Jump to content
крыска

Дорога к дому, дорога к себе

Recommended Posts

Решила продолжить приключения Витча. Посмотрим, что из этого выйдет. Ну... Поехали!

 

 

 

Глава I

 

- Я же, по-моему, ответил тебе.  Мой ответ – «нет», или ты разучился понимать звериную речь в своём царстве молчания? – в голосе Витча звучала крайняя степень раздражения. Он упомянул о рабстве, надеясь на то, что Веслохвост оскорбится, и разговор перейдет в другое русло.

 

Но выдра не отреагировала на выпад.

 

- Ты что, боишься?

 

Маленькая крыса вздёрнула подбородок.

 

- Да, боюсь! Я не ведусь на слабо, выдра. Я боюсь, и не пойду туда. Обсуждали уже. Слушай, давай пойдём уже дальше, а? Если мы простоим тут ещё, нас найдут рэдволльцы.

 

- Не понимаю, чего тут бояться, особенно после всего, что с тобой  случилось, - не унимался Веслохвост. А вот если ты не навестишь их сейчас, будешь жалеть об этом всю оставшуюся жизнь.

 

- Список того, о чём я буду жалеть всю оставшуюся жизнь, слишком велик, чтобы вписать туда ещё и эту ерунду. Пойдём, Веслохвост, - почти умоляюще протянул крысёнок.

Но выдра выжидательно смотрела ему в глаза.

 

Терпение Витча лопнуло.

 

- Ладно! – он поднял лапы, будто сдаваясь. – Ладно, хорошо. Мы пойдём туда, но это плохая идея, Веслохвост, очень плохая…

 

Но они пошли. Той самой знакомой дорогой, по которой Витч бегал, наверное, тысячу раз. Когда был диббуном…

 

Да, крысёнок не соврал выдре, когда сказал, что боялся. Странно, иногда мы боимся некоторых вещей хуже смерти, и он действительно лучше бы ещё раз спустился в подземелья Малькарриса, чем встретился бы с родителями.

 

Наверное, потому что эта встреча давала несбыточные надежды, наверное, потому что…

Он и сам не мог понять, почему.

 

Присутствие Веслохвоста добавило ему уверенности. Один бы он уж точно не вернулся.

Да, он бы иногда думал об этом, что вот, возьму и…

 

Всё-таки присутствие выдры избавит его от необходимости быть с ними один на один.

Крысёнок и выдра свернули на маленькую тропку, и вышли на небольшую поляну. Это было поселение лесных крыс, несколько нор в холмах.

 

На утоптанной траве перед входами в норы резвились крысята, они катались по траве, дрались между собой, а их матери готовили пищу на открытом огне, иногда награждая своих отпрысков затрещинами.

 

Взрослые крысы отсутствовали, скорее всего, они где-то работали, стараясь прокормить свои многочисленные семейства. Не всегда эти работы были мирными, но и не всегда лесные крысы были хищниками. Бывало всякое.

 

Витч неосознанно остановился, медля выйти на открытое пространство. Он вообще ещё не придумал, что сказать, что сделать… Да и вообще, зачем он сюда пришел?

 

- Ну, давай, - подтолкнул его сзади Веслохвост, и крысёнок вышел на поляну.

Он сделал несколько шагов, и одна из крыс, подняв голову, пристально посмотрела на Витча и его спутника.

 

- Малыш Витч! – прозвище из прошлого, которое так всегда раздражало, сейчас лишь вызвало улыбку.

 

Он ускорил шаг, и почти побежал.

 

- Мама, - знакомый запах, запах детства и беззаботности. Он обнял её так сильно, насколько были способны его худые лапы.

 

Крыса немного отстранила его от себя, хмурясь, вглядываясь в его морду.

- Малыш Витч… Я думала, что… - она осеклась.

 

- Нет, я в порядке, - он улыбнулся. – Я… У меня всё хорошо.

 

- Да, ты всегда был очень шустрый, мог о себе позаботиться, - она усмехнулась. – А это твой друг?

 

- Да, это мой приятель – Веслохвост.

 

- Выдра?

 

- Ну, да.

 

Повисло неловкое молчание.

 

- Витч, ты зайдешь? – крыса кивнула в сторону входа в нору. – Отец скоро придет. Правда, накормить вас не смогу, еды осталось только…

 

- У меня есть еда, - перебил Витч, снимая со спины узелок и протягивая матери. – Тут хлеб, сыр…

 

- Спасибо, - она взяла еду. – А как же ты?

 

- Я скоро поем, с друзьями, - соврал крысёнок.

 

- Ну и отлично.

 

- Мне нужно идти, мам, - проговорил Витч, до боли сжав лапы в кулаки. – Друзья ждут.

 

- Кто это сделал? – вдруг спросила крыса странным голосом.

 

- Что сделал?

 

- Твоя голова. Эти жуткие шрамы…

 

Витч привычным движением поднял лапы к голове и ощупал ещё не заросшие мехом проплешины.

 

Он деланно рассмеялся.

 

- Да это я упал, ха… Неудачно получилось… Ха-ха, но было весело. Но сейчас всё в порядке, мам, всё почти зажило. Скоро вообще будет незаметно.

 

Она молчала, понимая, что сын ничего не скажет, а она ничего не спросит. Она никогда ничего не спрашивала, удовлетворяясь его различными отговорками.

 

Она никогда не спрашивала, кто ему подбил глаз, откуда у него появляются вещи, ему не принадлежащие, куда он пропадает на несколько дней, почему он плакал по ночам…

Она никогда не знала, как ей помочь своему малышу Витчу, не знала и теперь.

 

Лапы крысы беспомощно опустились.

 

- Ну, пока, мам, - Витч обнял её за шею, прижавшись к ней своим щуплым тельцем. – Я скоро опять зайду, вот увидишь.

 

- До свиданья!

 

Маленькая крыса и выдра скрылись в лесной чаще.

 

Мать Витча долго смотрела им вслед, а потом опустилась на колени, закрыв морду лапами.

 

…Витч угрюмо молчал, шагая рядом с Веслохвостом.

 

«Если он скажет мне хоть слово, я ему врежу, клянусь!» - думал он.

 

Но Веслохвост ничего не сказал.

Edited by крыска
  • Плюс 1

Share this post


Link to post
Share on other sites

@Фортуната

дык мое детство прошло на санта-барбаре и бесконечных мультсериалах)))) как же я остановлюсь?

 

Ну а вообще если есть вдохновение, надо писать! Спасибо, что читаете!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Глава II

Синтия Полёвкинс закрыла дверь своей кельи, и устало прислонилась к ней спиной.

 

Всё.

 

Наконец-то этот день закончился.

 

Сегодня случилось то, чего она боялась весь долгий путь обратно. Они вернулись в Рэдволл, и, среди встречающих матерей, не было Летти Полёвкинс.

 

Как в тумане Синтия обнимала малыша Ролло, улыбалась и радовалась возвращению. Откуда она нашла силы?

Она, которая плакала по малейшему пустяку, из-за ничтожнейшего повода…

 

Она держалась спокойно и дружелюбно. Ей казалось, что все смотрят на неё, ждут, когда она расплачется, убежит, устроит истерику. Но она была спокойна.

