Таблица лидеров

В другой теме обещал дополнить "азбучный" перевод этой книги вырезанными стихами и сценами из оригинала, так что получайте! Стихи переводил напололам с нейронкой. Может, какие-то строчки и упустил, но львиная доля пропущенного содержания точно переведена (в файле она подсвечена желтым). Самые эффектные пропущенные сцены - когда Ромска заступается за Фиалку на борту "Флибустьера", и когда Грат рассказывает Инбару свою историю. Шуточная баллада Хвата и в самом деле забавна. Пиратская баллада в начале тоже предстявляет собой интерес для лора - очевидно, даже среди морского верминского зверья историческая память об Ублазе не самая лучшая... Ссылка на Google Docs, которую могут открыть даже незарегистрированные пользователи (лучше, чем прикрепленный файл, из Google Docs его тоже можно скачать): https://docs.google.com/document/d/1Ri43Vj-nFHaJ7DI2WxASZiXqjwFX5S8m/edit?usp=sharing&ouid=103463978849902644285&rtpof=true&sd=true

Итак, наконец настало время поговорить об "Изгнаннике". Один из знаковых героев Второй Эпохи, барсук Солнечный Блик на самом деле родился еще во времена Первой. Год его рождения совпал с воцарением Вердоги в СЦМ, а затем некоторое время спустя, после первого восстания и смерти отца, юный барсук ушел из Барсучьего Дома мстить диким котам. Вероятно где-то в лесу Цветущих Мхов его путь пересекся с таким же молодым хорьком Свартом Шестикогтем. Сварт был родом из лагеря Криволапа на северо-востоке и на юг подался в поисках лучшей жизни. Можно сказать что Блик был одним из его первых приобретений на этом пути. По крайне мере так написано в книге. И вот здесь мы сталкиваемся с поднявшейся в полный рост проблемой - выстраивать хронологию дальше нам мешает отсутствие точных дат и хотя бы базовой информации и продолжительности жизни видов в Рэдволле. Начало "Изгнанника" утверждает, что и Сварт и Блик были еще молоды, когда барсук освободился, а хорек получил по шестипалой лапе дубиной. Но что заначит понятие "молоды" для двух настолько разных зверей? В книге сказано, что они были ровесниками, стало быть их встреча не могла произойти слишком рано. Но и период который Блик проводит в рабстве у Сварта слишком продолжительный. В него входят: 1) НН лет правления Вердоги, в СЦМ до и после восстания. 2) Условно 5 лет жизни Мартина (от рождения на северо-западном берегу до закладки первого камня аббатства). 3) Минимум 25 лет постройки Рэдволла, как максимум - лет 30-40. 4) НН лет после постройки аббатства, как минимум 1 мышиное поколение - а это может быть период, от 50-70 лет в среднем. Понимает в чем соль? Почти целый век истории - жизнь одного Блика Булавы, от рождения, до освобождения. И если для барсука 100 лет - уже не молодость, но уверенная зрелость, причем ближе к старости, то вот хорек... мог бы дожить до 100 лет в теории, но в таком возрасте он должен уже быть дряхлой развалиной. А Сварт как-то подобного впечатления не производит. (как и впечатления зеленого юнца. Из его поведения складывается впечатление, что перед нами матерый хорь, не первой юности, уже кое-что повидавший в этой жизни.) И вдогонку следующий вопрос - сколько же тогда лет прожил Криволап, который значительно старше Сварта? Что ж, попробуем решить эту задачу. Для начала установим три ключевые константы: 1) Блик родился в год, когда в СЦМ пришел Вердога и его армия. 2) Он пропал, после разгрома восстания Бурополоса. 3) Он сбежал от Сварта во времена когда Рэдволл уже был построен и в нем успело смениться одно поколение жителей. Это данные, которые мы не можем изменить, поскольку так написано в книгах. Однако книга утверждает, что в момент побега, Блик был юн, а это физически невозможно. А раз это невозможно - нам следует пересмотреть его возраст и историю жизни. Вот как это могло бы выглядеть (это чисто субъективная предыстория не претендующая на каноничность): Солнечный Блик действительно мог быть юн, когда ушел из дома и пропал. Он действительно мог попасть в плен к хищникам в лесу Цветущих Мхов, поскольку Вердога объявил о своей политике защиты СЦМ от бандитов, только после подавления восстания и вряд ли успел бы полностью зачистить окрестности Котира. Но пленил Блика, скорее всего не Сварт, а другой вождь/предводитель/атаман. И после этого, на долгие-долгие годы, наш барсук оказался в том положении, в котором мы его встречаем на начало книги - связанным, в наморднике, исполняющим злую волю хищника-хозяина. А хозяев у него могло быть несколько, прежде чем он наконец попал к Сварту (на тот момент уже зрелому и видавшему виды хорьку) - золотая полоса на голове делала его уникальным, а значит ценным зверем для обмена и торговли. О том как хищникам удавалось столько времени удерживать его в плену и в повиновении разговор отдельный. Веревки, ремни, намордник - это конечно хорошо, но не слишком надежно: перетерлась кожа, разболталась пряжка, какой-то дурак из банды недозатянул как надо узел и все, полосатый монстр порвет вас на куски голыми лапами. Морить голодом, избивать тоже не вариант - при таком обращении от барсука не будет никакого толку, а я сомневаюсь, что хищники держали его у себя только для красоты. И как быть с Кровавым Гневом, когда барсучья сила утраивается от ярости и он престает чувствовать страх и боль? Ремни там или нет, в таком состоянии он их порвет как ниточки... И я подозреваю, что решение этих проблем могли найти хищные знатоки трав и алхимии. Напомню что в западной части СЦМ за Мшистой рекой обитали Сальнорылы, чья специализация основана на дурманящих травах и смесях. Владельцы Блика или могли обращаться к ним за снадобьем или изготовить свое, если у них в банде были лисицы-знахарки. Так что большую часть времени одурманенный барсук, мог быть безобидным и покорным, не вполне осознавая где он и что с ним происходит. В пользу этой теории говорит почти что полная амнезия у Блика: он смутно помнит имя матери, деда, воспоминания о доме как в тумане, а собственное имя он не помнит вообще. + огромный провал в воспоминаниях от детства в Барсучьем Доме, до плена у Шестикогтя. Вот его, как раз - Блик очень хорошо запомнил. Было ли дело в том, что прежний владелец не предупредил Сварта о том что барсука нужно держать на дурманящих настойках, или Шестикоготь сам решил мол: "- Ладно, и так сойдет...", но к моменту встречи со Скарлетом Блик уже отдает себе отчет в том кто он и что с ним происходит. И на момент основных событий книги мы имеем физически зрелого зверя, но с покореженной личностью и психикой. Юная непосредственность и некоторая наивность Блика в начале - могут быть связаны как раз с тем, что он долгие годы находился под действием зелий и фактически не проживал этот период своей жизни застряв в юношеско-подростковом возрасте. Его приступы Кровавого Гнева - так же следствие подавления его барсучьей природы. Но когда искусственный ограничитель исчез, Блик остался с осознанием того, что просто не умеет контролировать свою ярость и ему приходится учиться этому на протяжении всего сюжета. А сюжет разворачивается в рамках приблизительно 3-х лет. Следите за лапами: 1) Блик сбегает от Сварта зимой и вплоть до лета хорек преследует его теряя зверей от партизанской деятельности которую развели барсук и сокол. 2) Понимая что таким образом с Бликом ничего не сделать - Сварт отправляется к Криволапу за подмогой и добирается туда к осени. Пара дней уходит на то чтобы стать предводителем и выступить с походом во главе хищной орды. Блик тем временем спасает семейство кротов и ежей и остается у них жить. 3) Проходит год. Сменяют друг друга осень, зима и весна, наступает лето. Блик огородничает, Сварт водит орду по северным пустошам. В пределах пары недель Шестикоготь умудряется поцапаться с Вороньим Братством, присоединить к орде банду лисов, и избавиться от Густомеха. Блик в свою очередь отправляется в дальнейший путь на зов горы. В последний день осени - он добирается до Саламандастрона. 4) Наступает Зима и внезапно оказывается что это зима 1812-го. Блик обживается в горе, Сварт и его войско пережидают зиму уже где-то в СЦМ. Этой же зимой рождается Покров. По весне Сварт снимается со стоянки в сторону Рэдволла, но закономерно получает там люлей. Его трехмесячный сын оказывается на воспитании у лесных жителей. 5) Проходит весна, наступает начало лета, и Сварт уже подступает к Саламандастрону - стало быть весь путь у него занял приблизительно 3 месяца. За это это время он успел повоевать с жабами в окрестностях горы (где погибли все самки и детеныши) и встретить на побережье капитана Зигу. В Рэдволле потихоньку подрастает Покров - ему уже примерно полгода или чуть больше. 6) Ну а в конце лета наступает развязка для Сварта, Блика и Покрова (он умер совсем молодым, в возрасте 9 месяцев или около того). Ну а осенью Блик добирается до Рэдволла и встречается с матерью. После всех этих событий Блик живет с Беллой в Рэдволле и возвращается в Саламандастрон после ее смерти. Бриони становится аббатисой. И с этого момента в истории мира, возникает внушительный пробел, потому что ко временам Мэриел все известные нам по "Изгнаннику" герои уйдут в Темный Лес и память о них сохранится лишь в преданиях Саламандастрона и летописях Рэдволла. Вторая Эпоха полностью вступает в свои права, но о следующих страницах этой хроники, мы поговорим уже в другой раз.

