, рад, что понравилось. "К остальным" - к Лэнгу тоже присоединяешься? ) Эх, как чувствовал, что процесс порубания Бигса в куски, надо было в конец вставить.)

Эх, как давно я здесь не был! Просто непростительно! Что может быть прекрасней соленых брызг в лицо? Что может быть заманчивей, чем берега дальних стран? И, когда тебя одолевают тревожные мысли, что может быть приятней, чем легкое и радостное стихотворение? Спасибо тебе, друг мой!

Кокарда … приговаривается к смертной казни! – капрал Бигс закончил читать, и повернулся к Доуту. Тот стоял отрешенно, не находя в себе силы поверить в происходящее. Перед ними, на коленях стояла молодая хорьчиха, со связанными за спиной лапами. Одежда на ней была изорвана, один глаз заплыл – ее ударил эфесом сабли солдат патруля, во время ареста. «Куда мы катимся?» - с горечью подумал Доут, - «Мы, Дозорный Отряд, защитники Саламандастрона, с давних сезонов защищали лесных жителей от хищников, но…» Да, было и «но». В последнее время, меры против хищников ужесточались все больше. Их могли арестовать прямо на улице города или деревни, без какой-либо причины. Конечно, была война. Но враг был далеко, и передовые полки Саламандастрона успешно теснили незваных гостей. А здесь, в тылу, продолжали хватать ласок, горностаев, крыс, хорьков… Доут посмотрел на пленницу – совсем молодая, можно сказать девчонка, но, на ее беду, недостаточно, чтобы быть признанной несмышленым ребенком. Он знал, что ее обвиняют в том, что она вражеский диверсант. Что приговор этот был вынесен всего за пять минут - слишком много подобных дел еще предстояло рассмотреть военному суду. Знал он и то, что все преступление этой хорьчихи состояло в похищении буханки хлеба из армейской повозки. Одного он не мог понять – почему именно его назначили сегодня быть исполнителем? Почему именно он должен был тащить хищницу сюда, на край обрыва, чтобы вдалеке от чужих глаз совершить то, что теперь называлось правосудием? Не мог, пока не встретился взглядом с капралом Бигсом. Все сразу же встало на свои места. Это была проверка. Его проверка. Бигс носил армейскую форму, но он, несомненно, принадлежал службе внутренней разведки. Об этом говорило многое: манера держаться, слишком дерзкая, для простого капрала, пронзительный взгляд серых глаз, неприятная, сытая физиономия – у вчерашнего солдата такой не бывает. Даже кокарда на его фуражке сверкала слишком ярко – не было теперь времени у солдат следить за такими мелочами. Внутренняя разведка появилась сразу же, после того, как некоторые солдаты начали отказываться выполнять приказы своих командиров. Бунтовщиками были, в основном, старики, еще помнившие прежние времена, да кое-кто из молодежи. По идее, внутренняя разведка должна была искать шпионов и предателей. На самом деле, такие вот «капралы», приставленные к каждому взводу, кропотливо отыскивали несогласных с новым порядком. И вот теперь Бигс смотрел на него. Смотрел, и во взгляде капрала читалась насмешка, - «Ну что, мол, медлишь, давай! Я-то тебя насквозь вижу. И дай мне только повод…» Да, не могли не заметить, как смотрел на происходящее вокруг рядовой Доут. Не могли не услышать того, что порой говорил он товарищу в патруле, или в казарме. Не увидеть, как любой ценой избегал он участия в подобных акциях. И вот … Доут знал, что малейшее проявление жалости погубит его. Неверное движение, слово, даже взгляд – и его собственные лапы стянет веревка. Даже если его не убьют, не посадят в тюрьму, со службой в Отряде будет покончено. А ведь это было его мечтой с детства! Он вспомнил, как зачитывался книгами о подвигах солдат Дозорного Отряда. Как мастерил себе деревянный меч, бывший его любимой игрушкой. Как провожал восхищенными взглядами идущие в поход полки. Как, сверкая счастливыми глазами, задыхаясь от волнения, приносил клятву верности.…Как он был молод, наивен, восторжен. И как узнал, что повзрослеть можно всего за четыре сезона. Новые воспоминания встали у Доута перед глазами… Разгромленное поселение лис-цыган, хищники, зарубленные на дороге, без суда и следствия. Бесчинства, творимые некоторыми его сослуживцами, и то, как на них закрывали глаза. Все это пронеслось в его голове буквально за секунду. Потом Доут, закусив губу, вытянул из ножен саблю. «Все», - подумал он и замахнулся… Доут, шатаясь, шел по краю треклятого обрыва. Он понимал, что больше не может оставаться в Дозорном Отряде. Что тот Отряд, о котором он мечтал, существует теперь только на страницах книг. Что за годы, проведенные в борьбе и ненависти, они постепенно превратились в тех, с кем боролись. Каждый крыс для них был Клуни, каждый горностай – Фераго, каждый лис - Слэгаром…Он понял все это, еще до того как нанес удар. Понял, но все-таки ударил. Потому что так было нужно. Доут обернулся – там, где они недавно стояли, еще виднелся темный силуэт лежавшего на земле тела. Вдруг его глаз уловил какую-то вспышку. Это сверкнула на солнце заляпанная кровью кокарда.