 

Первое, что сделали все жители Рэдволла, после объятий и приветственных восклицаний – пошли навестить погибших друзей, которым не суждено было быть сейчас в этот день с ними.

 

Синтия беспомощно смотрела на холм земли, под которым теперь лежало тело её матери. Она рассматривала цветы на могиле, зачем-то запоминая каждый лепесток.

 

Вот и всё…

 

Тесс обнимала её за плечи, но глаза полёвки были сухими.

 

Слёзы – это ничто по сравнению с тем, что творилось в её душе.

 

Там была пустота и… Ещё что-то.

 

Да, в ней рождалось новое чувство, разъедающее её, уничтожающее её нутро.

 

В ней росла ярость, похожая на ту, которую она почувствовала, когда выбежала с кандалами в лапах и начала разбивать головы крыс-тюремщиков.

 

Двое из них упали в бездонную пропасть Малькарриса. Их туда отправила она, Синтия Полёвкинс.

Слабое, беспомощное, хнычущее существо.

 

Да, она отправила их туда – прямо в ад. И не чувствовала по этому поводу никаких сожалений.

 

Синтия отошла от двери и легла на постель, прижавшись щекой к белоснежной простыне.

Вот и всё. Мама никогда не обнимет её больше. Не повяжет ей шарф так, как умеет только она. Не…

Но надо жить дальше. Вот и всё. Их поход завершился, всё закончилось.

 

Но всё ли?

 

Она не хотела об этом думать, не хотела это вспоминать. Но в её голове опять зазвучал этот голос.

 

Визгливый голос крысёнка Витча, захлёбывающийся от ненависти и злорадного торжества:

 

- Я скажу тебе кое о чём, это придаст тебе бодрости. Мы со Слэгаром разобрались с жирным монахом, а также с госпожой Полёвкинс и с твоим полусонным папашей. Ха-ха, с ними мы всё уладили — просто прирезали. Ты их больше никогда не увидишь.

 

Синтия села на постели. Она вдруг поняла то, что мучило её всю эту дорогу.

 

Мы со Слэгаром…

 

Не Слэгар нанес тот смертельный удар её матери. Он – главарь, скорее всего следил за обстановкой и отдавал приказы.

 

И, конечно, не этот маленький заморыш. У него даже оружия не было.

 

Но он видел, видел того, кто это сделал!

 

Витч видел, чей удар оборвал жизнь Летти Полёвкинс!

 

Это был кто-то из работорговцев.

 

Синтия села, стиснув виски лапами.

 

Кто же это был? Жирная тварь – ласка Трехпалый или этот гнусный жестокий подонок – горностай Полухвост?

 

Морщатый? Прыщелап? Клиноспин?

 

Кто? Кто? Кто?

 

Этот вопрос звучал как набат в её голове.

 

Часть бандитов мертва. Если среди них тот, который убил её мать – тогда всё в порядке, она отомщена.

 

Но часть ласок, как она слышала, была отправлена в изгнание, на юг, их отвел туда сэр Гарри Муза.

 

А если среди них тот, кто сделал это?

 

Если он будет жить, смеяться, есть, пить, в то время как её мать, не причинившая вреда ни одному живому существу, мертва!

 

Она не может этого допустить.

 

Синтия подошла к окну, смотря в темноту ночи невидящим взглядом.

 

К Витчу вернулась память, и он ушёл.

 

Это было сегодня утром.

 

Его можно найти, его можно догнать.

 

Он расскажет ей, кто убийца.

 

Мышка неслышно спустилась на кухню. Рэдволл спал, после трудного путешествия и пира, никто не услышал, как маленькая полёвка быстро собрала немного еды и взяла с собой кухонный нож.

 

Какое-никакое, а оружие.

 

Она тихо проскользнула в маленькую дверцу на северной стене, по иронии судьбы, где погибла её мать, и направилась в Лес Цветущих Мхов.

 

Она знала место, где живут лесные крысы. Можно  узнать о Витче сначала там.

 

Странно, но она совсем ничего не боялась.

Edited by крыска

Share this post


Link to post
Share on other sites

@крыска

Синтия... Меня она порядком раздражала, но мне было тяжко думать, какая боль свалится на нее после прибытия в Рэдволл. Ее мама, ее поддержка! Так и свихнуться недолго, это действительно страшно, потому еще от книги есть неприятное послевкусие.

Искренне теперь надеюсь, что линия Синтии будет не последней важности. Будем ждать!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Глава III

 

Синтия подождала, пока не наступит рассвет, и затем пошла туда.

 

Она помнила то место, оно было совсем недалеко от Рэдволла. Но туда им запрещали ходить.

 

Место,  где жили лесные крысы. Не самое благополучное в Лесу Цветущих Мхов.

 

Солнце вставало над лесом, золотило кроны деревьев. Лапы полёвки были мокрые из-за утренней росы.

Она прижалась к дереву, прежде, чем выйти на поляну. Уже выкатился из норы маленький крысёнок, а его мать вышла за ним, зевая, и начала разводить огонь в жаровне на поляне.

 

Начинался обычный день.

 

Синтия набрала воздух в лёгкие, будто собираясь нырнуть в воду, и вышла из чащи.

 

Она подошла к диббуну.

 

- Послушай, ты не видел крысёнка Витча? – присев, чтобы привлечь внимание малыша, спросила полёвка. – Он такой невысокий для своих лет, носит голубой плащ и розовую жилетку. Шерсть у него…

 

- Я видела его, - донеслось сверху.

 

Синтия встала.

 

- Я видела его, - повторила крыса. – Это мой сын.

 

- Вы видели его? Когда? Где он сейчас?  

 

- А что тебе нужно от него?

 

- Я хочу с ним поговорить. Он знает что-то, что мне необходимо знать.

 

Крыса молчала, будто что-то обдумывая. Затем она тихо сказала.

 

- Он был здесь вчера днём. Ушёл по той дороге. С ним была выдра.

 

- А куда он ушёл? – Синтия  в нетерпении схватила крысу за лапу.

- Он… он сказал, что ушёл к друзьям, - крыса явно нервничала.

 

- Но это неправда. Нет у него никаких друзей!

 

- Я так и поняла. И эта выдра…

 

-  Ничего не знаю насчёт него. Они терпеть друг друга не могли, а вчера почему-то отправились вместе искать дом этой выдры.

 

Синтия уже хотела уйти, но ей почему-то было жаль мать Витча. Крыса стояла с потерянным видом.

 

- Я так и знала, что у него неприятности. Я знала, что у него нет друзей, - в голосе крысы зазвучали слёзы, но она сдержалась. Затем, помолчав, она спросила совсем другим тоном. – За что его хотели  убить? Что он сделал?

 

- Это был его бывший хозяин – работорговец лис Слэгар Беспощадный, - тихо произнесла полёвка. – А за что… Просто так.

 

- Просто так… - эхом повторила мать Витча.

 

Синтия сделала шаг назад и, повернувшись, заспешила по дороге.

 

Если она приложит все силы, она сумеет догнать Витча и Веслохвоста.