Интересная тема. На мой взгляд чтобы собрать полную картину мира следует сперва определиться с хронологией, поскольку события книг зачастую разделены между собой целыми поколениями зверей. Но если мы рассмотрим книжная серию в целом то она идеально разбивается на следующие эпохи: 1) До Рэдволлькая (Последняя Битва, Легенда о Льюке (вторая книга), Мартин Воитель, Война с Котиром) - это Первая Эпоха, которая в дальнейшем ляжет в основу мифологии Страны Цветущих Мхов, время становления великих героев древности и их боевой славы. 2) Ранне-рэдволльская (Легенда о Льюке (перва и третья книги), Изгнанник, Мэриел из Рэдволла, Колокол Джозефа, Саламандастрон) - это Вторая Эпоха, время становления аббатства Рэдволл в качестве центра силы в Стране Цветущих Мхов. Это время когда подвиги совершают прямые потомки и преемники героев Первой Эпохи. 3) Средне-рэдвольская (Воин Рэдволла, Поход Матиаса, Жемчуг Лутры, Дозорный Отряд) - это Третья Эпоха, время когда события Первой и Второй Эпох стали глубокой древностью, а реальные звери и их подвиги превратились в легенды. Это время становления нового поколения героев, которое ищет ответы на насущные проблемы в древних сказаниях и загадках. 4) Поздне-рэдвольская (Белые лисы, Талисман из Рэдволла, Трисс Воительница, Меч Мартина) - Четвертая Эпоха, время когда память о событиях прошлого начинает изглаживаться. Легенды сводятся к единичным упоминаниям, исторические события искажаются, либо и вовсе теряются за древностью лет. 5) Ново-рэдволльское время (от Клятвы Воина, до Морских бродяг) - последняя Пятая Эпоха - это время когда герои практически не ищут ответов в далеком прошлом. Они находят решения здесь и сейчас не опираясь на опыт предков. Таким образом, для того что собрать в общую картину и мифологию мира, нам следует обратиться к "Последней Битве" - хронологически первой книге серии. Она примечательна тем, что дает нам изначальный расклад сил в мире, затрагивает практически все основные народы, населяющие СЦМ и определяет их место в мире - другими словами, закладывает ЛОРную базу, для всех последующих книг цикла. Итак, давайте отдалим карту и взглянем на мир с высоты птичьего полета. Первое что бросается нам в глаза - это Саламандастрон, негласный центр силы всего края: гора стоит на берегу океана и является резиденцией барсучьих лордов, чья сфера влияния охватывает побережье и прилегающие земли. В то же время их вассалы-зайцы не привязаны к горе, за исключением старой гвардии - тех кого с текущем лордом связывает личная дружба и долгие сезоны службы. Каменная Лапа и его гарнизон в начале книги образцовый тому пример. Примечательно, что зайцы как народ, жаждут подвигов и воинской славы, а потому в мирные времена склонны пускаться на поиски приключений. Здесь так же стоит отметить, что заячий народ не однороден: в книге он представлен двумя отдельными ветвями которые большую часть времени не пересекаются - это зайцы Страны Цветущих Мхов, так или иначе связанные с Саламандастроном и барсуками, и зайцы Северных Гор, локации к северу от Саламандастрона, локации настолько удаленной, что король Бахвал - единственный представитель этого племени, который добрался до СЦМ после того, как его родина была разорена Синими Ордами. Остальные народы СЦМ представлены как правило независимыми кланами и племенами со своими вождями: Землеройки Гуосим - союз/военный орден землероек. Их вождя называют «Лог-а-Лог» — это титул, передаваемый по заслугам. Ежи под предводительством барона Драко (Баронство — наследуемый титул, но при этом фактическая власть находится в лапах у жены Драко Мирклворт). Живут большими семейными кланами, кочуют. Белки Юкки Пращи, позже Руро. Живут племенами во главе с вождём. Племя состоит из воинов, охотников и старейшин. Кроты Рогга Длинной Ложки. Живут большими родственными группами с патриархальным укладом. Глава — обычно отец семейства. Выдры Брогало морской подвид, живут у побережья к югу от Саламандастрона. До вторжения Синих Орд имели собственные корабли. Таким образом с цивилизационной точки зрения, Лес Цветущих Мхов и его население представляют собой архаичное, но устойчивое аграрно-ремесленное общество с сильной племенной структурой. У них нет государства в современном смысле, но есть союз свободных общин, связанных общими ценностями: честью, гостеприимством, уважением к старшим и верностью слову. Технологический уровень соответствует европейскому раннему Средневековью. Экономика базируется на эксплуатации природных ресурсов без чрезмерного насилия над природой. Главное достижение этой цивилизации — способность объединяться перед лицом смертельной опасности, несмотря на отсутствие формального политического единства. О хищниках в СЦМ стоит поговорить отдельно, так как с самого начала необходимо разделить их на две категории - местных и пришлых. Из текста книги следует, что коренное население Леса Цветущих Мхов (представленное ласками и горностаями) живут грабежом и недалеко ушли за рамки примитивных разбойничьих шаек. Дриг Ненасытная Пасть и его выводок — типичный пример. Их «профессия» — воровство, ложь, грабёж, убийство. Они нападают на одинокую зайчиху Дотти, пытаясь отобрать у неё мешок. У них нет иерархии за рамками семейной стаи («выводок»), нет разделения труда, нет стратегии. Они действуют по принципу «увидел — отнял». Их оружие примитивно, нет униформы, нет организованного командования. В тексте они даже не упоминаются как часть какой-либо более крупной силы. Это децентрализованная преступность, а не политическая структура. Такие хищники — внутренняя угроза для Леса Цветущих Мхов, но они не способны к масштабным завоеваниям. Их цивилизационный уровень можно сравнить с родоплеменным разбоем, без признаков государственности. И совсем другое дело Унгатт Транн и его армия - их уровень организации, явно говорит о наличии в мире Рэдволла могущественного хищного государства, практикующего рабовладельческий, либо феодальный строй. По тексту сложно провести строгую грань, но можно выделить некоторые характерные черты: Рабовладельческие элементы: Пленённые зайцы становятся рабской силой (их используют как трудовые ресурсы, угрожают казнью). У пленных нет никаких прав, они полностью зависят от воли хозяина. Это классическое рабство. Феодальные элементы: Иерархия вассалитета: вождь жалует земли, титулы, привилегии. Капитаны управляют своими отрядами и несут ответственность перед вождём. Есть элементы феодализма, где статус даётся за службу. При этом нет частной собственности на землю в мирном смысле — вся захваченная территория считается личным владением Унгатт-Транна, он её дарует или отнимает. Таким образом можно заключить, что перед нами военно-деспотическая монархия с элементами рабовладения, характерная для кочевых или полукочевых империй, которые живут за счёт внешней экспансии. Заметим, что Транн в рамках своего государства не просто вождь, а принц крови. Он позиционирует себя как сын «короля Нагорья Смертельного Копья» и брат Вердоги Зеленоглаза. Это прямо указывает на наследственную передачу власти. И его цель — не просто пограбить, а завоевать и удерживать территорию (гору Саламандастрон) как постоянную резиденцию и центр власти. Таким образом мы получаем мир, где западное и восточное полушария противопоставлены друг другу в цивилизационном плане: Запад контролируется преимущественно хищными народами - именно с запада, из-за моря в Страну Цветущих Мхов прибывают завоеватели, именно в западных морях мы встречаем пиратские базы и островные государства хищников - а лесные жители пребывают в подчиненном положении. В то же время на Востоке, ситуация диаметрально противоположная - лесные жители живут свободно и в гармонии с природой, в то время как хищники считаются изгоями и отбросами общества и вынуждены выживать, кто как умеет. Такая расстановка сил объясняет как невозможность сосуществования настолько различных цивилизационных подходов, так и вечные конфликты на почве неустранимых противоречий. На этом я пока прервусь. Дальше мы перейдем с глобального уровня на личный - и рассмотрим вечное противостояние двух фракций с точки зрения конкретных представителей обеих сторон конфликта.

Вероятно, дети Джейкса.

Личное мнение? Это будет скорее фанфик, причем довольно отстойный. МБ вообще франкенштейна собрали из старых работ с помощью ИИ... хотя судя по некоторым книгам, это пошло бы даже не пользу.

Перевод

Напрашивается интрига для сообщества: а Джейкс ли эту книгу написал и полностью ли он её написал? Если там аббатом будет хорёк, а мыши, белки и выдры будут слезно каяться, то, вероятно, это писал не Джейкс)

С нейронками образца конца 2027-го? Я думаю это будет вопрос пары дней, ну максимум недели.

Название отдаёт чувством меланхолии. Возникают предположения, что повествование будет о сиротах, оставшихся без родителей после как-то крупной войны затронувшей страну Цветущих Мхов, коих было не мало, либо это образное название, про то, что жители страны Цветущих мхов сироты без своей Родины.

Напрашивается предложение объявить следующий год Годом Последней Книги, замутить народный перевод, а потом кто-то станет разбирать ошибки этого перевода. И форум получит новый стимул к дальнейшему существованию.

Ну или подпирал дверь сторожки старинным свитком.))

А, понял.) Да конечно и такое бывает в жизни. Но вот с Покровом - это не тот случай. И похожая история была с Тагом (Дейной) в "Талисамне" - Сони как мог заменил ему отца, по материнской части ничего дать не смог, по понятным причинам. Ну как сказать быстро - Покров активно ее отталкивал и делал все чтобы показать на сколько он плохой. И тем не мнее закрыл Бриони собой в финале. Но вот то что она потом думала-думала и надумала что все-таки Покров был плохим и что не известно защитил бы он ее если бы знал, что это его убьет... Ну видимо для нее это было не очевидно, по каким-то причинам.

Подозреваю, Джиндживер был нужен преимущественно (если не исключительно) для того, чтобы оправдать существование его тёзки и потомка в Воине Рэдволла. Конечно, оставался вопрос, а почему этот потомок гигантский в отличие от предка, ну, что поделать, автор был в процессе вордбилдинга.

Дурным решением, конечно, было отдать Покрова этой несчастной Бриони, которая сама по психике, похоже, ребенок и восприняла его как свою куклу. Зато к концу она познала Великую Рэдволльскую Истину о с рождения злых зверях, заслужила ачивку "ты стала мудрой и опытной" и в итоге повышение до аббатисы. Да, становится понятно, почему Джейксу пришлось за всё это безобразие извиняться, вводя в следующей книге Ромску.

Ирония в том, что даже для этого Покров был не нужен сюжету, ведь у Джейкса уже был Скарлет - удобный говорящий сокол, который летал от Саламандастрона до Рэдволла и обратно и всем обо всем рассказывал. Вводить еще и Покрова для тех же целей было бы излишне. Поправочка - согласно книжной хронологии! Согласно же хронологии внутримировой - и Хвастопуз и Битоглаз с Турой придут в аббатство сильно позже, спустя пару поколений после Покрова, это уж точно. А пока в Рэдволле еще есть потомки зверей, которые застали Вердогу, Цармину и войну с Котиром, то есть у них в голове еще сохраняется установка "хищник = враг". Это только потом, во времена Мэриел и Матиаса, нравы в аббатстве станут более мягкими. Должно было, но опять же при условии правильного подхода. Самое очевидное и при этом проигнорированное аббатством решение - это разрешить Покрову рыбачить с выдрами. Выдры в лоре Рэдволла - плотоядные (рыбоядные) существа. Аббатство закрывает глаза на то, что Шкипер и его команда едят рыбу и речных раков, потому что выдры - "свои", защитники и союзники. Если бы Покрову разрешили присоединиться к выдрам на реке: Во-первых таким образом была бы удовлетворена его биологическая потребность - он получил бы необходимый таурин и животный белок, что снизило бы его хроническую раздражительность и тягу к "запретному", А во-вторых - была бы удовлетворена еще и психологическая потребность: рыбалка и речная охота - это медитативный, требующий терпения и ловкости процесс. Его инстинкт хищника получил бы выход, но в социально одобряемом формате. Он чувствовал бы себя частью команды, а не изгоем, ворующим крошки со стола. Если развивать этот подход дальше, то следующий шаг - это отдать Покрова на обучение Джоду или Шкиперу. Джод (Белкозаяц) - это вообще уникальный персонаж, который ломает стереотипы (заяц, который считает себя белкой и стреляет из огромного лука). Он понял бы Покрова лучше других! Он мог бы научить хорька стрельбе из лука или скрытному перемещению по лесу. Шкипер, помимо рыбалки, мог бы научить его чтению следов, выживанию в дикой природе и работе с пращой. Из Покрова получился бы идеальный разведчик, следопыт или диверсант для нужд аббатства. Когда его природная скрытность (которую он использовал, чтобы красть) была бы направлена на то, чтобы выследить к примеру приближающуюся банду лис или хорьков, он стал бы героем. Его бы уважали за его природные таланты, а не презирали за них. Он мог бы стать если не "Воином", то "Тенью Рэдволла" - хищником, который защищает лесных жителей от других хищников. А так, получается, что в Рэдволле из Покрова пытались вырастить мышь в теле хорька, с закономерным результатом. В аббатстве не было места для его хищной самореализации: ему не дали лук (как белкам), не дали пращу, (как выдрам) а его энергию просто загнали в угол, и она мутировала в мелкое пакостничество, которое в глазах окружающих было верным признаком "дурной крови". Ему как бы говорили: "- Ты плохой, но мы тебя терпим, потому что мы добрые". Хотя и ежу понятно, что с таким отношением, они не получат от Покрова уважения, а наоборот одно только презрение и желание плюнуть в морду (что он, по сути, и сделал). Такие дела.

Подводим запоздалые итоги голосования! Литературно-поэтическая номинация - побеждает Фенвик и получает в награду Золотую Песнь Леса Художественная номинация - побеждают Меланхолический Кот и Greedy и получают в награду Золотую Кисть Нейроарт-номинация - побеждает Greedy и получает в награду Золотую Нейроволну Бонус! Самыми успешными отгадывальщиками становятся Меланхолический Кот и ОКО 75, им вручается редкая награда Золотой Вопрос Спасибо всем участникам!

Я полагаю, что в мире Рэдволла звери в силу своей антропоморфной специфики всеядны, но для правильного роста и развития им необходимы продукты характерные для их диких предков: у мышей это злаки и зерно, у белок орехи, у выдр - рыба, кроты и ежи корнеплоды и насекомые, зайцы - морковка, салаты, овощи, барсуки и землеройки - метут все подряд, аки пылесос. Хищникам помимо прочего необходим белок, то есть, птица, рыба и яйца в меню. И с одной стороны Покрову хватало еды когда он был маленьким, но во время основных событий он уже подросток и в тексте неоднократно подчеркивается, что он чувствует голод, хотя казалось бы не испытывает недостатка в пище. Хотите сказать, что дружба с Мартином была настолько значимой что дала индульгенцию семье Гонфа аж на два поколения вперёд?