- Но, амиго, мы же не знаем точно, что там такое произошло! Это мог быть бой, а могло быть и побоище... А вдруг это какой-то несчастный случай? Маловероятно, но все же. Пепел многого нам не скажет. И я не уверен, что там был порох. Ты сам сказал, что никогда не видел оружия, которое могло бы сотворить такое со зверями. Вряд ли это были мушкеты и пушки. - возразил Фютрат, разглядывая обрывок карты. "Хорошо бы у Бена получилась настойка... хочется выпить чего-нибудь, да покрепче."

С Днем Рождения!

Ромуальд Спасибо тебе, дружище! Особенно за вдохновение, его порой так не хватает! Трайдакс Спасибо! Срочно начинаю желать...) Fantey Спасибо за поздравление!

"Мдаааа ну и логика. Мысль, что "ему" просто пока от нас что-то нужно в голову моего "амиго" не приходила? То он хочет все вокруг ловушками заставить, то считает, что неведомый графоман для нас безопасен. Может все-таки в каше было что-то... В конце концов больше двухсот лет прошло. Хотя... чего-то он темнит. Догадки какие-то. Дай Фортуна, он не сам все это понаписал..." - Что такое, амиго? Нашел на ней что-то интересное? Кстати, разве ее не мог подложить тот же зверь, что раскладывал записки? И как, если не секрет, ты намерен "подтверждать" свои догадки?

Фютрат зевнул во всю пасть. Разговоры о защите нагоняли на него тоску. "Я конечно понимаю, что здесь нужно быть готовым ко всему, но по-моему они перегибают палку. Звери склонны истреблять себе подобных, и чем лучше они развиты, тем быстрее истребляют. Так что здесь могло обойтись без зайцев и змей." - Если мы и найдем порох, то его следовало бы приберечь на что-нибудь более важное чем ловушки. В конце концов, ловушки можно сделать кучей других способов. - лис уже хотел начать зашивать свой камзол взятой у Бена иголкой, как вдруг вспомнил еще кое о чем - Кстати, даже если та цивилизация полностью вымерла - кто оставил все те записки, которые мы нашли?

- Сплошные вопросы, и никаких ответов. - усмехнулся Фютрат, -Но не стоит забывать, друзья мои, что наша главная цель - выбраться отсюда. Какой бы развитой не была та цивилизация, что оставила эти катакомбы, нам она должна быть интересна в первую очередь, как источник средств для выживания и постройки корабля. Что же касается опасности... Об осторожности, конечно, забывать не следует, но мертвые насколько я помню, не кусаются. В подземельях кроме ловушек вряд ли могут быть другие опасности. Да и ловушек мы, собственно, не нашли.