 

…Витч начал устраиваться на ночлег. Он расчистил место у костра от сучков и мусора и, завернувшись в плащ, лёг на землю.

 

- А почему ты решил, что сегодня именно моя очередь быть часовым? – поинтересовался Веслохвост.

 

Вечно он задает дурацкие вопросы!

 

- Да какая разница? – зевнул крысёнок. – Сегодня - ты, завтра - я.

 

Природное нахальство вернулось к Витчу.

 

- Но мы должны были хотя бы договориться, кто и когда дежурит! – не унимался Веслохвост.

 

- Ну, вот мы и договорились. Сегодня будешь ты. Я же не отказываюсь, - миролюбиво ответил Витч и пробормотал, погружаясь в сон. – Тебе будет полезно посидеть у костра и подумать о том, где может находиться твой дом. Повспоминать…

 

Хрустнули сучья.

 

- Я хочу, чтобы ты вспомнил кое-что, - раздался голос.

 

Крыса и выдра резко обернулись.

 

Перед ними стояла полёвка Синтия. Она задыхалась, скорее всего, от быстрой ходьбы или даже бега, хотя Витч всё равно не мог понять, как Синтия могла их догнать, даже при том, что они шли довольно медленно.

 

Наверное, она очень спешила.

 

- Синтия! – удивленно воскликнул крысёнок. – Ты что тут делаешь?

 

- Я пришла поговорить с тобой, - полёвка вдруг вцепилась в плащ Витча у шеи с неожиданной силой, так, что он начал задыхаться.

 

- А рэдволльцы тут? – спросил Веслохвост.

 

- Нет, я пришла одна. Это всё неважно.

 

Крысёнок попробовал ослабить хватку полёвки.

 

- Что тебе нужно от меня?

 

- Ты написал, что ты всё вспомнил, - круглые глаза Синтии почти не мигали. – Значит, ты вспомнил, кто убил мою мать. Скажи мне, кто это был!

 

- Что?

 

- Ты же понял, что я спрашиваю. Ты видел, кто её убил, ты хвастался этим! Кто это был, Витч, скажи мне!

 

Её пальцы сжались сильнее, и крысёнок закашлялся.

 

- Я… Я не помню!

 

Он действительно не помнил. Его память вернулась, но некоторые события так и остались окутаны туманом.

 

- Я не помню… - повторил он, чувствуя, что полёвка в отчаянии отпустила его одежду. – Я… Я помню, что говорил это, но не помню, как это было.

 

- Ты помнишь, но просто не хочешь вспоминать, - вдруг сказал Веслохвост. – Со мной такое было. Думаю, я много помню со своего первого дня в рабстве, но я сказал себе: «забудь», и я забыл. Но можно попробовать вспомнить.

Повисла звенящая тишина.

 

- Она имеет право знать,  - тихо добавил бывший раб Малькарриса.

 

Витч закрыл глаза, пытаясь вспомнить тот вечер.

 

- Вспомни, где ты сидел тогда, на пиру? – раздался негромкий голос Синтии. – Что произошло, после того, как закончилось представление?

 

И действительно, как только Витч начал представлять тот вечер, память, словно долгожданный гость вошла в открытую дверь его разума.

 

- Я сижу вместе с диббунами, крот и мышь – справа и слева от меня. Слэгар сказал ничего не пить во время представления… Участвуют Тупонос, Лысолап и Прыщелап… Столп зелёного пламени… Хозяин произносит тост… Он всё знает про всех. Это неудивительно, я ему всё написал… Все выпивают за Матиаса и аббата Мордальфуса…

Хозяин начинает кружиться вокруг костра… Звезды мелькают… Мои соседи засыпают, крот даже  свалился со скамейки. Я… Я всё ещё смотрю на плащ Хитрейшего, он… Он зачаровывает. Кто-то отвешивает мне подзатыльник. «Пора!»  - кричит Прыщелап.

… Я бегу к повозке, туда уже складывают заснувших диббунов… Там мой враг, Маттимео. Я смеюсь.

 

Крысёнок замолчал.

 

- Что было дальше? Не останавливайся! – голос Синтии изменился до неузнаваемости.

 

Витч задрожал, как осиновый лист, закрыл морду лапами. Почему-то его охватил ужас, он не хотел это вспоминать. Теперь – не хотел.

 

Он сдавленно прошептал, будто слова шли у него с губ против его воли.

 

- Мы убегаем через дверцу у северной стены. Нам преграждают путь – Черчмаус, толстый повар и Летти Полёвкинс…

 

Он опять замолчал.

 

- Они…

Витч убрал лапы от морды и открыл глаза.

 

- Нет, я не могу. Я не хочу это вспоминать.

 

- Кто убил её? – спросил Синтия. – Умоляю тебя, скажи.

 

Воспоминания ворвались в голову, как буря, как внезапный шторм.

 

Крысёнок опять закрыл морду лапами и закричал.

 

- Он ударил её! Она лежит на земле! Он её убил! О Боже, он её убил!

 

Витч опустил лапы и отвернулся, содрогаясь всем телом.

 

- Кто это сделал? – прошептала полёвка, но её слова раздались в голове маленькой крысы как удары набата.

 

- Это… Это был Трёхпалый.

Edited by крыска

Share this post


Link to post
Share on other sites

Глава IV

 

-      Ну и что ты сделаешь с этим, полёвка? – внезапно обозлившись, прошипел Витч. – Ты что, пойдешь сейчас на юг, пройдёшь весь Лес Цветущих Мхов, равнины, вскарабкаешься на плато, потом пересечёшь лес крашеных, построишь себе плот и поплывёшь по реке…

 

Синтия жестом остановила поток слов крысёнка.

 

- Если будет нужно – да. Но я не пойду одна, - она сделала шаг к Витчу и ткнула его пальцем в грудь. – Ты пойдешь со мной. Ты должен мне, крысёныш!  - Синтия каким-то странным образом изменилась, и Витч, зачарованный её напором и горячностью, молча слушал. – Если бы не ты, она могла бы быть жива! Ты должен мне помочь добраться до этой ласки. Ты умеешь выживать в лесу, и ты будешь со мной, понял?

 

- Я тоже пойду с вами, - проговорил Веслохвост, как будто дело уже было решённое. – Синтия, я с тобой. Я помогу тебе.

 

Витч переводил взгляд с полёвки на выдру.

 

- Вы что, с ума сошли? – наконец, воскликнул он. – При всем нашем желании, мы не сможем пройти  весь путь до Малькарриса в одиночку. Мы погибнем при первой же серьёзной стычке или препятствии.

 

- Вряд ли нам будет нужно пройти весь путь, Витч, - возразил Веслохвост. – Держу пари, что эти бандиты, после того, как филин улетел, двинули обратно. Они наверняка на полпути к Лесу Цветущих Мхов или около того. Если поспрашивать местных жителей там, кто-нибудь да расскажет про них, такая банда всегда на виду. У кого-нибудь украдут что-то, кого-то ограбят… Мы будем расспрашивать лесных жителей, и выйдем на след этой банды ласок.

 

Синтия энергично закивала.

 

- Да, да, точно! Мы найдём их!