Пока готовил материал для продолжения исторической хроники Рэдволла перечитал ещё раз "Изгнанника", в расширенном переводе и в оригинале, и хотел бы добавить несколько слов по поводу Покрова. Первое что нам нужно зафиксировать - это полное непонимание хищной специфики маленького хорька, которого Рэдволльцы подобрали после битвы. Пара укусов которые получили Джод, Рыжуха и Бриони воспринимаются всеми как знак свыше, темное предзнаменование, которое повисло на Покровом с первого дня в аббатстве. Хотя казалось бы слепых в Рэдволле нет, они знают что взяли на воспитание хищника из чего следует, что у него есть клыки и что он должен есть мясо. Ну или рыбу на крайний случай. Проблема в том, что в Рэдволле подавляющее большинство зверей сидят на вегетарианской диете и им нормально,.. а вот то, что хорек на таком рационе сыт не будет - для них почему-то не очевидно. + к этому - хорьки прожорливы сами по себе, у них от природы бешеный метаболизм и на одних пирожках и фруктах Покров точно не будет получать то количество энергии, которое ему необходимо для жизни и активного роста. Что закономерно приводит маленького хорька к мысли, что если не получается наесться тем что дают, то еду нужно брать где-то ещё. А если попросить добавки не вариант - значит нужно брать без спроса и так чтобы никто не видел. И как раз воровство - это второй момент из-за которого жизнь Покрова в Рэдволле пошла наперекосяк. По сути он брал без спроса еду или вещи которые ему понравились и можно было бы согласиться что это не правильно и не хорошо... если бы не одно жирное НО. Догадываетесь о чем я? Не будем игнорировать мыша в комнате, а то дождемся что он стырит у нас чего-нибудь. Напомню, каких-то пару поколений назад одним из сооснователей Рэдволла был Гонф "Король Воров". Он воровал сам, воровал его сын, и даже маленький внук в эпилоге "Войны с Котиром" выставил Беллу на засахаренные каштаны, пока сказку слушал. И в этой связи я не понимаю с каких пор воровство стало для Рэдволльцев проблемой? Госпожа Янтарь пропихнула в Устав аббатства пункт про "Не воруй"? Другого объяснения я не вижу, потому как Гонфу и его семье подобное с лап сходило. Ну и как бы Белла и Мериам знали кому отдать Покрова на воспитание - Бриони то у нас приходится Гонфу внучкой (Дополнено: вношу поправочку - Бриони не внучка, а правнучка, переводчики промахнулись на поколение вперед.) (при этом не очень ясно в кого сама Бриони такая праведница - ее прадед воровал, дед воровал, отец воровал... она в прабабушку Колумбину что ли пошла? Но та вроде бы не то чтобы была сильно против привычек мужа, сына и внука...) В общем напрашивается вывод о двойных стандартах: если мышь ворует у хищников или даже у своих - это нормально, а вот если ворует хорек - он вражья морда и вредитель. Третий момент. Неоднократно повторяется, что Покрова пытались учить ценностям принятым в аббатстве, но при этом в книге нет ни слова о каких-либо уроках, как например было в "Мэриел". Воспитание Покрова, если судить по тексту, сводилось к тому, что Бриони извинялась за его проделки и потом сама же читала ему нотации (чем и настраивала его против себя). При этом Покров был не единственным диббуном в Рэдволле, то есть опыт по воспитанию детей в аббатстве был, а потому сказать, что первый блин у них вышел комом нельзя при всем желании. И здесь мы опять-таки сталкиваемся с непониманием Рэдволльцами хищной специфики - Покров хорек его природа требует от него доминировать и самоутверждаться, доказывая окружающим какой он сильный, ловкий, умный и смелый (воровство кстати - тоже из этой серии). Но вместо признания он сталкивается с тем, что на него смотрят с осуждением и шепчутся о том, что "дурная кровь" берет свое. Некоторые, как Банфолд, и вовсе не стеснялись лапоприкладства и жаль что в "Азбуке" вырезали момент где аббатиса выговаривала ему за это: Но вот вопрос - сколько подобных эпизодов было, когда настоятельницы не было поблизости и не кому было напомнить взрослым, что насилие в Рэдволле запрещено? И это взрослые звери, а о том как Покров вписался в диббунский коллектив, в книге вообще не упомянуто... Был ли у Покрова шанс вырасти хорошим? Я склонен думать, что да, но при условии правильного подхода к воспитанию и преодоления предрассудков. + более активная роль Бриони: "- Не нравится что Покров ворует? Ну так это я его так воспитала, у нас в семье все такие. Так что если хотите кого-то наказать начните с меня!" Как знать, может быть видя, что Бриони наказывают за его проступки Покров задумался бы над своим поведением... может быть даже начал отвечать за свои действия, видя как его приёмная мать страдает... Это был бы хоть и маленький, но все же первый шаг, к тому чтобы стать хорошим зверем.

Можно задаться вопросом, а откуда там взялась крепость? Если не брать вариант "автор её тупо выдумал без оснований для того только, чтобы двигать сюжет". Фортуната в своё время ввела концепцию "первой цивилизации", которая предшествовала всей истории мира Рэдволла. Можно, думаю, допустить и другие варианты: Крепость построил кто-то из барсуков для защиты окрестностей от хищников, но потом барсуки переместились в Саламандастрон, и крепость осталась безхозной. Или же её построили в далёкие времена до-рэдволльской эпохи сами хищники, а потом забросили, перейдя к кочевой жизни.

Ну, не думаю, что это - прямо-таки все население континента на момент основания аббатства, думаю, разнообразные неизвестные нам мелкие семейные кланы и деревеньки всякого зверья разбросаны по всей земле... мир довольно брутальный, вряд ли они будут рекламировать свое присутствие кому попало. Что Ясеневая Нога был единственным куницей на континенте - слишком скороспелый вывод, как мне кажется, хотя его вид явно малочислен. Но да, никаких других крупных скоплений населения, кроме уже упомянутых, очевидно, нет. Интересная гипотеза о каком-то крае, откуда идут хищники. Впрочем, так как Бадранг и прочие не заявляют о своем подданстве какому-то заморскому государству, это явно не ситуация с испанской колонизацией Нового Света.

Итак, возвращаясь к "Войне с Котиром", давайте проанализируем геополитическую ситуацию до того, как она необратимо изменится: Во-первых, режим Вердоги правит Страной Цветущих Мхов уже много лет. Пока дикий кот оставался у власти для лесных жителей условия были неприятными, но терпимыми. Его ненавидели, но признавали его мудрость. В Цармине, после подавления восстания, лесные жители видели лишь воплощенное зло. И наконец Джинджвер среди не хищного населения считался "вовсе не плохим, насколько это возможно для дикого кота". Все проблемы начались, когда Вердога заболел и "передал" управление дочери. Предал в кавычках, поскольку из того, что нам известно о Цармине - она вполне могла сама взять власть в свои лапы, прикрываясь именем отца, дескать: "- Повелитель заболел, теперь за главную я, вместо него." - и ни солдаты, ни лесные жители не стали бы подвергать сомнению или проверять ее слова, рискуя впасть в немилость. Однако, как управленец Цармина полностью провалилась. Ее принципиальная позиция: "Отец был слишком мягок и давал лесным жителям слишком много свободы" и "Наши подданые должны трудиться без передышки, чтобы обеспечивать нас и не помышлять о бунте" - привели к тому, что не хищное население страны просто стало уходить в лес. Это породило замкнутый круг, который менее чем за год, разрушил систему, которую годами поддерживал ее отец. Вероятно в какой-то момент Цармина начала понимать, что если Вердога поправится и увидит реальное положение дел (вместо радужной картины, которую Цармина могла ему рисовать запугав офицеров (как в случае с Ясеневой Ногой) и не допуская к делам брата), то он призовет ее к ответу и перспективы ее ждут самые мрачные (темница/изгнание/казнь - в зависимости от того насколько суровы законы диких котов). Вероятно именно в этот момент, она пришла к мысли, что нужно отравить отца и окончательно взять власть в свои лапы. Второй момент - связан с отсутствием в Стране Цветущих Мхов хищного населения как такового (Фортуната была единственной лисой на весь лес Цветущих Мхов). Во времена Броктри, шайки горностаев и ласок грабящее неосторожных путников были обыденным явлением. Однако при Вердоге и в лесу Цветущих Мхов, и в окрестностях Котира, и на протяжении всего пути Мартина и его отряда до Саламандастрона нам не встречается никаких хищных видов. Варианта здесь два: А) Или их всех завербовали для службы в войске Котира - потому что дикому коту нужны были дисциплинированные солдаты для удержания власти, а не разбойничьи шайки, грабящие его же крестьян и нарушающие логистику. Б) Или Вердога был хозяином своему слову и выбил все банды хищников в окрестностях, в рамках своей политики "защиты СЦМ от разбойников". (Причем, как видно уже из "Легенды о Льюке" (той части книги, где описано путешествие Мартина) - разбойничьи банды и полу-дикие племена ласок и крыс снова стали в СЦМ обыденностью. И произошло это как раз после изгнания солдат Котира. Вероятно лесные жители думали, что поступают благородно, дав хищникам еды и отпустив их на вольные хлеба, в западном и южном направлении... но они не учли, что привычные к одним только сражениям солдаты поголовно уйдут в грабители и станут головной болью для всего края на поколения вперед.) В третьих - силы лесных жителей консолидируются не сразу. Ежи и вероятно кроты жившие в поселении возле Котира - терпели до последнего, прежде чем подались в леса. Белки и выдры, судя по всему, не участвовали в первом восстании (вероятно из тех же соображений что и Юкка Праща в "Последней Битве"), а причины по которым они присоединилась к Сосопу в книге не раскрываются (на счет выдр даже есть указание, что Вердога их не трогал). Ну а мышей, после изгнания племени Льюка, в СЦМ не осталось. И вот, в момент наибольшей напряженности, в этот край приходит Мартин. Ранее он уже разрушил одну тираническую империю, а после рассказа Гонфа (и после того, как Цармина сломала его меч) он тут же проникается идеей разрушения второй. В результате - уничтожение Котира и дальнейшее строительство Рэдволла знаменует конец Первой Эпохи и закрепляет статус-кво в Стране Цветущих Мхов на долгие годы. Начало Второй Эпохи знаменуется приходом Солнечного Блика в Саламандастрон и последним "великим походом" хищников под предводительством Сварта Шестикогтя. Но об этом мы поговорим в следующий раз.

Спасибо, было интересно почитать.))