Ромуальд Он, должно быть, служил еще Вердоге Зеленоглазу, был ветераном многих сражений? Всю усталость и боль вложил в эти строки. Снимаю шляпу, друг мой!

-Истину молвишь, амиго - лис перестал мучить свой многострадальный камзол, и подошел поближе, - Только вот что тут за война такая странная была? Неужто они ее под землей вели? И кто с кем тут мог воевать, тоже вопрос интересный... Но боюсь, для нас,в нашем с вами положении, не имеющий особого значения. Как считаете, стоит ли нам, по возвращении в катакомбы, перенести сюда весь найденный запас каши? Все равно ведь мы туда еще не раз спустимся. - Фютрат задумчиво покрутил усы. "Может эти гении еще и вино в какие-нибудь чудо-призмы двести лет назад залили? Было бы недурно"

Ромуальд Ну, таки же некоторые хоббиты изрядно попутешествовали))) Прямо-таки "Этюд в багровых тонах"). У алого цвета тысячи оттенков, которые беспрестанно сменяют друг друга. "...Кровь давно ушла в землю. И там, где она пролилась, уже растут виноградные гроздья..." Браво, маэстро!

- Цилиндры? Цилиндры.... хм... А разве они не у тебя? - порывшись в карманах, лис извлек оттуда молоток и отвертку. - Так... Это явно не то. Посмотрим там... проволока... гвозди...сверла... нет. Странно - Фютрат начал хлопать себя по карманам. - Ага, кажется здесь что-то есть! - засунув лапу в карман поглубже, он обнаружил там приличных размеров дырку. К счастью цилиндр всего лишь завалился за подкладку, и вскоре был извлечен, для демонстрации товарищам. - Вот он, красавец! Кстати, иголки с ниткой ни у кого не найдется?

Очень прошу, если вам не понравилось, пожалуйста, оставляйте отзывы, чтобы я знал, что мне исправить! Смотри внимательно, как холоден зрачок, Ты утопаешь в этом страшном взоре, Ты стал так слаб, несчастен, одинок, Взгляни в мои глаза, себе на горе! Зачем бояться? Позабудь про страх. Оставь свою ненужную борьбу. Что видишь ты теперь в моих глазах? - Судьбу! Смертельным блеском отливает чешуя, Ты просишь о пощаде? Бесполезно. Отныне воля здесь одна - моя! Взгляни - в моих глазах зияет бездна! Что было толку в тех пустых словах? Ты все равно заплатишь за беспечность! Что видишь ты теперь в моих глазах? - Вечность! Ты хочешь спать... Секунды бесконечны... Все кончено, ты знаешь - пробил час. Но перед тем, как замолчать навечно, Взгляни в мои глаза - в последний раз! И жизнь твоя в итоге терпит крах... Как жаль... Но поздно сожалеть. Что видишь ты теперь в моих глазах? - Смерть!

Ромуальд Путешественникам и поэтам принадлежит целый мир. И если твои лапы не пройдут часть этих дорог - это сделает твое перо! Низкий поклон, друг мой!

*Посмотрел на файл с недописанным стихотворением... На блокнот с недописанным стихотворением... На файл с недописанным рассказом...* Мда, тянет на пожизненное, с конфискацией пера!))) Спасибо, за отличное стихотворение, друг мой. И за то, что я сейчас возьму этот самый блокнот - и буду писать, пока не закончу!

По темному небу всадники скачут, Серые всадники – вестники бури, Только столкнуться – и небо заплачет, Сизые брови печально нахмурив. Мимо проносятся серые кони, Темное небо разорвано громом, Ветер вперед серых всадников гонит, Серые всадники скачут над домом. Росчерком молнии след оставляя, Серые всадники в небе резвятся, Время придет – в серой дымке растаяв, Всадники вдруг в корабли обратятся. По небу синему, белые странники, В даль поплывут, с легким ветром играя, Встанут к штурвалам вчерашние всадники, Ночь позади - новый день наступает.