 

Витч молча наблюдал, как выдра тушит костер, а полёвка помогает собрать их вещи.

 

В душе крысёнка росло глухое раздражение, он предвкушал себе приятную прогулку с Веслохвостом без особой цели, путешествие, а тут пришла эта Синтия, и всё пошло кувырком. Веслохвост тоже хорош, было такое ощущение, что он чуть ли не знает лучше его самого, Витча, что он должен делать и куда идти.

 

- Вы все ненормальные, ясно вам? – наконец, сказал крысёнок. – Вот найдём мы их, и что дальше? Ты что, Синтия, убить его решила? Он раза в три тебя выше и раз в десять сильнее.

 

- Будет нужно – и убью, - мрачно ответила полёвка, чувствуя молчаливую поддержку выдры. Они пошли по тропинке вглубь Леса.

 

Витч стоял, пытаясь воззвать к их здравому смыслу.

 

- Давайте хотя бы переночуем! Я спать хочу!

 

- Нам нужно поскорее уйти от Рэдволла, а то Синтию будут искать, - как бы между прочим бросил Веслохвост.

 

- Да, как можно дальше, - добавила полёвка, и они прибавили ходу.

 

Крысёнок смотрел на их удаляющиеся спины и, выругавшись, бросился догонять.

 

Они пойти бежали всю ночь, при этом Витч ещё должен был заметать следы, как самый опытный в этом деле.

 

Прогулка к выдрам обернулась бессонной ночью и какими-то не очень весёлыми целями.

 

Но Витч, хотя и вслух возмущался и жаловался, почему-то шёл вместе с Веслохвостом и Синтией. Кто знает, что их ждет впереди?

 

Звери дошли до реки, Веслохвост безошибочно учуял её запах. Занимался рассвет, когда крысёнок, выдра и полёвка связывали брёвна под чутким руководством Веслохвоста. Плот получился совсем маленьким, так как совершенно не было времени строить что-то большее, и звери еле уместились на нём, тесно прижавшись друг к другу.

 

Витч и Синтия сразу же провалились в сон, мягко качаясь на небольших волнах, а Веслохвост остался на часах. Да ему и не спалось. Он руководил движением маленького судна, подчиняясь какому-то воспоминанию или, может, инстинкту. Река воодушевила его, сердце пело от радости. У него было ощущение, что он вернулся домой. Хотя  свой дом он совсем не помнил…

Edited by крыска

Share this post


Link to post
Share on other sites

@Фортуната

Ну кто их заставит сидеть на Юге)) Сначала со страху посидят, а потом решат "Была не была" и... =)

Share this post


Link to post
Share on other sites

Эх, вот опять на самом интересном месте!

Буду ждать, куда их заведёт ваша шикарная фантазия, госпожа Хлыст!)

Share this post


Link to post
Share on other sites

УРА!!! И вновь невероятно сильное и эмоциональное произведение!!! Жду продолжения!

Share this post


Link to post
Share on other sites

Большое спасибо!!

 

Глава V

 

Скерл Хвосткинь услышал плеск и осторожно приблизился к реке, прячась в высокой траве на берегу.

 

Он чуть не вскрикнул, увидев  зверей, которые плыли на каком-то подобии плота.

 

Скерл прокусил лапу до крови, зажимая себе рот.

 

Он не мог поверить.

 

На плоту сидела выдра, держа в лапах шест, спала полёвка и…

 

Эта маленькая крыса!

 

Тритон двинулся за плотом, юрко виляя в траве и пряча своё ярко-красное брюшко.

 

Задыхаясь, он остановился и потёр лапами культю на месте хвоста.

 

Скрипнул зубами от боли.

 

Это неправда, что тритоны и ящерицы, теряя хвост, ничего не чувствуют. Это был совсем не пустяк.

 

Скерл испытывал ужасные боли, ему действительно, как будто отрубили одну из конечностей. И теперь ждать, пока вырастет новый хвост… На это могут уйти сезоны и сезоны…

 

И всё это из-за проклятой маленькой крысы!

 

Тритон отпустил обрубок хвоста и побежал за удаляющимся плотом.

 

А ещё самое страшное было в том, что он был абсолютно, совершенно беззащитен!

 

Хвост был его шансом убежать, шансом выжить в этом жестоком и коварном мире. А что будет с ним теперь, если над ним нависнет опасность? Теперь он сразу лишится головы.

 

Скерл застонал от ненависти, выстрелил языком.

 

Эта крыса поплатится за это. Скерл отомстит!

 

О, какие муки он испытывал, сознавая то, с какой лёгкостью эта вонючая тварь обвела его вокруг пальца! Его, который считал себя умным, умным потому, что столько раз избегал плена лиса и его ласок, умным, потому что умел получать выгоду из различных ситуаций!

 

А эта маленькая крыса посмеялась над ним, заманив в страшную ловушку так просто, так безыскусно, так топорно…

 

Почему, ну почему он приблизился к барсуку и мыши-воину? Он ведь чувствовал в этом что-то неладное! Он же должен был догадаться…

 

И каким же идиотом он был, что взял обратно вещи детей, которые чуть было не стоили ему жизни!

 

Эта крыса так легко обманула его, так легко! Даже легче, чем он обманул этих пленников…

 

И эта маленькая крыса за это поплатится. Скерл почти оставил надежду на это, скуля от боли в кустах папоротника, как же он мог отомстить своему обидчику, если этот маленький мерзавец ушёл вместе с барсуком и мышью-воином?

Он был под их защитой, они были его друзьями и он был вне досягаемости мести Скерла…

 

Скерл почти отчаялся.

 

Но вот он тут…

 

И теперь…

 

Но нет, не стоит спешить. «Месть – это блюдо, которое подают холодным», - тритон не знал этого выражения, но его сердце подсказывало ему.

 

Не стоит спешить. Надо выждать момент, подходящий момент.

 

И сполна насладиться своей местью.

 

«Маленькая крыса пожалеет о том, что обманула Скерла. Что причинила ему боль!»

 

Тритон быстро следовал за плотом как невидимая молния рассекая мокрую от росы траву.

Edited by крыска
  • Плюс 2

Share this post


Link to post
Share on other sites

Очень интригует!!! Что задумал тритон? Какую пакость ещё он изобретёт?! Посмотрим...

Share this post


Link to post
Share on other sites

Спасибо, друзья!!!

 

@Фортуната

А мне его жалко было, пока я про него писала. Но Витчулю я таки люблю больше, хаха)

Share this post


Link to post
Share on other sites

пора читать!

 

Глава VI

 

Это непросто – быть маленьким, когда все вокруг большие.

 

- Заткнись, сопляк! – Спиночёс размахивается своей огромной лапой, и Витч инстинктивно вжимает голову в плечи.

Но это не помогает. Это никогда не помогало.

 

Красная вспышка, удар, и вот он уже лежит на полу, во рту противный железный привкус крови.

 

Но плакать нельзя. И просить пощады. Нельзя показывать свою слабость.

 

Приподнявшись на передних лапах он выплёвывает:

 

- Только тронь меня ещё раз, Спиночёс, и ты очень, очень пожалеешь!