Да, у меня созрело решение создать тему, посвящённую специально этой барсучихе. Персонаж она, на мой взгляд, весьма интересный и явно не бесспорный. Мы привыкли уже как-то поругивать мистера Джейкса за "плоскость", то, что у него хорошие просто хорошие, плохие просто плохи, без всяких там сложностей, неоднозначностей, интриг и подтекстов. Однако именно Крегга и всё, с ней связанное, позволяют попытаться не остановиться на этом тезисе. Итак, приступим. Прежде всего, её имя. Прямо скажу: оно ужасное. Две пары согласных К, Р, Г вызывают ощущение "гвоздём по стеклу", а конечный твёрдый слог ГА его только усиливает. Тут ещё и рождается ассоциация с Бабой-Ягой, хотя, конечно, её Джейкс задумывать вряд ли мог. Ещё более удивляет имя красноглазой воительницы, если вспомнить, что Джейкс весьма ответственно подходил к именам персонажей: Я провожу много времени, придумывая имена для плохих персонажей. Я играю со словами, перетасовываю их, пока наконец имя не начинает 'чувствовать себя хорошо'. Твердые звуки, как 'к', 'г' и 'з' зачастую приводят к желаемому результату. Да, можно сравнить с разными Ролло, Арвин, Дейна, Мара, Русса, про Фиалку, Пижму или Песенку я уж не говорю. (Интересно, что, как выясняется, в комиксе и мультсериале "Неуязвимый" есть такой персонаж, генерал Крегг, который потерял глаз и получил вместо него красную штуковину. Совпадение? Не думаю!) Креггу мы встречаем на протяжении трёх книг цикла: Дозорный Отряд, Белолисы и Талисман. Она проходит путь от воительницы Саламандастрона до рэдволльской матушки-барсучихи. Но первое, что мы о ней узнаём: она одержима местью Дамугу Клыку. Жажда мести ведёт её из горы к горе Барсучий нос, где и происходит битва, в которой Крегга убивает великокрыса. Появление Крегги с зайцами спасает Рэдволл, однако непосредственно перед этим походом в Дозорный отряд была набрана масса молодых зайцев, многие из которых в битве и полегли. Получается, рекрутов, грубо говоря, просто принесли в жертву амбициям повелительницы. И то, что в бою с Дамугом Крегга лишилась зрения, приобретает символическое значение. До этого она была ослеплена жаждой мести в душевном смысле, а теперь к этому добавилась и физическая слепота. Идём дальше. Крегга осталась жить в Рэдволле. Она воспитывает Руссано, а аббатисой становится белка Песня Ветра. И, как можно понять, где-то на протяжении этих сезонов реальная власть в аббатстве постепенно оказывается в лапах Крегги. После смерти Песни нового аббата так и не выбирают, а главную скрипку в совете аббатства теперь играет Крегга. Как это выглядит, узнаём из "Талисмана": "Внизу, в Пещерном зале все было готово для заседания совета Рэдволла. Кротоначальница Брулл, барсучиха Крегга, брат Хобен, брат Бобб, сестра Алканет и Дрогг, хранитель погребов, сидели за накрытым столом. Брат Хобен, записывающий имена, указал на незанятый стул: —А где Риллфлаг? Кто нибудь его видел? Крегга, принимая кубок с элем, пояснила: —У него дела. Какая то церемония с новорожденным. Вы ведь знаете, как он серьезно относится ко всяким ритуалам и традициям. Во всяком случае, он просил передать свои извинения. Брат Бобб постучал поварешкой по столу и провозгласил: —Тогда начнем! Сестра Алканет? Сестра Алканет, сухощавая, серьезная, даже суровая мышь, чопорно поклонилась присутствующим и начала: —Друзья, наше аббатство уже слишком долго живет без настоятеля. Не пора ли принять меры для исправления ситуации? У кого будут предложения по данному вопросу? Кротоначальница Брулл подняла здоровенный копающий коготь. Редкий случай для кротов — самка кротоначальник, но Брулл была тверже камня и переполнена здравым смыслом. —Хурр, а это очень важно? Крегга и так прекрасно справляется. Послышалось всеобщее одобрительное бормотание. Прежде чем сестра Алканет смогла что нибудь сказать, Крегга выступила сама: —Как вы все знаете, я не настоятельница и никогда не хотела стать настоятельницей. Но случилось так, что после старой аббатисы Песенки я приняла на себя ее обязанности. Я намного всех вас старше, я слепа, часто болею и сплю чуть ли не днями напролет. Но Брулл права, аббатство живет, а я лишь иной раз что то присоветую… Народ у нас надежный, добросовестный, каждый свое дело знает. Тут и не надо часто вмешиваться. Но я тоже не вечная. Если вас устраивает старая слепая барсучиха, то я согласна, чтобы все оставалось как было, что ж… Советники дружно зааплодировали, а сестра Алканет, известная страстью к решению сложных вопросов, снова подняла лапку. —Рэдволлу нужен защитник вроде Мартина Воителя. Брат Бобб нетерпеливо фыркнул и повел поварешкой в сторону сестры Алканет. —Сестра Алканет, дорогая, Рэдволл силен и крепок. Всякая нечисть, тираны и завоеватели всегда разбивали лбы о наши степы. Все они знают, что наше аббатство для них слишком крепкий орешек, не по зубам. Нет такого олуха, который решился бы потягаться с нами. Поэтому нет нужды в отчаянных воинах и острых мечах. Алканет вскочила и забарабанила лапами по столу, возражая: —Но всегда ли так будет, брат? Что, если наступит день, когда мы проснемся и увидим врага у наших степ, и не будет храбреца, чтобы организовать защиту аббатства? Что тогда? Что? Лапа Крегги грохнула по столу, прекратив спор. —Спокойно! Мы все таки считаемся солидными советниками, а не детишками забияками. Брат Бобб, вам, пожалуй, действительно стоит вернуться на кухню. Жаль будет, если пудинг подгорит. А вам, сестра Алканет, я отвечу, что воители в аббатстве всегда появлялись, когда в них возникала нужда. И не нам их назначать. Меч Мартина висит вместе с его портретом в Большом зале и провисит там до появления следующего воина. Когда аббатству будет угрожать опасность, дух Мартина вселится в какого нибудь юного рэдволльца и он — а то и она — снимет этот меч со стены для защиты родного аббатства. Сестра Алканет приблизилась с элем, и Крегга прошептала ей: —Не хмурьтесь, дорогая, улыбнитесь. Гораздо приятнее выглядеть довольной. Удивленная сестра Алканет попыталась согнать с лица недовольную гримасу и улыбнуться. Крегга дружески потрепала ее лапу и прошептала: —Спасибо, Алканет. Так гораздо лучше". Лично у меня этот отрывок создаёт впечатление опытной политической манипуляции. Крегга подчёркнуто отстраняется от амбиций, уверяя, что вовсе не стремится быть аббатисой, хотя и признаёт, что фактически выполняет соответствующие обязанности. При этом ответственность за такое положение вещей элегантно переходит на коллектив: ну, раз уж вы хотите меня здесь видеть, то что же поделать... При этом Крегга жёстко держит собрание в лапах, и если кто-то пытается проводить собственную линию (даже без конкретных предложений), то тут же выясняется, что этому зверю лучше вернуться к пудингу. При этом без вердикта Крегги не обходится не то что совет аббатства, но даже весёлые конкурсы: "Громадный пирог возвышался на пороге сторожки. Мгера и Фавилла помогли Крегге подняться по ступенькам, и она повернулась к зрителям. —Прекрасные выступления. Трудно выбрать лучшего. Я присудила бы пирог мистеру Бураку, но он перед своим выступлением благородно отказался от награды. Давайте присудим награду всем малышам, которые участвовали в представлении. Все равно этот прекрасный пирог слишком велик даже для обжоры. Предложение Крегги присутствующие встретили дружными аплодисментами. Детишки утащили пирог в сторожку и заперлись там". Как же фигура Крегги воспринимается в аббатстве? Джейкс пытается показать её как матушку-защитницу, безжалостную к врагам и добрую к обитателям Рэдволла. Однако в повествование прорываются указания на страх, который окружает Креггу внутри аббатства. Вот сценка из "Белых Лисов": "Крегга ходила по спальне, дотрагиваясь до кроваток, и нараспев читала "колыбельное" стихотворение. В спальне установилась тишина, только в одном углу кто-то громко похрапывал, пытаясь показать, как он крепко спит. Взрослые на цыпочках вышли из комнаты, Крегга закрыла дверь. Флориан с изумлением спросил: - И как вам это удалось, сударыня? Спускаясь по лестнице, Крегга улыбнулась: - Малыши чувствуют, что единственный, с кого я действительно могу снять скальп, - это тот, кто задумает причинить им вред. А по кроватям они разбежались, услышав мой голос. - Так что же получается, ваш рык для них страшнее, чем угроза снять скальп? Отлично, отлично! Надо будет воспользоваться вашим советом. Крегга усмехнулась: - Боюсь, это действует только на малышей. С теми, кто поедает слишком много пирогов и ломает вилки для салата, я поступаю гораздо суровее. Флориан быстренько улизнул за спину Траггло, выставив ежа между собой и барсучихой. - Верно, верно, сударыня. Так и надо. Сам таких типов терпеть не могу!" Пожалуй, вершины деятельность Крегги достигает в той линии "Талисмана", когда она явно приближает к себе выдру Мгеру и исподволь готовит её в аббатисы. При этом Крегга сама выстраивает загадку, которую должны разгадать герои. По-моему, это уникальный случай в серии: в других книгах загадка с разбросанными указаниями появлялась словно из ниоткуда или была заготовлена некими предками (а может, бивиристами, хех. Привет, Фортуната). Насколько помню, самым близким по времени к героям автором загадок являлась белка Фермальда из Жемчуга Лутры. Итак, я вижу в Крегге зверя, в некотором смысле одержимого собственными идеями, которые она жёстко продавливает в окружающее пространство, подчиняя его себе и не считаясь с жертвами. Ослепнув и оказавшись в аббатстве, она не изменила своим привычкам. Её авторитет жёстко навис над всеми, от членов совета до диббунов, и в результате практически ни одно решение внутри красных стен не могло быть принято без её согласия. Крегга пошла даже на то, чтобы манипулировать той сферой, которая в рамках этого мира является мистической или священной, а именно пророчества и загадки. Мгера становится аббатисой не по всеобщему согласию или коллективному решению Совета, а по завещанию Крегги, которое она накарябала в сохранившейся от Песенки книжке.

Помню, довольно интересные мысли на эту тему были у Сакстуса вот здесь: От себя добавлю, что Крегга - персонаж без прошлого. Мы не знаем откуда она родом и как жила, до того как пришла в Саламандастрон. Ближайший ее предшественник - Орландо Секира из "Похода Матиаса" и он вероятно не оставил после себя потомков, кроме Аумы, которая на момент действия книги так же отошла в Темный Лес. Правда есть вероятность, что правление Орландо застали родители Таммо - полковник и Дум покинули крепость достаточно давно, чтобы не знать о том, что там сменился правитель: При этом позже, когда Дум собирает Таммо в путь она говорит: Дум не называет этого барсука, но мы помним, что Орландо правил горой не настолько давно по барсучьим меркам. Стоит так же отметить, что Крегга заложила основы военного могущества Дозорного Отряда на долгие сезоны вперед. При ней Саламандастрон остаётся неприступной военной цитаделью, но акцент смещается с обороны на активную агрессию: 1. Армия зайцев Дозорного Отряда находится в постоянной боеготовности. Офицеры (полковник Ясноглаз, сержант Удар Булава) строго следуют её приказам, хотя и осознают её импульсивность. Она лично участвует в обучении рекрутов (даёт советы по фехтованию Шишечке). Кроме того при ней Дозорный Отряд стал самой многочисленной военной силой в этой части континента: на битву с Бродягами Крегга привела 500 зайцев, тогда как вся Страна Цветущих Мхов под знаменем Рэдволла сумела собрать только 300 бойцов из представителей всех окрестных народов. И это мы не считаем тех, кто остался в Саламандастроне в качестве гарнизона. А как следует из 16-й главы - там как минимум осталась половина зайцев: То есть общая численность вооруженных сил Саламандастрона при Крегге - 1000 зайцев. И это за поклонения, до того как Руссано увеличил численность регулярной армии с 500 до 1000... 2. Крегга выступает не только как полководец, но и как кузнец. Она собственноручно куёт новое, "доселе невиданное оружие"(с) - бердыш. Это говорит о том, что при ней крепость становится центром оружейного ремесла, а войско получает преимущество в ближнем бою. 3. Она активно использует скороходов (Альгадор, Шишечка, Рив) для патрулирования обширных территорий. Разведка при ней поставлена на высокий уровень, что позволяет реагировать на угрозы на дальних подступах. Далее... Следует отметить, что правление Крегги - это правление сильной личности, чьи эмоции напрямую влияют на судьбу крепости. Во-первых её слово - закон. Даже старые воины, такие как полковник Ясноглаз, испытывают перед ней трепет. Она принимает решения единолично, не терпя возражений. Во-вторых, она одержима местью. Это главная черта, определяющая курс Саламандастрона при Крегге. Она не может простить потери которые Дозорный Отряд понес в сражении с армией Гормада Тунна, и это желание мстить затмевает стратегическое мышление. Она готова покинуть крепость, оставив её на полковника, чтобы лично преследовать врага. Такой подход превращает Саламандастрон из оборонительной твердыни в базу для карательного похода. Ее третья характерная черта - это рискованная импульсивность. Самый яркий пример — её одиночный бросок за врагом, из-за которого она чуть не погибла от стервятников. Сержант Удар Булава прямо говорит, что «ею руководят ярость и месть, она не контролирует себя». Это создаёт напряжение в гарнизоне: подчинённые вынуждены спасать свою правительницу от неё самой. Эти три пункта определяют так же отношения Крегги с подчинёнными и союзниками: С зайцами Крегга сурова, но справедлива. Она уважает старых воинов (Ясноглаза) и поощряет молодых (даёт оружие Шишечке). Однако её авторитарность подавляет инициативу: полковник вынужден мягко, но настойчиво удерживать её от опрометчивых шагов. Что же касается внешнего мира, то она на постоянной основе поддерживает связь с аббатством Рэдволл, но скорее в военном ключе. Её основная забота — безопасность всего Западного побережья, но методы её правления ориентированы на военную силу, а не на дипломатию. Вот такие дела.