 

- Эй, проснись, проснись! Тебе снится кошмар!

 

Когда вся твоя жизнь превратилась в кошмар, какая разница, что тебе снится? Верно, маленький Витч?

 

- Проснись!

 

Кто-то тряс его за плечо, и крысёнок открыл глаза.

 

Солнечные лучи играли на поверхности воды, пробивались сквозь кроны деревьев.

 

Синтия пристально смотрела на него.

 

- Что с тобой? Тебе снился кошмар. Ты плачешь?

 

Витч поспешно отвернулся и вытер морду лапой.

 

- Не говори глупости, полёвка. Я никогда не плачу, не то что ты. Веслохвост спит?

 

- Да, за плотом слежу я. Он показал как.

 

Синтия, заметив, что их брёвна слишком близко приблизились к берегу, оттолкнулась от него палкой.

 

- Ты быстро учишься, - в голосе Витча не было одобрения.

 

- Следующее дежурство – твоё.

 

- Да я уже понял, - крысёнок полез в мешок в поисках завтрака.

 

Он достал сыр и набил им рот.

 

- Ты не шможешь это сделать.

 

- Что?

 

Витч проглотил и сказал отчётливо.

 

- Ты не сможешь это сделать.

 

Синтия поняла, что он говорит о Трёхпалом.

 

- Я смогу, - после паузы произнесла полёвка.

 

- Ты не сможешь. Это не так-то просто. Я знаю.

 

Полёвка отложила шест и посмотрела в глаза крысы. Витч отвернулся.

 

- Почему ты так говоришь? – спросила Синтия.

 

- Потому что я не смог. И поверь мне, я достаточно ненавидел того зверя. Он бил меня каждый день, и единственное, о чём я мечтал  - это то, чтобы он когда-нибудь оказался в моей власти.

 

- И оказался?

 

- Оказался. Мы заметали следы, а он сломал лапу. Мне нужно было только ударить его кинжалом, его собственным. Всего одно движение. А я не смог.

 

- Тебе стало его жаль?

 

- Смеёшься? Я ушёл, оставив его на дороге. Но я не смог это сделать сам.

 

Они помолчали, наблюдая как течение несёт их плот всё дальше и дальше.

 

- Смотри, - Синтия указала на бутылку, которая плыла в воде. – Ну-ка…

 

Прежде, чем Витч что-то успел сказать, полёвка выловила бутылку из воды.

 

- Там, наверное, записка, - заинтересованно проговорила она.

 

- Лучше выброси её, - заволновался крысенок. – У нас и без того куча проблем.

 

- Да, перестань, - отмахнулась Синтия, стараясь выдернуть пробку.

 

- Слышь, Синтия.  Синтия! Я видел движение в кустах, вдруг за нами кто-то следит?

 

Полёвка неохотно оторвалась от своего занятия.

 

Они напряженно вглядывались в проносящийся мимо берег. Ничего.

 

- Тебе показалось, - пожала плечами полёвка. Она вновь взялась за бутылку.

 

- Давай помогу, - крысёнок схватился за дно бутылки и, вдвоём, они успешно выдернули пробку.

  • Плюс 1

Share this post


Link to post
Share on other sites

Могу предположить, что в бутылке какой-то опасный предмет, типа ос. Хотя не понятно как он их туда затолкал))

Share this post


Link to post
Share on other sites

Create an account or sign in to comment

You need to be a member in order to leave a comment

Create an account

Sign up for a new account in our community. It's easy!

Register a new account

Sign in

Already have an account? Sign in here.

Sign In Now

  • Recently Browsing   0 members

    No registered users viewing this page.

  • Similar Content

    • By крыска
      Небольшое предисловие. Собственно. Потерянные дети, найденные родители и потеря памяти обычно занимают 98% фанфиков. И я решила от этого не отставать.
      Итак, просмотр "Маттимео" на двух языках, перечитывание "Похода Матиаса" в оригинале и в двух переводах не могло пройти бесследно для моего мозга и не могло ничем хорошим закончиться. Это закончилось фанфиком. Более того, что фанфиков про Витча чуть более, чем ничего, а если и начинались, то были недописаны.
       
      Идея фанфика так или иначе пришла в голову еще в далеком 2003 (!) году, а сейчас я решила ее развить.
       
      Необходимое и достаточное предположение для фанфика - что рэдволльцы все-таки могли помочь раненому хищнику.
       
      Итак... Наслаждаемся!
       

      Часть I.
       
       

       
      Рисунок Химика
       
      Удар, боль и темнота. Спасительная темнота, в которой не было ни единого чувства… Витч отдыхал в этом небытии, но затем боль вернулась. Сначала она пульсировала еле слышно, но потом нарастала, ширилась, голову как будто распирало изнутри, шум в ушах нарастал как прибой, как гром…
       
      Он пытался забыться, убежать в безопасную темноту и нечувствие, но боль настигала его и в тот момент, когда стала особенно невыносимой…
       
      - О, клыки ада, моя голова!!!
       
      Витч схватился за виски обеими лапами и сел.
       
      - Я бы на твоем месте не стал трогать повязки, - раздался голос. – Ты серьезно ранен.
       
      Крысенок с трудом разлепил зажмуренные веки и осторожно откинулся обратно на какое-то подобие постели, на котором он лежал.
       
      Перед глазами прыгали мушки, все было мутным и нечетким. Витч с трудом различил очертания мышонка, который сидел рядом с ним.
       
      - Где я? – Тихо спросил крысенок. Это извечный вопрос очнувшихся существ, которые сразу не понимали где они, и что с ними случилось.
       
      - Мы сейчас на Великой Южной Гряде. Уже прошли Ущелье и Лес Крашеных.
      Витч несколько раз моргнул. Он не понял ни единого слова. Эти названия мест ему ничего не говорили.
       
      - Мы возвращаемся в Рэдволл, - добавил мышонок.
       
      Он как-то странно смотрел на Витча, и крысенок тоже забеспокоился.
       
      В голове не было ни единой мысли. Ничего. Только шум и пульсирующая боль.
       
      - Я хочу пить.
       
      Мышонок все также странно смотрел, как будто колебался или хотел что-то сказать. Но потом, решившись, встал и отошел.
       
      Крысенок осторожно повернул голову, пытаясь осмотреться. 
       
      Вокруг был лагерь – стояли палатки и горели костры. Около костров сидели мыши, выдры, белки, какие-то странные маленькие мыши с длинными мордочками и яркими повязками на головах. Вдалеке стоял огромный барсук.
       
      «Мы возвращаемся в Рэдволл» - сказал тот мышонок. Проклятие, почему это ему ничего не говорит?
       
      Витч попытался вспомнить, что с ним произошло, и вот тут он испугался.
      Он внезапно понял, что не помнит ничего.
       
      Вообще ничего.
       
      В голове не было ни одного, даже самого маленького воспоминания.
      Только чернота и пульсирующая боль.
       
      - Вот, - вернулся мышонок и протянул миску с водой.
       
      - Спасибо, приятель, - машинально поблагодарил крысенок.
       
      Удивление опять промелькнуло в глазах мышонка, но Витч отмахнулся от этого. Одним глотком осушив всю миску, он протянул ее обратно.
       
      Стало лучше, оказывается, его сильно мучила жажда. Удивительно, как становится все равно на любое чувство, когда так ужасно болит голова!
       
      Крысенок откинулся назад, опять теряя сознание. Последнее, что он спросил, было:
       
      - А как тебя зовут, приятель?
       
       

      Часть II
       
       
      Теперь в темноте была боль, но приглушенная. Но она таилась за углом, пряталась, чтобы опять напасть и вгрызться в голову своими острыми зубами.
      Витч убегал от нее, прятался, но она опять настигала.
       
      Ему казалось, что его куда-то несут, его тело мягко покачивалось. Какое-то забытое ощущение из далекого детства, будто его качали в колыбели. Но ведь этого не могло быть?
       
      Больше в этом забытьи не было ничего, потому что для образов сна нужны воспоминания.
       
      А их не было.
       
      … Боль вцепилась в голову мертвой хваткой, Витч застонал и поднял лапы к голове.
       
      - Постарайся не двигаться, - раздался строгий голос, и крысенок открыл глаза. 
       
      – Надо сменить бинты.
       
      Взрослый мышь протянул лапы к его голове, и Витч взмолился:
       
      - О, нет-нет, не трогайте! Голова ужасно болит, я просто умираю!
       
      - Придется это сделать, иначе будет хуже, - ответил мышь, накладывая повязки. Витч стиснул зубы, стараясь подавить крик. – Тебе повезло, что ты выжил после такого удара, пусть даже он и пришелся вскользь.
       
      - После какого удара? – Прошептал крысенок, откидываясь назад, когда пытка перевязкой закончилась.
       
      Мышь помолчал. Он явно был обескуражен.
       
      - Ты что, не помнишь? – Наконец, спросил он.
       
      Витч тоже молчал, пытаясь вспомнить. Но в голове не было ничего. Пусто. Только темнота и какие-то всполохи света.
       
      - Нет… Не помню. Я что, упал?
       
      Мышь молчал. Потом он пробормотал что-то вроде «Конечно, такой удар не мог остаться бесследным… Но, может быть, так ему будет лучше…»
       
      - Лучше не думай об этом, - наконец, ответил мышь. – Я тебе принесу поесть. Тебе сейчас важно просто поправиться, а вспоминать будешь потом.
       
      Он удалился, а Витч стиснул виски лапами. Значит, он не упал. А что с ним произошло, что?!
       
      Почему эти мыши ему помогают? Значит, они его друзья? Но почему они так странно смотрят на него?
       
      И… Самое главное…
       
      Клыки ада, кто он?! Как его зовут?!!!
       
      Витч вытянул лапы. Лапы, как лапы. Затем вытянул хвост из-под себя.
      Хвост был как у мыши или как у крысы. Кто же он – крыса или мышь?
       
      Вернулся тот взрослый мышь. Он принес овощного супа и какой-то настой.
       
      - Выпей потом это – травы уменьшат головную боль, и ты сможешь заснуть.
       
      - Хорошо бы. Спасибо.
       
      Мышь отошел, прежде, чем Витч смог его о чем-то спросить. Было какое-то непонятное чувство, что, при том, что они были добры к нему, они как будто делали это через силу, будто заставляя себя. 
       
      Мышь оставил еду – и ушел. Если бы он был близким ему или другом, он бы остался, подождал, пока раненый поест. Это было бы понятно.
       
      Или тот мышонок – он так удивился, когда услышал «приятель».
       
      Витч с трудом съел суп – голова начинала болеть все сильнее. 
       
      - Надеюсь, этот отвар мне поможет, - простонал он.
       
      Может быть, эти мыши так расстроены, что он их не помнит, что не знают, как им себя с ним вести? Ведь он должен их знать, раз они его знают. Насколько хорошо они знают друг друга?
       
      И, проклятие, что же с ним случилось? Это был несчастный случай?
       
      Или нет?!!!
       
      Настой начал действовать, Витча стало клонить в сон. Боль в голове притупилась так, что он почти смог ее не замечать. Закрывая глаза, он опять провалился в темноту.
       

      Часть III
       
       
      … Когда он снова очнулся, было просто прекрасный день. Пели птицы, потрескивали костры, на которых что-то шкварчало. Маленькие мыши с красными повязками переругивались, но это было как-то не всерьез.
       
      Мышонок о чем-то разговаривал с какой-то мышкой, они смеялись.
       
      Его как будто не замечали.
       
      Это было такое знакомое чувство, когда ты вроде бы рядом с другими, но на тебя не обращают внимание. Качество, полезное в шпионаже.
       
      Шпионаже?
       
      «Продолжай шпионить! Ты вернешься в Рэдволл!» - раздался в голове громоподобный голос, страшный голос зверя, который скрежетал так, словно ему кто-то когда-то жестоко сдавил горло.
       
      Витч резко сел на постели и схватился за голову.
       
      Что это? Чей это голос?
       
      Но потом опять была пустота. Ни единой мысли, ни единого воспоминания.
      Боль в голове была не такой сильной, как раньше, и крысенок попытался встать.
       
      Голова кружилась, но в целом, он чувствовал себя лучше. По крайней мере, он не может больше лежать и погружаться в пустоту своего разума.
       
      Наверное, он покачнулся и упал, потому что мыши подбежали к нему.
      Тот мышонок помог ему подняться.
       
      - Ты не должен вставать! – воскликнул он.
       
      Крысенок сел на землю и обхватил голову лапами.
       
      - Я чувствую себя хорошо, - сказал он. – Я не могу постоянно лежать, это сводит меня с ума.
       
      Мыши молчали и испуганно смотрели на него.
       
      - Вы ведь знаете меня, да? – Спросил крысенок. – Расскажите мне… обо мне. Звучит по-идиотски, но я действительно…не помню.
       
      - Ты ничего не помнишь? – Переспросил мышонок. Мышка отвела взгляд и перетаптывалась с лапы на лапу.
       
      Витч вытянул лапы вперед и стал рассматривать их. 
       
      - Я ничего не помню… - Прошептал он, больше обращаясь к себе, чем к мышам. – Я не помню, что произошло… Не помню вас, хотя, видимо, должен знать. Но хуже всего то, что я не помню…
       
      Он поднял глаза и опять схватился за голову.
       
      - Я не помню, кто я! Как меня зовут!
       
      - Тебя зовут Витч.
       
      Это ответил мышонок.
       
      - Витч… - Повторил крысенок. – А я мышь или крыса?
       
      - Крыса.
       
      - Витч…. – Он помотал головой. - Странно, я думал, что когда услышу свое имя, будет что-то вроде: «О да, точно, меня так зовут!», и я все вспомню. Но ничего этого нет.
       
      Он закрыл морду лапами.
       
      - Просто еще мало времени прошло, и ты еще не поправился, - сказала мышка. По-видимому, ей стало его жаль. – Ты все вспомнишь…
       
      - Но ведь вы знаете обо мне еще что-то? – Сказал крысенок и, встав, схватил мышонка за лапу. – Расскажите мне то, что знаете!
       