Итак, не откладывая в долгий ящик, переходим с макро-уровня на микро-уровень. Сперва нам стоит оценить геополитический расклад, и определить положение сторон конфликта, на момент начал книги. Начнем с Нагорного Королевства диких котов: как мы выяснили выше - оно находится за пределами СЦМ, за морем. У текущего короля двое сыновей... и при этом оба не заинтересованы в наследовании престола - Транн грезит о завоеваниях и хочет прославить свое имя лично, Вердога просто хочет собственный замок и изобильный край в придачу. В итоге - оба отправились за море, на восток, а дальнейшая судьба их отца и королевства теряется во мгле времен где-то за горизонтом. Единственное, что мы можем предположить - то что по всей видимости у Смертельного Копья были еще сыновья - иначе он бы как минимум не отпустил бы Вердогу (без продолжения династии во всяком случае). Что интересно - оба принца управляют личными армиями, в отрыве от сил родного королевства. Причем если у Вердоги в основном личная дружина, то вот Транн оперировал армией в 7.5 тысяч бойцов. Это можно сказать "Великое переселение народов" в миниатюре... учитывая, наш дикий кот планировал основать свое королевство. А вот причины по которым он это делает... здесь замешаны не только личные амбиции, но и мистическая составляющая, которой речь пойдет далее. В этом отношении "Последняя Битва" задает интересную параллель - у нас есть два наследника правящих династий с обеих сторон извечного конфликта между хищниками и лесными жителями. Броктри, ведомый долгом и "зовом горы", отправляется в странствие, оставив Страну Цветущих Мхов на своего сына, Вепря. Транн же, который изначально "смеялся над глупыми суевериями."(с) - начинает видеть своего врага во снах и из-за этого вынужден искать ответы у Гроддила: "А теперь он ловил себя на том, что прислушивался к загадкам искалеченного лиса, для которого в царстве видений не было тайн. И это его злило."(с) Со своей стороны Броктри тоже начинает видеть врага, по мере того, как они оба приближаются к Саламандастрону: "Он крепко закрыл глаза и громко заговорил, изо всех сил пытаясь не упустить зыбкий образ врага. — Покажи, покажи мне свою морду, появись у моей горы, не увиливай от судьбы. Я Унгатт-Транн, устрашающий, и ты умрешь от моей лапы, когда увидишь мои глаза."(с) *** "Ночной покой был нарушен незадолго до зари, когда барсук устроил переполох. На него навалился кошмар, но ясный, как день. Он увидел качающуюся комнату, всю в пауках и в паутине. Ясно услышал жужжание мух. Неистово ворочаясь во сне, барсук старался избавиться от неприятного видения. Но тут появился еще и свирепого вида дикий кот, голос которого скрежетал, как ржавая пила: — Повернись ко мне лицом, покажись. Ты должен прибыть на мою гору и встретиться со своей судьбой. Я — Унгатт-Транн, ужасный зверь. В тот день, когда ты увидишь мои глаза, ты умрешь от моей лапы! Еще в тисках кошмара, Броктри вскочил и, схватив меч, зарычал громовым голосом: — Это моя гора! Я — лорд Броктри из Брокхолла. Мой меч проникнет в твой разум и коснется твоего сердца в тот день, когда мы встретимся, Унгатт-Транн. Еула-ли-а!"(с) Выходи так, что каким-то мистическим образом Саламандастрон связывает их обоих вплоть до подобного, скажем так телепатического общения. Хотя стоит отметить, что Транн не слышат ответа Броктри и его личность долгое время остается для него загадкой. Но так или иначе - гора становится точкой схождения их судеб. Для Броктри она — объект видения с самого начала, место, которое «зовёт» его. Для Транна она — цель пророчества и завоевания. Но именно через неё они оказываются связаны на уровне подсознания. Можно сказать, что древняя магия горы, накапливавшаяся веками в святилище барсуков, активизируется при приближении двух сильных воль, и они начинают «резонировать» друг с другом. Однако здесь книга подкидывает нам белое пятно в биографии дикого кота - а контрено, что имело место раньше - видение с барсуком или свиток с пророчеством? Книга не дает прямых ответов, так что опираясь на некоторые детали и диалоги персонажей мы можем выдвинуть две гипотезы: Гипотеза А: сначала видения, потом пророчество. Если Транн изначально видел во сне могучего барсука с мечом, но не знал, где тот находится, он мог обратиться к Гроддилу за толкованием. Тогда лис, желая угодить хозяину, подыскивает или даже сочиняет пророчество, которое бы соответствовало видениям и направляло Транна к конкретной цели. Это объяснило бы, почему в пророчестве нет деталей — оно специально сделано расплывчатым, чтобы можно было подогнать его под любое место: «Не к наследственному дому / Путь, не в замок на разбой. / Унгатт-Транну удалому / Уготован жребий свой. / Есть гора, а в ней владыка. / Ты мечом его убей. / Всех от мала до велика / Ввергни в бездну всех скорбей». Ключевая строка — «Есть гора, а в ней владыка». Она не указывает на Саламандастрон, не называет имя барсука и не конкретизирует местоположение. Для амбициозного завоевателя, коим является Транн, это открывает широкий простор для толкования. В теории любая гора с правителем подходит под это описание. Именно эта неопределённость становится причиной потенциальной ошибки. И здесь стоит уточнить, что Саламандастрон не был первой остановкой на пути дикого кота. Задолго до основный событий книги Транн уже бывал у берегов континента, где находится Страна Цветущих Мхов и в тот раз он разорил родину Бахвала в Северных Горах. Почему он это сделал? Если он руководствовался пророчеством, то вполне мог решить, что эта горная цепь и есть «гора, а в ней владыка». Возможно, он надеялся найти там могущественного правителя-барсука, которого нужно убить, но обнаружил лишь зайцев. Следовательно, он мгновенно делает вывод, что это не та гора и не тот владыка так уже знает, благодаря видениям, что им должен быть барсук. Это полностью соответствует его мировоззрению — «владыкой» может быть лишь равный ему по статусу, силе и «породе» зверь, тот кого он уже видел в своих снах. А заяц, даже если он король, не может быть «владыкой» , потому что заяц — «низшее существо». И как следствие — Транн даже не удостоил Бахвала личной казни — это было бы ниже его достоинства, — а перепоручил её Карангулу, причём с приказом бить мечом плашмя, — это ключевой момент. Транну было недостаточно просто убить Бахвала — он хотел его унизить, показать, что тот даже не заслуживает чести быть убитым «по-настоящему». «Меня лупили моим собственным мечом, пока он не сломался. Они прогнали зайцев из Северных Гор. Бил по приказу самого Унгатт-Транна лис Карангул. Вряд ли он спал бы спокойно, если бы знал, что я еще жив. Он думал, что забил меня до смерти», — вспоминает Бахвал. Обратите внимание: лупят именно его собственным мечом. Это символическое лишение достоинства: оружие зайца обращают против него, и оно ломается, как и его гордость. Транн мог бы убить Бахвала и выполнить букву пророчества («ты мечом его убей»), но он не сделал этого, потому что не считал зайца достойным. Для него это было бы пустой тратой усилий. Карангул, исполнитель, даже не запомнил лица Бахвала спустя годы — настолько незначительной была для него эта задача. Когда он встречает зайца у Саламандастрона, он его не узнаёт: «Память Карангула на этот раз действительно подвела. Да и злых дел за его жизнь накопилось столько, что он не мог вспомнить, за что этот заяц хочет ему отомстить». И в связи с этим, Транн, вероятно, решил, что Северные Горы не могут быть целью пророчества, поскольку их правитель — заяц, а не барсук, которого он мог бы уважать. Он разорил горы, но не стал закрепляться там, а двинулся дальше в поисках «настоящей» горы с «настоящим» владыкой. Гипотеза Б: сначала пророчество, потом видения. Если Гроддил, будучи придворным магом и зная об амбициях наследника престола, изначально преподнёс Транну свиток с пророчеством, то кот мог воспринять его буквально и отправиться на поиски любой горы с «владыкой». Цитата о том, что он раньше "смеялся над глупыми суевериями.", указывает на то, что изначально у него не было видений. Следовательно, они пришли позже, после того, как он столкнулся с чем-то, что заставило его поверить в магию. Логично предположить, что таким событием стала неудача с Северными Горами. Он исполнил пророчество (нашёл гору и владыку), но не получил ожидаемого результата. Это могло вызвать у него сомнения, и он вернулся к Гроддилу, требуя объяснений. Но Гроддил, возможно, не смог дать вразумительного ответа, и тогда Транн в гневе покалечил его и убил его семью. Видения с барсуком-воином могли прийти позже. В данном случае мы можем выстроить следующую хронологию: 1) До начала основных событий Гроддил находит древнее пророчество о том, что Унгатт-Транн должен найти «гору и владыку» и убить его мечом. Транн, движимый амбициями, отправляется на поиски. 2) Он находит Северные Горы, где правит заяц-король Бахвал. Однако заяц — травоядное, «низшее существо», и Транн не считает его достойным противником. Он приказывает Карангулу избить Бахвала до смерти (но тот выживает) и разоряет горы, но не остаётся там, потому что не видит в этом «владыке» исполнения пророчества. 3)Транн понимает, что Гроддил подвёл его неточным толкованием, и вымещает злобу на маге: убивает его семью, калечит его самого, но оставляет в живых как единственного знатока древних текстов. 4) После этого Транн, вероятно, начинает видеть сны о барсуке — истинном «владыке». Эти сны становятся для него новым ориентиром. Он прислушивается к Гроддилу, надеясь, что тот сможет истолковать их, но лис не может назвать имя или место. Транн продолжает поиски, на этот раз руководствуясь видениями. 5) Когда он узнаёт о существовании горы Саламандастрон с барсуком-лордом, он уверен, что это именно та гора. Его видения подтверждают это, и он идёт туда. 6) В момент, когда Броктри приближается к горе, он также начинает видеть кота во сне, и их мистическая связь замыкается. Это происходит уже после того, как Транн захватил гору, но до их реальной встречи. Вот и получается что абсолютно разные звери, полностью противоположные по характеру и мировоззрению, из двух противоположных частей мира, оказываются связаны одним местом и одной судьбой. Здесь примечательны еще два момента: 1) Лорд Каменная Лапа, несмотря на многократные попытки так и не увидел в видениях своего сына и умер, не зная что Броктри уже на пути к горе. В этом можно разглядеть руку провидения - неведение мотивировало его до последнего противостоять Транну и держать гору, а его героическая смерть, побудила оставшихся зайцев к партизанской борьбе. Если бы Каменная Лапа знал, что сын уже близко - он мог бы сдать Саламандастрон без боя, чтобы сохранить жизнь своим зайцам. Да он воссоединился бы с сыном, но тогда они с Броктри потеряли бы время и Транн встретил бы их в горе и в полной силе. Как следствие - гора не дала Каменной Лапе ответа, и все обернулось к лучшему. 2) Кроме Броктри и Транна видения посещают еще одного зверя - пирата-крысу по имени Рвущий Клык. Он тоже видит в своих снах барсука, хотя в жизни никогда их не встречал: «Свирепый Глаз с облегчением выдохнул: — Фу ты, я уж боялся, он узнал о Кошмарине. — Заткнись, дубина! Скоро узнает, если будешь так орать на каждом углу. С чего это он о барсуке, а? — Да, интересно. Я вообще барсука в жизни не видел. А ты? — Живого не видел, а вот во сне... видал страшного, здорового, но не такого, без меча. — То есть как? Я о твоих снах не знал. А откуда ты знаешь, что это барсук, если ты никогда его живьем не видел? — Ну и что, что не видел. Зато слышал! Я их терпеть не могу, а они мне снятся... И ты еще о них болтаешь! »(с) Учитывая что Броктри, отправившись в странствие оставил дома молодого сына - можно сделать вывод, что Рвущий Клык еще тогда увидел своего заклятого врага, что привело его к схватке с Вепрем Бойцом на побережье, во время событий. "Войны с Котиром". Таким образом на основе "Последней битвы мы можем заключить, что мистика и вещие сны характерны для барсуков (со стороны лесных жителей) и для котов и крыс (с хищной стороны). В последующих книгах серии этот список пополнится мышами (Мартин Воитель - посмертно) и некоторыми представителями лисьего племени. Однако подавляющие большинство населяющих мир Рэдволла народов, так и останется без крайне полезной и выдающейся способности заглядывать в будущее. Такие дела. В следующий раз мы свами поговорим о военном деле и геополитике в мире Рэдволла. А на сегодня у меня все.))

Очень приятно читать полноценную рецензию на книгу, с анализом и аналогиями. Большое спасибо за проделанную работу, за внимание и труд, который в это вложен. Это ценно и это нельзя не отметить Хотя эта рецензия согрела мне что-то, я не уверен, что это сердце :)) Поэтому я выражу свое мнение о книге, отвечая на эту рецензию, и надеюсь, никто не увидит в этом агрессии или атаки на себя. Для своего удобства, я разделю ответ на несколько сообщений. Поехали и начнём примерно со вступления. Физическая жестокость, смерти и страдания в сказках - статистическая норма, глядим народные сказки любых стран и убеждаемся в этом, то ведьму раскидали по полю, привязав к хвосту коня, то запекли, то разумную коровку сожрали, то царя сварили. Смерть рядом, боль - это жизнь, таков мир, дети, и чем быстрее вы это примете, тем вам легче будет. С таким правильным настроем мы можем приступить к делу. Мир Мир представляет собой типичное магическое в обыденном - то есть, обычный такой мир, как наш, но в которой вплетено что-то чудесное. Как домовой, который живет в обычном доме, или как феи, населяющие леса и поля) Размер персонажей в первой книге более-менее соответствует размерам обычных животных. Даже в самой книге есть прямое указание на размер крыс Цитата: Но Джейкс правильно замечет, что для сказки - размеры не важны и не постоянны. Законы сказок отличаются от законов фэнтези или легенд. Особенно в размерах. Можно вспомнить ту же Крошечку-Хаврошечку или Сивку-Бурку -я привожу это как яркие и скорее точно знакомые образцы именно сказок, в которых такое явно показано. Предлагаю такую трактовку: Она обычна не потому что маленькая, а потому что такие повозки иногда проезжают мимо, это не отменяет ее колоссальных относительно героев размеров) Подумой над этим! Относительно чердака. В первой книге аббатство носит идею фундаментальности и неисследованности дома, в котором живешь. Как мышь живет в доме и может не знать всего, что в нем заключено -это работа на ассоциацию. И более глубокий уровень - как ребенок, познающий свой дом - он не знает всех его секретов и смыслов, чердак и подвал для него часто запретны и таинственны. Помним, что это в первую очередь - сказка, а сказки метафоричны и полны обращения к аналогиям, если угодно. Герой взрослеет - как ребенок все больше понимающий и воспринимающий сначала свой дом, а потом и мир вокруг. Что Матиас и делает то под руководством мудрого наставника, то самостоятельно. Бонусная шутка - мыши могут следить за состоянием балок изнутри, подпирающих чердак, чтобы он, как небо, не упал им на головы) Висеть на вьюнке и забираться по нему - немного разные вещи, к тому же, мы не знаем, насколько далеко этот вьюнок от люка чердака. Если очень далеко - то и смысла по нему забираться нет. Люди здесь не нужны, это история про замкнутую локацию, которая где-то рядом, но не здесь. Она волшебная в своей изолированности, но эта изолированность не строгая - это волшебный мир внутри мира обычного. Как живые игрушки или опять же феи в лесу. Теперь многие вопросы. Лошадь? Это риск любого мышиного жилища недалеко у дороги. С учетом размеров и расположения самого аббатства можно предположить, что лошади, даже которые понесли, не будут бегать у деревьев, и не совсем порушат плотную кладку - а она прям выглядит внушительной - 6 футов и это еще не предел) Как воздвигли - воздвигли давно, а филин - молодой) Воробьи там тоже не сразу появились) Как собирался завоевывать - Страна Цветущих Мхов это относительно небольшая область вокруг аббатства. Крепость, крестьяне на полях - мечта феодала) Собаки и коты - это вообще далеко и не входит, филину точно не важно, кто там чем рулит, он относится к разряду "стихийное бедствие", но если бы он беспокоил армию, и на него можно было бы найти управу, облаву и вообще "охота на филина" как жанр триллера, в чем проблема? Они не каждый в два счета обращают армию в бегство, они именно что наносят прямой физический урон, но по отдельности и не в прямом бою это решаемые проблемы. Относительно других книг и неточностей - это свойство ненадежного рассказчика, к тому же, аутентично, что правда, которую рассказывают спустя поколения - отличается от правды, которую рассказывают участники событий. Почувствуйте разницу) Утраченные знания и средневековье - это достаточно правдиво) Да, ты хорошо заметил противопоставление варварства и цивилизации, невежества и культуры, разрушения и сохранения. В глобальном смысле, это все разделение зла и добра, по тому, как это существует в обычной традиции. Добро - это не абстракция, это культура, это созидание, это сохранение, это здоровое развитие. В то время как зло - это варварство, разрушение, невозможность сохранить, искаженное развитие. Идея о свободе - это классика. Все и всегда стремятся к свободе - революции за свободу, а не только демократия) Да, возвращаясь к тому, что это сказка и рассказана она детям, то логично, что дружность и дружба являются тем, что помогает победить, в то время как запугивание и травля, если угодна такая аналогия, - это путь к проигрышу.