      Маттимео испытывал смешанные чувства. Он ненавидел Витча, хотел ему отомстить за все. За его насмешки, тычки, помощь Слэгару, за неприкрытое злорадство… Когда он увидел своего врага закованного в кандалы, он хотел оказаться рядом с ним, чтобы проучить…
       
      Но одно дело – желать мести своему мучителю, а другое – видеть его в луже крови, видеть, как страшное оружие работорговца уничтожает живую плоть… Это совсем другое, кто бы что не говорил.
       
      Маттимео очень изменился и теперь, потеряв друзей, почти потеряв надежду увидеть родителей, Рэдволл… Он стал больше ценить жизнь. Любую жизнь, каждую жизнь.
       
      Поэтому он не стал говорить Витчу, что он бывший погонщик рабов, шпион и негодяй, который за это поплатился. И что они помогли ему, просто потому что не могли иначе.
       
      Потому что, если он это узнает – он уйдет.
       
      А если он уйдет – то не выживет в одиночку.
       
      Маттимео это отлично понимал.
       
      - Меня зовут Маттимео, а ее – Тесс. – Сказал мышонок. – Произошло много грустных событий, поэтому мы не хотим об этом говорить. Коротко говоря, лис Слэгар Беспощадный захватил нас в плен и увел далеко от дома. Но наши родители настигли его, и спасли нас. А заодно и наших новых друзей – бывших рабов. А сейчас мы возвращаемся домой.
       
      - В Рэдволл? – Спросил Витч.
       
      Маттимео поднял брови.
       
      - Ты сказал: «Мы возвращаемся в Рэдволл», когда я впервые очнулся.
       
      - А, ну да. 
       
      Крысенок обдумывал информацию, которой так щедро поделился Маттимео. Слэгар Беспощадный… Рабы…
       
      А какое было его участие в этой истории? Что с ним было, и что стало?
       
      Но почему-то Витч почувствовал, что мышонок больше ничего не скажет. Он явно знал больше, чем сказал. Только вот почему?
       
      Ясно было одно – его родителей не было среди этих зверей. Среди них не было крыс.
       
      А это значит, что он – чужой среди них. Не такой, как все.
       
      Вокруг были мыши, белки, два барсука, эти маленькие мыши с повязками – Витч слышал, что их называют «землеройками», выдры. Ни одного хищника. 
       
      Кроме него.
       

      Часть IV
       
       
      Крысенок встал.
       
      - Я могу принести сучьев для костра. Я хочу что-то делать.
       
      - Не думаю, что это хорошая идея, - сказал мышонок. – Ты даже встал с трудом, а если уйти от лагеря…
       
      - Я справлюсь. – Витч осторожно дотронулся до забинтованной головы. – Я не могу постоянно лежать, - повторил он.
       
      Ему почему-то хотелось отойти от всех. Побыть одному. Мыши не стали его останавливать.
       
      - Не ходи далеко! – Крикнула ему в догонку Тесс. – Приноси их к во-о-он тому костру, землеройки будут делать завтрак. А потом мы отправимся в путь.
       
      - Хорошо.
       
      Крысенок углубился в небольшую рощицу около поляны, на которой расположился лагерь. Издалека были слышны смех и шутки. Но он почему-то чувствовал все нарастающую тревогу.
       
      Собирая небольшие ветки привычными движениями – значит, его часто отправляли на такие мелкие поручения – Витч наткнулся на небольшой ручеек.
       
      Он попил воды и смочил водой виски и затылок. Голова стала болеть меньше.
      Рабы… Слэгар Беспощадный… Ну и прозвище!
       
      А этот Маттимео его чем-то раздражал. Витч чувствовал какую-то неприязнь к этому мышонку, хотя и не мог понять, почему.
       
      Около ручья вода сделала ответвление и образовала небольшую лужицу. Крысенок наклонился, пристально разглядывая свое отражение.
       
      Это – он. Острая мордочка крысы, небольшие уши и голова, обвязанная бинтами с красно-коричневыми пятнами крови. 
       
      Витч всматривался. Нет, он не помнит. Не помнит даже себя!
       
      Вздохнув, крысенок поднял сучья и двинулся к лагерю.
       
      Около костра сидела юная полевка. «С ней можно поговорить, - подумал Витч. – Мышки обычно более разговорчивы. Если бы эта Тесс была одна, то она бы все мне рассказала.»
       
      Интересно, откуда у него эти мысли? Про то, кто больше разговорчив? Это ведь тоже очень помогает…
       
      В шпионаже… Шпионаже!
       
      Крысенок подошел к костру и бросил ветки рядом. Он попытался добродушно улыбнуться, хотя выглядел как настоящий ночной кошмар с осунувшейся от болезни мордой и кровавыми повязками на голове.
       
      - Привет! – Витч старался говорить вежливо и жизнерадостно. – Вот, принес сучьев для костра.
       
      Полевка испуганно взглянула на него и отодвинулась. 
       
      - Тебя как зовут? – Спросил крысенок.
       
      Она удивленно моргнула и ответила, спустя довольно продолжительное время:
       
      - Ты же знаешь, как меня зовут.
       
      Витч приложил лапу к голове и попытался улыбнуться:
       
      - Да… Наверное. Но я все забыл. Все-все. Ты ведь поможешь мне вспомнить, правда?
       
      Она молчала, ее взгляд был таким же странным, как и у Маттимео.
       
      - Хотела бы и я все забыть, - наконец, произнесла мышка. В ее голосе звучала печаль и гнев.
       
      - Что забыть? – Спросил крысенок.
       
      - Что моя мать мертва! – Она встала. – Что я вернусь в Рэдволл, а ее больше нет!
       
      - Мне очень жаль… - Машинально произнес Витч фразу, которой обычно встречают такие признания.
       
      Глаза полевки округлились, у нее задрожали губы. Она сжала лапы в кулаки.
       
      - Тебе… не может быть…жаль! – Воскликнула она и убежала.
       
      Крысенок удивленно посмотрел ей вслед. Ему не может быть жаль? Почему?
       
      Он все думал об этом, пока ел нехитрый завтрак и пока ему меняли бинты.
       
      Потом, несмотря на его протесты, взрослый мышь –он сказал, что его зовут Матиас, отец Маттимео, заставил его лечь на носилки.
       
      Две землеройки подняли его, и все двинулись в путь.
       
      Витч мягко покачивался на своем ложе.
       
      Сложив лапы на груди, он смотрел на небо.
       
      Небо, голубое и ясное, с белыми облаками… Оно качалось в такт носилкам.
       
      Качалось, качалось, а еще, бывает и такое, что, небо опрокидывается на тебя миллионами осколков, рвется на части и невыносимо звенит в ушах.
      А потом наступает темнота.
       
      Крысенок опять потерял сознание.

       



      Часть V
       
       
      Теперь, во время забытья, ему снился сон.
       
      Вернее, кошмар.
       
      Он бежал из какого-то темного места, а под лапами все рушилось. Сверху падали камни, блоки, слышны были крики тех, кто падал в бездонную пропасть. Он бежал и бежал.
       