Когда была выбрана книга года, я пообещал, что напишу большую рецензию на "Воина Рэдволла". Теперь я её сделал. Можете негодовать и громить, да. *** В 1986 году случилось страшное. Вызванное аварией на Чернобыльской АЭС радиоактивное облако накрыло Европу, в результате чего часть её населения погибла, часть сбежала, а животные превратились в разумных мутантов. Научившись обращаться с оружием и носить одежду, создав общины, новые хозяева континента начали безжалостно сражаться на руинах человеческой цивилизации… Ой, нет, ошибся. Просто некий мистер Брайан Джейкс, водитель грузовика, заодно к основной работе читая книги слепым детям, пришёл к выводу, что книги те были отстойными. Там было что-то про алкоголизм, наркоманию и подростковые беременности. Нет, детям не стоило такое читать. Надо понимать, им стоило читать это: «Клуни снилось, что он снова и снова падает с доски под стены аббатства. Внизу его ждали призрачные фигуры: Рваноух с безобразно распухшей, посиневшей мордой, скелет крысы в его, Клуни, собственных доспехах, огромный длинноногий заяц и толстая полосатая змея. А кроме них, внизу его ждал, сверкая глазами, воин с поднятым мечом. Клуни хотел закричать, но горло сжалось, словно его душили, и он не мог выдавить из себя ни звука. Острый меч пронзил его грудь». «От боли Куроед потерял сознание. Затем крысы сбросили с дороги тело его матери — оно упало прямо на него. Крысы решили, что обе лисицы мертвы, а если и нет — все равно сдохнут. С трудом Куроед пришел в себя. Он лежал неподвижно, придавленный мертвым телом Селы. Убедившись, что все спокойно, он выбрался из-под трупа своей матери». И особенно вот это: «Темнокогть попытался выскочить наружу, но не успел — барсучиха мигом перевернула котлы вверх дном. Предсмертный крик застрял у Темнокогтя в глотке. Кипящая вода обрушилась ему на голову обжигающим водопадом. Кипяток мгновенно затопил набитый крысами подземный ход. Прижатые друг к другу, крысы даже пискнуть не успели. Тотчас Констанция скомандовала выстроившимся вдоль бечевок зверькам: — Прыгайте! И все одновременно прыгнули через натянутые бечевки. Констанция начала мерно считать: — Раз, два, прыгай! Раз, два, прыгай! Под ударами сотен лап земля вскоре осела — подкоп завалило. Защитники аббатства издали громкий торжествующий крик. Артель Кротоначальника принялась засыпать образовавшуюся канаву камнями и землей. Монах Гуго попросил вернуть котлы на кухню. Некоторое время мыши постояли возле бывшего подкопа и вскоре пошли прочь от длинного каменистого кургана — памятника на братской могиле крыс». Потому что детям нужны старые добрые волшебные сказки, вера в победу добра и хорошие персонажи, с которыми они могли бы себя ассоциировать. В общем, Джейкс написал собственную книгу. Прошло совсем немного времени, и его сочинение стало известно как «Redwall» в англоязычном мире и стало основой для целой саги… Эту книгу я и намерен сейчас тщательно разобрать. Давайте же посмотрим, что она нам предлагает, какие герои в ней участвуют и чем занимаются. Попробуем разобраться, что хотел Джейкс сказать читателям, что в результате у него получилось и какие со всем этим есть проблемы. Свой обзор я решил поделить на три части: мир, персонажи и сюжет. Но в какой-то степени они будут перекликаться между собой. И, да, должен сразу предупредить. Обзор будет критический, даже жёсткий. Я принадлежу к той части фэндома, которая привязана к миру и персонажам, но не к книгам в литературном плане. И, да, продолжаем искать логику в детской книжке про победу добра над злом. (Потому что книга не детская, добро сомнительное и, вообще, ради чего мы тут все сидим?) I. Мир Не секрет и не раз уже говорилось, что мир, изображённый в книге, отличается от того, который показывают нам книги последующие. Там мы видим больший и открытый мир, отличный от нашего. Здесь, напротив, действие происходит на ограниченной локации, которая, как можно предположить, существует в нашем мире. На это указывает уже наличие некоего города в пределах досягаемости, в котором живёт собака, а где-то рядом обретаются фермы, свиньи и лошади. Свою роль играют и связанные с реалиями нашего мира сравнения, как, например, слова о том, что Бэзил лыбился, точно «ученик воскресной школы на пикнике». Хорошо, мы в нашем мире. Где-то в «старой доброй Англии». С добавлением сказочности, конечно. Но всё-таки это не обособленный мир. Теперь встаёт вопрос о размерах персонажей. Не секрет, что по мнению самого Джейкса, значения это не имело. «Мои персонажи будут такого размера, какой вам подскажет собственное воображение». Но, тем не менее, некоторые указания для воображения в книге есть. Так, Рэдволл описан как сооружение, имеющее вполне человеческие масштабы, и его стены сопоставимы с растущими рядом деревьями. Жители аббатства, мыши и другие звери, распоряжаются в нём вполне по-человечески. Они могут взойти на стену и сражаться на ней, или же могут собраться во внутреннем помещении и рассесться вдоль столов. Клуни Хлыст и его крысы сопоставимы с мышами, так, мы видим их карабкающимися на те же стены. Но вот когда армия Клуни приближается к Рэдволлу, то в единственную телегу их набивается несколько сотен! При этом нет никаких оснований считать эту телегу с лошадью чем-то гигантским, поскольку топавшая мимо Констанция с компанией восприняли их в качестве, в общем, понятного и привычного объекта. Другой момент, вызывающий искреннее удивление – эпизод с путешествием Матиаса на чердак, где живут воробьи. Текст даёт понять, что со времён строительства и до описываемого момента туда не поднимался вообще никто. Интересная ситуация: вы владеете аббатством, распоряжаетесь всеми его помещениями, но под крышей у вас уже, по сути, чужое, недоступное и откровенно враждебное государство с собственными порядками! Ещё при первом прочтении меня интересовал вопрос… А кто-нибудь тут вообще убирается на чердаке и следит за состоянием крыши? Или вы ждёте, когда потолочные балки сгниют, и тонны гнёзд вместе с воробьиным помётом рухнут на мышиные головы прямо во время очередного пира? Ещё больше интриги добавляет то, что в сцене пира упомянуты выдры-акробаты, которые «повисли на плети вьюнка, спускавшейся с потолочной балки». Впоследствии эта плеть куда-то исчезает, но её наличие свидетельствует, что подняться наверх на самом деле проще, чем это делал Матиас. На самом деле нетрудно понять, откуда растут лапы (а также уши и хвост) у этой концепции. Конечно, это «Ветер в ивах», а до кучи можно вспомнить «Винни-Пуха» или «Кролика Питера». Да, вот такая смесь сказочного с реальным, прыгающие размеры персонажей там тоже есть. В «Ветре» кульминации она достигает в эпизоде, где переодетый в женщину мистер Жаба бежит от полиции на паровозе. Однако в «Ветре» всё это работало на авторский замысел, создавая уникальную атмосферу чего-то забавно-абсурдного и в то же время трогательно-уютного. Читая книгу, понимаешь, что тут не ошибка или нелепость, а сознательный ход писателя. А вот в «Рэдволле» это так не работает, по крайней мере, для меня. Мешают, на мой взгляд, два обстоятельства: Отсутствие людей. Вроде бы «за кадром» люди присутствуют, но как действующих лиц их нет. В «Ветре» же персонажи-животные вовсю взаимодействуют с персонажами-людьми, поддерживая эффект забавного абсурда. Серьёзность тематики. Если сюжет «Ветра» строится вокруг обычной мирной жизни и быта с философским налётом, то сюжет «Рэдволла» – военно-политический. Война, попытка захвата стратегического объекта предполагают именно реалистический стиль повествования, в который забавные скачки пропорций уже не вписываются. Могла ли та лошадь развалить рэдволльские стены парой ударов копытами? Как мыши воздвигли шикарное аббатство по соседству с филином, который ими питается? А как Клуни предполагал завоёвывать и удерживать в своей власти страну, в которой живут гигантские совы, коты, собаки, и каждый из них даже сам по себе может в два счёта уничтожить или хотя бы обратить в бегство его армию? Хорошо, я понимаю, что тут у нас такое замысловатое переплетение реального со сказочным, но вот с сюжетом оно не очень хорошо сочетается. В качестве «хэдканона» можно предположить, что на самом деле Рэдволл окружён таинственным силовым полем, внутри которого все разумные звери приобретают аналогичные человеческим пропорции. Граница поля проходит около церкви Ниниана, как раз там, где опрокинулась телега Клуни. Сама церковь разделена полем на две части: в одной Клуни может свободно восседать на кафедре и ломать её, в другой же находится жилище семьи Черчмаусов. Преследовавшие завоевателя кошмары обусловлены тем, что он слишком часто переходил границу и словил смещение в сознании. Верхняя часть аббатства тоже выходит за пределы силового поля, поэтому туда никто и не лазает. Как можно заметить, на чердаке воробьи жестоко избивают Матиаса, надевают на него ошейник, однако на земле Клюву легко запирают под корзинкой. Впоследствии вот такой условно-сказочный и немного абсурдный мир Джейкс попытался перевести в эпическое фэнтези (хотя он сам говорил, что не любит этого слова, по факту получилось именно так), разорвав связь вселенной Рэдволла с нашей собственной и заодно задним числом придумав новый истории для аббатства, церкви Ниниана, колокола Джозефа и так далее. Стоило ли это делать? Мне вот представляется, что первая книга всё-таки уникальна и самодостаточна. Всё остальное (кроме, пожалуй, «Похода Матиаса») эту уникальность ломает, особенно попытки в приквелы. В «Мэриел» мы узнали, что ещё до Клуни аббатство осаждал пират Кривоглаз (о чём в «Воине» никто не помнит), а нахождение меча во флюгере не представляло секрета. «Война с Котиром» рассказала нам совсем другую историю о Мартине, чем явствовала из слов Мортимера. Как мы привыкли, противостояние Рэдволла и его врагов Джейкс показывал как битву добра со злом, при этом выкручивая контрастность до карикатурности. Но здесь (мне кажется, в первой книге это выражено ярче) видно противопоставление не только по линии «добро – зло», но и «цивилизация – варварство». Обитатели Рэдволла видят себя носителями подлинной цивилизованной жизни, об этом прямо говорит Мафусаил: «Ястреб рассказывал о воробьях, называя их, кстати, крылатыми мышами, хотя я не вижу никакого сходства между цивилизованными мышами и этими примитивными дикарями». В сцене, где белка Джесс и Бэзил готовятся к операции по возвращению куска гобелена, в оригинале (в нашем издании 2002 года этого нет, как и ряда других моментов) имеется следующий пассаж: «Какая разница между выходками этого сброда и тем, как вели себя защитники аббатства! Джесс заметила разницу между рабством под гнётом тирана и добровольным сотрудничеством, выросшим из решимости и дружбы». В общем, понятно – положительные персонажи побеждают потому, что они дружные и добрые, у них свобода и демократия. Но насколько сюжет соответствует этой идее и её реализует, поговорим дальше. II. Персонажи По сути, главные персонажи – Матиас и Клуни. Они образуют пару противоположностей, добро и зло, вокруг конфликта которых строится сюжет. И тут впервые позволю себе сравнить книгу с мультсериалом – в пользу последнего. Там крыса и мышонок сталкиваются задолго до появления последнего в качестве послушника Рэдволла, что как раз задаёт общий тон. Итак, Матиас. Джейкс уделил особое внимание этому персонажу, видя в нём пример для читателей. «Мышь – ребенок, и ребенок пытается кем-то стать, быть лучше, быть героем, - говорил он в интервью. – Если небольшая мышь может, почему не может человеческий ребенок? Вот о чем я писал. Мышь, преодолевающая все, без использования волшебства. Это делается лишь силой её собственного желания. Мораль для них в том, чтобы тянуть себя вверх, расти вслед за Матиасом и Маттимео. Ведь они должны учиться быть воинами». Соответственно, в «Воине Рэдволла» можно увидеть роман о взрослении, на протяжении которого Матиас превращается из «рохли» в того самого воина. Но с реализацией замысла есть проблемы. Как по мне, рохлей Матиас выглядит единственный раз – когда в самом начале спотыкается и рассыпает орехи. Вскоре после этого мы видим, по сути, уже другого персонажа, смелого, решительного и авторитетного. Он призывает к действиям, кидается на пришедшего в аббатство Клуни, самовольно покидает обитель и бродит по лесу. Я не вижу здесь возрастания как постепенного и трудного процесса преодоления собственных недостатков, завоевания доверия старших. В случае Матиаса оно происходит практически мгновенно. Ну, что поделать, Джейкс вообще не умел (не хотел? Не стремился?) описывать психологические моменты – всяческие рефлексии, воспоминания, мироощущения, вот это всё. Он был писателем действия, и в его книгах абсолютное большинство моментов – это когда персонажи либо что-то делают, либо обсуждают то, что делают или собираются делать. Впрочем, есть в «Воине» замечательный момент, в нашем издании 2002 года, увы, пропавший. Хотя, казалось бы, буквально одна фраза, вам жалко было? Итак, Матиас забирается на чердак, Король Бык захватывает его в плен, и мышонок «пообещал себе, что никогда больше не наденет ошейник ни на одно живое существо. Унижение было невыразимым». Конечно, здесь дана отсылка не непосредственно предшествующие моменту события, а именно отношения Матиаса с пленённой Клювой. На неё он, действительно, надел ошейник. Но главное в том, что этот момент, как мне кажется, уникален для рэдволльской серии. Значимый положительный персонаж здесь признаёт свою вину, получив то, что ранее по сюжету сделал другому персонажу. Приходится признать, что в описании других положительных героев такая категория, как покаяние, практически отсутствует. Это касается даже Дейны-Тагеранга. А там ведь идеальная экспозиция была: выдра, выращенная «нечистью» для убийств. Тем не менее, он не преодолевает внутреннее зло, он просто изначально хороший. Может быть, линия с пребыванием Матиаса на воробьином чердаке является наилучшей с точки зрения взросления персонажа. Но что ещё можно сказать о Матиасе? Да, он смел. Но в то же время удивительно безрассуден. Книга включает три эпизода, когда он идёт в смертельно опасные для него места, не имея плана и понимания касательно того, что делать дальше. Это его поход к занятой войском Клуни церкви, подъём на воробьиный чердак (тут его как бы подстраховывала Клюва, но мог ли он быть уверен в её верности вытянутой под страхом смерти клятве и в том, что она сможет защитить его от других воробьёв) и путешествие к карьеру с убийством Асмодеуса. В двух других случая автор срочно подогнал на помощь зайца и землероек, о которых сам Матиас до последнего не знал и рассчитывать на них никак не мог. Весьма умиляет такой пассаж: «Осторожно Матиас пролез сквозь разбитый витраж в церковь и спрыгнул на хоры. От отвращения он тотчас сморщил нос: старая церковь уже успела насквозь пропитаться тяжелым крысиным духом. Где же гобелен? Где Клуни и его шайка? Матиас мгновенно догадался, почему церковь пуста, и ощутил в животе свинцовую тяжесть. Крысы отправились на штурм Рэдволла, Клуни забрал гобелен с собой!» Хочется спросить героя: а что бы ты делал, если бы Клуни и остальные оказались внутри? Грозным голосом приказал злодею отдать гобелен? Ну, есть шанс, что Клуни помер бы от смеха. Но небольшой. В принципе, можно было бы объяснить это упованием на промысел Божий. Автор, однако, старался лишить нас такой возможности, уверяя, что старался избегать «религиозных коннотаций». Поведение Матиаса в таком случае скорее похоже на крайне популярную в современной массовой культуре идею «поверь в себя, и у тебя всё получится». Правда, в оригинале есть момент с указанием на то, что он всё-таки на что-то уповает: «Матиас решил, что Мартин сделал бы смелое лицо и доверился бы удаче воина». Впрочем, если всё-таки проводить эти самые коннотации, то получится, что Матиас дерзко нарушает важный принцип «не искушай Господа». И надо сказать, что Матиас ведёт себя не только безрассудно, но и индивидуалистично (ладно, не буду говорить «эгоистично»). Походы к церкви и к карьеру он совершает тайком, никого не предупредив и не спросив разрешения. А ведь Мортимер лично назначил его одним из ответственных за оборону! Да, и странные у нашего послушника представления о послушании. Извините за каламбур. Переходим к главному антагонисту – Клуни Хлысту. Страшному, жестокому и, как ни странно, любимому многими читателями предводителю крысиной орды. Джейкс попытался в его образе показать нам Абсолютное Зло, Тёмного Властелина, с которым нельзя договориться, а можно лишь вести войну на уничтожение… Но получилось не очень. Нам рассказывают, что Клуни ужасен и жесток, где-то за кадром он совершил много зла, но что это за зло? Вот Мафусаил рассказывает: «По мере того как в течение последних шести лет орда Клуни кочевала на юге, до меня доходили слухи о других ее бесчинствах: поджог фермерского дома; несколько позже поросята, целый помет, заживо съедены крысами… Распространение крысами Клуни болезней среди домашних животных. Было даже такое сообщение — от городской собаки: армия крыс напугала стадо коров и загнала их в деревню, что вызвало беспорядок и разрушения». Эээ… Никто ничего странного не видит? Почти всё перечисленное можно отнести к деятельности самых обыкновенных неразумных крыс. Такие вещи, как поджог дома (перегрызли проводку? Опрокинули свечку?) и запугивание коров никак не вяжутся с образом Клуни как разумного лидера, заинтересованного в том, чтобы нечто захватить и использовать. Съедение поросят также похоже на инстинктивное, а не разумно-преступное поведение. Наконец, распространение болезней – это то, что происходит даже не в силу инстинктов крыс, а вообще помимо их деятельности, как разумной, так и неразумной. На статус преступления тянет только упомянутое до этого разрушение шахты. В мультсериале знакомство с Клуни происходит куда убедительнее. Мы видим, что он действует не как обыкновенная крыса, а как антропоморфное существо, разрушая родную деревню Матиаса и убивая её жителей – других разумных антропоморфных существ. Это сразу же поднимает ставки, в отличие от невнятного абсурда с коровами и болезнями. Справедливости ради вспомним и о том, что в кошмарах Клуни представали какие-то горящие города и корабли. Но всё, с этим связанное, произошло когда-то за кадром, мы ничего не знаем о том, кем Клуни был и что делал до своей последней войны. Это то, что автор мельком упомянул, но не показал. Если обратиться непосредственно к сюжету, то мы видим Клуни грубым, злобным, высокомерным, коварным, но до уровня настоящего злодея он дотягивает разве что в конце, когда убивает Мортимера. Он угрожает расправой пленённым Полёвкинсам, но не реализует угрозу. Конечно, если бы Клуни выставил перед аббатством их приколоченные к деревьям изуродованные трупы, нам было бы проще проникнуться ненавистью к завоевателю. Впрочем, о чём я, книга-то всё-таки детская. Да, на мой взгляд, Клуни куда больше напоминает не серьёзного злодея, а этакого дворового хулигана. Он пытается выглядеть «большим и страшным», но это скорее понты и именно желание «казаться». Для Клуни характерно желание произвести впечатление, бросить пыль в глаза. Отсюда его щегольство в парадной форме, пафосные речи, демонстративные марши без скрытности. Ему мало завоевания, ему нужно признание себя великим со стороны окружающих. Но в то же время Клуни… Благороден? Конечно, в очень специфическом, варварском смысле. Но, тем не менее, он считает нужным лично явиться в гнездо врага и зачитать условия капитуляции. Правда, мы видим, что какой-то крыс пытался перед этим реализовать план по проникновению внутрь, но оказался дебилом, не только план слившим, но и выложившим местонахождение штаба. Сюда же добавим расправу, которую Клуни пытается устроить в финале. Вроде логично было бы сразу ночью прикончить хотя бы самых опасных противников – Констанцию и Бэзила – но нет. Надо, чтобы всё было пафосно, с восседающим завоевателем, напуганными жителями и так далее. Очень странно, конечно, что в одном из интервью Джейкс объявил Клуни «трусом». Такие действия, как поход внутрь вражеской крепости или то, что он первым двинулся по доске, с этой оценкой как-то совсем не вяжутся. Вообще есть у Джейкса как писателя одна особенность, связанная со знаменитым принципом «показывай, а не рассказывай». Какие-то важные для него вещи, которые он хотел непременно донести читателям, он старательно рассказывал – и получалось не очень убедительно. А вот нечто, что сообщать вовсе не хотел, он именно показывал. Примером здесь можно привести знаменитое отречение Бриони от Покрова, читая которое, мы понимаем, что Бриони… (здесь каждый пусть сам вставит, что хочет). И это при том, что Джейкс-то представлять её отрицательным персонажем не стремился. Тем не менее, её слова – это на самом гораздо страшнее, чем всякие размахивания мечами и хищные оскалы. Это соображение касается пары интересных персонажей: Селы и Куроеда. При самом их появлении Джейкс пытается ткнусь нас носом в то, что они плохие и гнусные. И, вероятно, ему казались вполне оправданными такие вот примеры поведения положительных персонажей в отношении этих лис: «Будь моя воля, я не стала бы тратить время и переводить лекарства на эту падаль, – проворчала Джесс. Амброзий Пика в задумчивости поскрёб затылок: – Это точно, Джесс, я бы тоже не стал». А заодно вот наставления Мафусаила Матиасу перед подъёмом на чердак: «Если этот воробей попытается что-то выкинуть, просто толкни её. Она упадет так же быстро, как кирпич, к которому привязана». Эээ… Вы уверены, что это те положительные герои, которым хочется сочувствовать? Но вернёмся к нашим лисам. Как только они появляются в повествовании, как нас ставят перед фактом, что они – персонажи дурные, и в Рэдволле их не любят. «Барсучиха обеспокоилась. Она знала этого лиса из семьи старухи Селы. За таким нужно смотреть в оба!» Однако о том, что именно послужило причиной такой репутации, сказано немного. Автор сообщает нам, что Села «была предателем по натуре», но откуда это поняли жители Рэдволла, нам неизвестно. О том, насколько сильно в красных стенах ненавидят лисиц, показывает эпизод со встречей Куроеда и Констанции. В оригинале она буквально издевается над ним: «Он сделал несколько слабых попыток, каждая из которых была слабее предыдущей. Когда свиток снова упал на дорогу, Констанс громко крикнула: «Вложи в него немного энергии, ты, маленький сопляк. Я не собираюсь торчать здесь весь день». Аргумент в стиле «они лечили Клуни, а он был врагом» не работает по той простой причине, что в Рэдволле об этом знать не могли. А, может быть, дело просто в конкуренции? Лисы со своими снадобьями отбивали клиентов у рэдволльских мышей, вот те и обозлились… Или секрет в том, что эти лисы – цыгане? Да, представьте себе, в оригинале лисье племя, к которому принадлежали Села с Куроедом, прямым текстом ассоциируется с цыганами. Когда Клуни просит найти для него целителя, он говорит: «Кто-нибудь из вас знает, где можно найти целителя? Я имею в виду не кого-то вроде этих мышей. Мне нужен кто-то, знающий старые обычаи, цыган (gypsy), могущий вылечить что угодно за добрую цену». Да, в эпоху политкорректности довольно странно видеть такое. Впрочем, Джейкс, увы, считал, что стоит дать персонажу нужную национальность вид, и уже не надо будет заморачиваться с обоснованием его морально-нравственной позиции. III. Сюжет Теперь пройдёмся по изложенным в книге событиям в их взаимосвязи. Первые главы впечатляют. Мы видим параллельно и весёлый праздник, и приближающегося к аббатству Клуни с армией. Сцены резко меняются, создавая кинематографическую напряжённость. Свет и тьма мелькают у нас перед глазами. Прибыв в Лес Цветущих Мхов, Клуни усиливает армию местными жителями. Хорьками, ласками, горностаями. При этом его воины угрожают разрушением жилищ и расправой тем, кто не горит энтузиазмом. Ну, что тут сказать… Да, сказка, да, для детей, но, когда крысы жёстко нагибают куньих – это всё-таки слишком. Ну ладно, допустим, у нас мир такой вот, с крысами как самым доминирующим видом. Однако почему никто из куньих не пытался укрыться в Рэдволле и воззвать к его помощи при творящемся беззаконии? Может, потому, что понимали, что внутри сидят ненавидящие их зверорасисты? А куда подевались уверения Мортимера, что «даже хищники, зная, что мы исцеляем и оказываем помощь, никогда не причиняют нам вреда – таков неписаный закон»? Почему масса лесного населения стремительно оказалась предателями и коллаборационистами? Налицо жуткий провал социальной и воспитательной работы. Или старик просто заливал не то, что было на самом деле, а то, что хотел видеть. Но вот противники определились, церковь Ниниана захвачена, начинается осада. И ведётся она из лап вон плохо. Ну, отвратительно просто. Никакого наблюдения за объектом не установлено. Вместо того, чтобы ликвидировать или брать в плен любого, кто морду высунет, им – Матиасу, Джесс, Бэзилу – позволяют шляться туда-сюда. Никто не препятствует стекающимся в Рэдволл потокам беженцев, которые, хотя и поглощают ресурсы, но усиливают боеспособность гарнизона. Не видно, чтобы перед началом осады проводилась какая-то разведка местности, изучение укреплений, выявление слабых точек. Да, перед тем, как лезть на стену с доской, Клуни посылает найти подходящее дерево. Но это происходит ситуативно: мне пришла мысль, исполняйте. Так же уже после того, как фактор внезапности полностью слит, Клуни доходит до таких полезных вещей, как таран, подкоп и осадная башня. А между тем как раз в том месте, где проходила попытка с доской, находится калитка в стене. Что мешало запустить Призрака через стену с приказом открыть изнутри? Да даже и без Призрака любой хорёк мог бы подкопаться под калитку минут за двадцать от силы. Ну, слушайте, несчастный Куроед, который впервые находился внутри аббатства, калитку открыл в два счёта! Забавно, что, как выяснилось в финале, об этих калитках Клуни знал. Потому что, как сказано в конце, он «поставил самых верных своих солдат у каждого входа в аббатство» смотреть, какой из них откроет изнутри Увалень. Ну и вспомним заодно, что вся компания лезла на стену аккурат там, где находилась калитка. Нет, с калитками выходит какая-то чушь. Не очень ясно, зачем они вообще нужны. Но если уж есть, то они, как самое, очевидно, слабое место оборонительного периметра, должны охраняться с особой тщательностью. Но этого нет. Никто за ними не смотрит. Охраняют здоровенные ворота, которые за целый день битья тараном развалить не удалось. А калитки существуют сами по себе в ожидании нужного сюжетного поворота. В общем, если бы автор разрешил Клуни действовать серьёзно, в полную силу и с использованием всех возможностей, он бы захватил аббатство в первые же дни. И в то же время события войны перечёркивают тезисы автора о том, что «я… решил написать историю о беззащитных мышах – нет другого существа на земле, более беспомощного, чем мышь» и «если небольшая мышь может, почему не может человеческий ребенок? Вот о чем я писал. Мышь, преодолевающая все, без использования волшебства. Это делается лишь силой её собственного желания». Нет, рэдволльцы побеждают не потому, что они, будучи слабыми и беспомощными, при этом смелы, решительны, дружны и благородны. Они просто изначально сильнее, и автор явно играет на их стороне. Итак, захватчики не используют и половины преимуществ, которые могли бы им помочь. У рэдволльцев есть Констанция, которая, как можно понять, сильнее любого из воинов Клуни. Среди них есть белки-прекрасные лучники, выдры-пращники, кроты-сапёры и даже бобёр-инженер (он, правда, появляется только в нужные моменты, да и сделанные им колья никак себе не проявили). На их же стороне непобедимый заяц-невидимка. Из детских качелей рэдволльцы делают боевую катапульту, из подручных материалов – бронебойный снайперский арбалет, а вот Клуни метательными машинами так и не разжился. Если враг падает со стены, он либо погибает, либо калечится. Если рэдволлец падает с гораздо большей высоты, он выживает без особых проблем. Одна брошенная лампа выносит целую осадную башню. В общем, трудно искренне сочувствовать персонажам, имеющим такую фору. Особая сторона романа – поиски меча, щита и перевязи Мартина. Здесь сюжет приобретает ярко выраженный символический характер, отсылающий к средневековым сказаниям, в частности – легендам о короле Артуре. У нас есть легендарный герой, изображённый на гобелене; есть молодой персонаж, мечтающий стать таким же великим воином; есть легендарное оружие и ряд заданий, выполнив которые, его можно обрести. Проходя этот квест, Матиас, по идее, взрослеет, «находит самого себя» и из косолапого послушника превращается в настоящего воина, подобного легендарному Мартину. Правда, в реалистичной линии взросление выглядит так себе. Обнаружение артурианских смыслов в детской книжке, на самом деле, не должно удивлять. Книжка-то английская, а как нам объяснил пан Сапковский, «артуровский миф среди англосаксов вечно жив… В англосаксонскую же культуру артуровский миф полностью интегрирован. И, скажем прямо, не совсем-то он и сказочен. Он квазиисторичен. В Англии до сих пор всерьез рассуждают о том, находился ли Камелот на месте нынешнего Винчестера… Легенда об Артуре стала не только архетипом, прообразом фэнтези, она была также демонстрационным полем для авторов, которые предпочитали творчески эксплуатировать сам миф, вместо того чтобы возводить на нем, как на фундаменте, «собственные» замыслы». Дополняют линию символизма оказавшиеся рядом с Матиасом «Прекрасная Дама» (Василика) и мудрый наставник (Мафусаил). По идее, именно эта пара должна была помочь Матиасу пройти путь от послушника до воина, но, как представляется, за них это сделал, скорее, автор. Ещё один важный элемент – роза, образ которой также важен в средневековой системе символов. Необычное затягивание цветения куста розы в Рэдволле знаменует собой приближение армии Клуни и грядущие испытания, а после победы куст наконец зацвёл, приветствуя спасение аббатства. В итоге я хочу сделать вывод, что «Воин Рэдволла» - произведение многоплановое, и, возможно, в этой-то многоплановости лежат корни как его привлекательности, так и проблем. Я бы назвал следующие смысловые пласты, которые можно видеть в книге: Во-первых, она продолжает идущую от «Ветра в Ивах» (может, и далее) традицию эдакого сатирического «звериного» романа, в котором персонажи-разумные животные изображают людей при этом степень их очеловеченности и размеры неясны. И это создаёт ощущение забавного абсурда. Во-вторых, в ней мы видим басенную традицию, то есть разные звери символизируют собой различные человеческие качества. Крысы грубы и жестоки, мыши мудры, лисы хитры и коварны. В-третьих, это детская литература в современном смысле, сказка. Для неё характерны условность мира, простота повествования и доведённая до предела контрастность, когда хорошие персонажи противостоят плохим без полутонов и неоднозначностей. Но, тем не менее, в-четвёртых, «Воин Рэдволла» можно с известной натяжкой отнести и к боевому фэнтези, то есть жанру на порядок более взрослому. Приметой здесь являются военная тема и противостояние разных народов. Ну и в-пятых, «Воин Рэдволла» восходит к средневековой (точнее даже – английской средневековой) традиции, насыщенной символизмом, поисками меча и драконоборчеством. Такая насыщенность книги пластами и отсылками подогревает интерес, позволяет каждому увидеть что-то своё, но она же и рождает проблемы. Указанные пласты слишком близки друг ко другу, слишком спрессованы, и это вызывает чувство какой-то неудовлетворённости. Детское и взрослое, условно-сказочное и жестоко-реалистичное, сатирическое и мифологическое здесь переходят друг в друга в жизни и деяниях одних и тех же персонажей. Аббатство Рэдволл находится в таинственном месте на пересечении нашего и сказочного миров, так же и сюжет книги находится на стыке целого ряда смыслов, которые то ли дополняют, то ли глушат и перебивают друг друга.