      Падал, оскальзываясь, вставал, и бежал снова. Сердце колотилось где-то в горле, дыхания не хватало. И вот, впереди свет… Дневной свет, яркий, слепящий глаза, такой белый, как раскаленный огонь в середине костра.
       
      Задыхаясь, он двигался туда, к свободе.
       
      Внезапно, мир раскололся, свет выжигал разум. В ушах зазвучал пронзительный крик:
       
      - Нет-нет, пожалуйста! Я ничего не сказал им, и не собирался с ними идти! Они поймали меня!
       
      Нет-нет, пожалуйста!
       
      Пожалуйста!!!
       
      Витч стиснул голову лапами, вскакивая с постели.
       
      Этот крик так и звучал у него в ушах.
       
      Я ничего не сказал им, и не собирался с ними идти! Они поймали меня!
       
      Он встал, вытирая дрожащими лапами морду – по ней струился холодный пот.
       
      Крысенок огляделся – была ночь, и лагерь спал. Горели костры, около которых сидели часовые.
       
      Витч не мог дальше спать – он боялся повторения этого кошмара.
       
      Или воспоминания?
       
      Еще раз вытерев морду, крысенок пошел от лагеря, ему хотелось пройтись.
      Обдумать то, что вспомнил.
       
      Его поймали, это точно. Мыши – не друзья. 
       
      И Маттимео – не приятель.
       
      Но кого он умолял – так отчаянно?
       
      Крысенок сделал еще несколько шагов, как его остановил оклик:
       
      - Стой! Ты куда?
       
      Из темноты выступил он – Маттимео.
       
      Витч молча смотрел на него.
       
      - Ты куда? – Повторил мышонок.
       
      - Никуда. Мне не спится, и я хотел пройтись, - нехотя, ответил крысенок.
       
      Они помолчали.
       
      - Ты что, следишь за мной? – Вдруг спросил Витч. 
       
      - Нет, что ты… - Замялся Маттимео, но им обоим было ясно.
       
      Это была неправда. 
       
      - Почему ты следишь за мной? – Настаивал крысенок. – Что будет, если я не подчинюсь? Если буду ходить, где мне вздумается? Я ведь не могу от вас уйти просто так, не так ли?
       
      «Они поймали меня!» - пронеслось в голове.
       
      - Перестань, - возразил мышонок. – Любой может уйти, но никому не выжить в этих местах в одиночку.
       
      - Значит, ты шпионишь за мной ради моего же собственного блага? – В голосе Витча звучало все больше раздражения.
       
      - Шпионю?! – Маттимео задохнулся от возмущения. – Уж не тебе об этом говорить, Витч!
       
      Он понял, что проговорился, потому что крысеныш схватился за голову.
       
      - Шпионить.. Шпион… Продолжай шпионить… - Забормотал он.
       
      Мышонок взял его за лапу и отвел к носилкам.
       
      - Делай что хочешь, крыса, - проговорил он. – Можешь уходить, никто не тебя не держит. Но на твоем бы месте, я бы спал.
       
      Витч сел на своей постели, не обращая внимания на Маттимео.
       
      Его слова разбудили какие-то отголоски памяти, и он старался их не потерять.
       
      Шпионаж – было основное слово, такое знакомое…
       
      Наверное, он был как-то связан со слежкой. Или сам был шпионом. 
       
      Он скоро вспомнит. Все вспомнит…
    • By крыска
      вот отрывки которые я хочу обсудить, выделю жирным.
      Короче как мы помним, Витча не приняли в ряды крыс малькарриса а заковали вместе с рабами.
      Далее..
      когда новых рабов выводили строиться перед статуей был такой эпизод
      "Стоя со склоненной головой и скосив взгляд, Маттимео увидал Витча, стоящего в веренице с другими рабами. Его держали две крысы. Мышонок тихонько толкнул Тэсс локтем:

      - Смотри, кто здесь, - наш маленький погонщик, которого "наградили" за его службу. Надеюсь, меня закуют рядом с ним на какое-то время. "
      Тоесть Маттимео хотел отомстить. Но читаем дальше.

      "Лестница сильно тряслась. Джесс напряженно вглядывалась в темноту.

      - Там кто-то идет. Посторонись, Сэм!

      Из темноты стремглав, как будто черти кусали его за хвост, выбежал маленький Витч.

      - Йаах! Моя темница вся зашаталась, и дверь выпала! Помогите!

      Маттимео схватил его за загривок:

      - Мой отец, Орландо, ты видел их?

      - Нет, нет, я только бежал. Там, внизу, все рушится! Разве вы не слышите? "
      Здесь Витч среди рэдволльцев и никто его не трогает.
      Далее вылезли Матиас и Орландо.

      "Матиас поглядел на края образовавшейся впадины, на дне которой они оказались. Деревья бывшей рощи торчали из ее склонов под самыми различными углами, черная и коричневая земля виднелась сквозь трещины, прорезавшие травяной покров. Он устало положил меч на плечо и крикнул своим спутникам:

      - За мной, в Рэдволл!

      Они уже были на полпути к вершине склона, когда Витч вдруг бросился бежать. Он стремительно скатился с откоса, пересек впадину и начал взбираться на противоположный склон.

      Маттимео хотел догнать его, но отец удержал:

      - Пусть его бежит, сын. Ему нет места среди честных лесных жителей.
      Они постояли минуту, наблюдая, как маленькая крыса перелезает через большой валун, наполовину торчавший из земли. Внезапно Витч вскрикнул и полез обратно на камень. Подняв умоляюще лапы, он завопил:

      - Нет, нет, пожалуйста. Я ничего не сказал им и не собирался с ними идти. Они поймали меня!
      Из-за холма в поле зрения появилась шелковая маска и плащ. Затем раздался свист и в воздух взвились металлические шары.

      Витч испустил дух без единого звука.

      - Слэгар! "
      Означает ли это то, что Маттимео хотел удержать Витча с рэдволльцами? Что было бы, если бы он не бросился бежать? И почему он стал убегать?
    • By крыска
      объясните плизз-ваши мнения. Колбасит( Вот Маттимео на днях пересматривала-ну непонятно!
      Ваши идеи этого события.
      Вот смотрите какая ситуация. Витч бросился бежать от рэдволльцев. Слэг это увидел. Витч крикнул "Они поймали меня, я не собиралдся с ними идти", а Слэг его убил. Непонятны мотивы этого действия. Он своих членов банды убивал ради того чтобы они не рассказали ничего и набирал новых. Но чем мог помешать Витч? Витч был уже Слэгу никак не нужен и уж никоим образом не опасен-битва закончилась и надо было уходить. Тем более-Слэг видел рэдволльцев, а оружие Слэга-одноразовое-надо было швырнуть и подобрать. Почему не соххранить это оружие для того же Орландо или Матиаса? Этим поступком Слэг косвенно поставил себя на путь к гибели-он остался без оружия, выдал себя из укрытия и ему пришлось бежать. Не видно в то же время чтобы Слэг убил Витча в состоянии ярости или психоза-Витч слишком мелок для этого.
      Так почему????
      глава 52 если кто забыл
      http://www.litportal.ru/genre6/author2156/.../book10776.html
×